Взрывной десерт для тёмного мага

6. Милый незнакомец

- Дар? – с удивлением смотрю на кончики пальцев.

По моим представлениям, дар – это что-то типо золотистой пыльцы, как в мультиках про фей. Трясу ладонями – ничего. Не похоже, что у меня что-то проснулось.

Наверное, давление скакануло? Организм Галины Сергеевны передал запоздалый привет.

Сиана восторженно тараторит рядом, заглядывает в глаза:

- Дар это, точно! Сначала грудь давит, а потом будто взрывается что-то. Я не знаю, я с ним родилась. Но говорят, именно так бывает. У тебя даже взгляд стал другой...

Смущённо моргаю. У Мелиссы и раньше со взглядом проблем не было. Неужели ещё соблазнительнее стала?

- Леди, могу вам помочь?

Словно в доказательство моих слов перед нами опять возникает мужчина с хвостиком. И я кокетливо прикусываю нижнюю губу.

- Тебе этот добрый господин помог, - поясняет Сиана. – Но ты быстро пришла в себя. Бабушка, говорят, почти сутки лежала. Наверное, дар будет сильным.

Я почти не слышу, что она говорит. В голове всё ещё шумит, да и все её объяснения, как озвучка научно-фантастического фильма. Дар – это что-то абстрактное. А мужчина, который с лёгкой улыбкой смотрит на меня, вполне реален.

В этом мире я всего несколько часов и мало что понимаю. Но одно уже знаю точно: мужчины здесь – загляденье. За исключение пожилого камердинера, недавно выставившего нас на улицу.

Растрёпанный взволнованный шатен очень неплох, как и мой псевдо-муж. Только если лорд Бэрли скорее похож на холодную статую, высеченную из камня, то этот - живой и подвижный, как капля ртути. Белоснежная рубашка с широким вырезом на груди оттеняет оливковую кожу, красивого оттенка зелёные глаза, тёмные брови вразлёт, задорные ямочки...

Скольжу взглядом по голенищам высоких сапог – они как раз на уровне моих глаз. Господи, как он их натягивает?

- Позвольте! – протягивает руку. И, крепко обхватив моё запястье, ставит меня на ноги. Подхватывает с земли коричневый сюртук и встряхивает его, перебрасывает через локоть.

Смущённо опускаю глаза. Этот красавчик подстелил свою одежду? Мило!

- Прошу вас леди, - показывает на остановившийся неподалёку экипаж. – Я буду счастлив, если окажусь вам полезен. – Я доставлю вас куда скажете.

- Благодарю...

Киваю и смотрю в поисках подсказки на Сиану. Куда мы идём? И, если у нашего движения есть конечная цель, не будет ли наглостью садится в экипаж к посторонним? Или здесь это в порядке вещей? Автобусов я пока не наблюдаю.

Сиана тоже мнётся, растерянно перебегает взглядом с меня на «экипаж», а по моим меркам – настоящую карету.

Чего-то не хватает. Внутри свербит что-то неприятное, будто я о чём-то важном забыла.

Отряхиваю платье от пыли, пытаясь понять, что меня тревожит. И тут вздрагиваю, сердце сжимает тревога. Шкатулка. В руках ее нет!

Сестричка, уловив моё настроение, озирается. Вспоминает о драгоценностях, которые мы вытащили из дома и уголки рта сразу опускаются, в глазах мелькает страх.

Я точно помню, что, теряя сознание видела золотистые змейки цепочек и драгоценные камни в пыли. Мне это не привиделось.

- Простите, что взял на себя смелость, леди. Я отнёс ваши вещи в свой экипаж. Не стоит разбрасывать их по дороге, могут увидеть нехорошие люди. - Незнакомец чувствует наше смятение. – Вы неважно себя почувствовали, и я готов предложить вам вкусный ужин и отдых. А потом вы сможете продолжить ваш путь.

- Сестра, тебе нужно отдохнуть. – встревает Сиана.

Сестра явно на стороне этого незнакомца, или её интересует еда?

- Сэр Селдон Селингер, - представляется мужчина, и меня, в который раз, посещает ощущение, что он читает мои мысли. – Я живу недалеко.

- Я Сиана Карлейн, - сообразительная девочка приседает в низком реверансе, пока я стою столбом и размышляю. – А это Мелисса, моя сестра.

А я не могу выдавить ни слова. Он милый, пожалуй, слишком. От него прямо исходит ощущение тепла, заботы. Если бы он постучался ко мне в квартиру 45, то будучи Галиной Сергеевной, я бы уже открыла ему дверь, налила чай и, уперев полные щечки в ладони слушала, как он соловьем поет про перевод денег из пенсионного фонда или проверку счетчиков по государственной программе.

Не знаю, что сейчас сказывается. Возможно, Мелисса была подозрительной девушкой, а, может, это Галина Сергеевна в новом мире ведёт себя настороженно. Только я ему не верю!

Сэр Селдон ласково берёт меня под локоток, заглядывает в глаза. И тут меня снова окатывает беспокойством. Едва заметно вздрагиваю от ощущения чего-то неприятного. Он вдруг отдергивает руку, будто пытался придерживать раскалённую рельсу, а не хрупкую девушку.

- Простите, леди, – отводит глаза, - если моё предложение показалось вам навязчивым.

- Благодарю вас за заботу, но мы торопимся.

Шагаю к карете и забираю с обитой шелком подушечки нашу шкатулку. Невежливо, зато безопасно. Я не знаю, какую ценность имеют драгоценности, но пока это всё, что у нас есть. А сейчас они выступают в роли заложников неизвестного симпатяги.

Добродушный Селдон сдувается на глазах. Ямочки больше не играют на щеках, там теперь перекатываются желваки гнева. И я чуть ли не физически ощущаю, как он зол. Сверлит меня пронзительным взглядом, но я смотрю прямо, не отвожу глаз. Вскидываю подбородок и слегка заметно киваю, давая понять, что разговор окончен. Кажется, видела такой высокомерный жест в каком-то фильме.

- Моё почтенье, дамы. – Селдон награждает меня таким же кивком.

Хлопает дверца кареты, раздражённый крик «трогай», и вскоре мы остаёмся с Сианой на булыжной мостовой в одиночестве, не считая редких прохожих.

Сиана потирает ладошкой нос.

- А куда мы торопимся?

- Не знаю... – прижимаю к себе шкатулку и смотрю на удаляющийся экипаж.

- Вообще-то можно было немного отдохнуть, он милый.

Настораживаюсь, услышав это слово. Почему-то именно «милый» вертелось у меня в голове, пока Селдон стоял рядом.

Пожимаю плечами: