Взятки, эль и драконьи козни

Глава 1. Наследство с нюансами

Шарлотта сидела за туалетным столиком в маленькой съемной комнатушке над пекарней. Из окна доносился такой аппетитный аромат сдобы, что Лотти выстроила план: ворваться внутрь, захватить булку с малиновой глазурью, и уничтожить ее на ходу перед работой. Булка была просто необходима для поддержания душевного равновесия.

Ведь у нее в руках было письмо от поверенного ее дядюшки, троюродного брата ее покойной матери. Предчувствуя нехорошие новости, она развернула сложенный втрое лист бумаги, пахнущий дешевым сургучом, и углубилась в чтение.

В нем говорилось, что ее дядя скоропостижно скончался. Так как близких родственников рядом не оказалось, согласно завещанию он упокоен на местном кладбище под сенью старого дуба, вблизи могилы его жены.

Поверенный также сообщал, что в вышеуказанном документе покойный внезапно вспомнил о существовании своей дальней родственницы, Шарлотту Фрей двадцати четырех лет, благополучно проживающей в столице. И не просто вспомнил, а одарил по–королевски: оставил ей в наследство таверну под названием «Крошки и ложки», выразив слабую надежду, что племянница будет достойно продолжать дело всей его жизни «преодолев все связанные с этим трудности».

– Какие еще трудности? – тихо проворчала Лотти, перечитывая последние строки и подозревая подвох. – А, это же где–то в жуткой глухомани, куда даже почта ходит только по велению богов…

Ей было жаль дядюшку, с которым она виделась всего единожды, и то в далеком детстве. Единственное, что сохранилось в памяти – монументальные пышные белые усы. То есть, когда Лотти еще с трудом связывала слова в предложения, троюродный брат матери был уже был абсолютно седым, скрипучим и древним. Поэтому формулировка поверенного «скоропостижно скончался» в отношении столетнего старца отдавала черным юмором. Дядюшка просто должен был устать ждать карету костлявой.

В любом случае, Шарлотта вовсе не намеревалась бросать бурлящую жизнью столицу ради сомнительного счастья разгребать провинциальные «трудности». Она работала в Городском Правлении на очень престижной должности личного секретаря мэра. Пусть последний и не отличался легким характером, но Лотти слишком дорожила этим местом: потратив на поиски работы около трех долгих месяцев, за которые она едва не выучила наизусть все объявления о найме.

Правда, мэр, упорно производя впечатление добропорядочного отца семейства, в последнее время начал оказывать Шарлотте знаки внимания. Знаки были настолько недвусмысленными, что Лотти потребовался весь ее дипломатический талант, чтобы удачно от них увиливать. Она свято верила: рано или поздно до начальника дойдет, что она не из тех девиц, кто путает служебные обязанности со служебными романами. Особенно с женатым вышестоящим руководством.