Warhammer 40 000: Держатель Патента

Глава 30. Судьбоносный разговор.

Еще незнакомый мне инквизитор не ждал согласия и просто в одиночку направился в одному ему известном направлении. Гайя Есина поспешила за ним увлекая меня за собой. Ситуация казалась мне настолько любопытной что пока мы находились в толпе я придерживал свою подозрительность, а страх в моем случае теперь вообще было проблематично испытывать. В любом случае вступать в конфликт с двумя инквизиторами при массе свидетелей я совершенно не хотел, потому если и планировал от них отделаться, то в более укромном месте.

К моему удивлению мы не нашли укромный угол и тем более не покинули зал, а прошли к комнатам, которые были предназначены для переговоров и отдыха некоторых постоянных гостей и стали для меня открытием. Комнаты были закрыты для наблюдения со стороны, а также обязательно оборудовались системами шумоподавления. Потому охрана все время оставалась в считанных метрах от меня, но не могла подслушать разговор. Кроме того, я тщательно изучил все вокруг и самого инквизитора в том числе при помощи имплантатов и был уверен, что у него нет с собой активных записывающих устройств. Не было их и вокруг нас.

– Благодарю тебя Гайя за то, что проводила вольного торговца ко мне, но теперь пожалуйста оставь нас наедине. Ты уже не моя ученица, а полноценный инквизитор и мы не должны влезать в работу друг друга когда работаем раздельно.

– Я устроюсь отдохнуть у уютной барной стойки в паре метров отсюда. Не забудьте позвать меня обратно, когда закончите со своими тайнами, – к моему удивлению или скорее шоку Гайя даже не пожав плечами удалилась.

– Неужели так сложно не действовать поперек старику? – спросил инквизитор, но Гайя ответил только после того как вышла за пределы слышимости.

– Впечатляет. На секунду я почти поверил, что вы люди, а не остро заточенный инструмент, созданный для уничтожения любой ереси, – сказал я глядя в глаза инквизитора и ожидая его реакции.

– Я бы сказал то же самое о вас, но это было бы неправдой. В вас кажется очень много человеческого, правда только по моим меркам. Когда я впервые встретил вас на Обсидиан Прайм, то подумал будто вы отличный кандидат в аколиты. Представьте, как я разочаровался узнав, что на Византии вы превратились в эталонного негодяя гребущего все под себя, – на этом этапе я понял, как меня раздражают непроницаемые маски, которые могут носить казалось все встреченные мной инквизиторы.

– Серьезно я разочаровал безымянного инквизитора? Боюсь вы что-то напутали ведь я всегда действовал в рамках того что считалось приемлемым на планете Империума и с точки зрения закона не был ни в чем обвинен. Уверен вам знакомы эти формулировки, но вовсе не потому что ими оправдывались перед вами, – мой взгляд был холоден, как и слова.

– Верно… вижу себя вы негодяем вовсе и не считаете. Наверняка у вас есть великая цель?

– Нет, ничего такого. Просто служу на благо человечества в рамках своих полномочий.

– Конечно. Итак, вы прервали мою мысль как раз перед тем как я собирался вас похвалить. Надолго вы перестали быть мне интересны, но отчеты об обороне, Византии которую вы возглавили после начала вторжения орков впечатлили меня. Оказывается, вы были способны на полную самоотдачу и когда встал вопрос о том достойны ли вы Патента, я решил, что у вас два балла за и только один против. Конечно это только моё мнение, но думаю его учли.

– Благодарю вас, – сказал я безуспешно подавляя все эмоции, способные повредить разговору.

– И вот когда я уже практически забыл о вас мне на стол начинают один за другим ложится отчеты о ваших действиях. Знаете, что их объединяет?

– Неизменно посредственный результат, укладывающийся в статистику?

Инквизитор тихо рассмеялся, прежде чем продолжить свой рушащийся под моим натиском монолог.

– Я так понимаю вы статистику ведете только по выдающимся вольным торговцам, героям войны и святым?

– Только когда необходимо определять планку для самого себя.

– Нет, вовсе не это я заметил. Виктор, вы ведь ненавидите нынешний Империум!

– Ваши обвинения ложны, – едва ли не машинным голосом сказал я.

– Возможно я погорячился, возможно вы просто не можете жить в нем.

– Прошу прощения, но мне пора вас покинуть, – сказал я начав подниматься на ноги.

– Ну что вы господин Калледон, позвольте именно мне наполнить наши стаканы, – воскликнул инквизитор и поднялся раньше меня, взяв в руки кувшин, – сидите Виктор и я гарантирую что вы не станете моим врагом, но я стану вашим если вы сейчас уйдете. Чтобы добавить веса своим словам я прошу вас взглянуть на мою розетту и называю свое славное имя. Меня зовут Федор Кастелланос, я уверен вы уже обо мне слышали.

Это имя было мне знакомо из отчетов Макса, как и множество имен инквизиторов и их агентов, действующих в секторе. Федор Кастелланос по моей информации был человеком влиятельным и у меня не было никакого желания враждовать с ним. Помедлив я взял бокал и вернулся на место.

– Если встает выбор между тем использовать рабский труд верных слуг Императора во славу его или отправить на поля машины, то миллионы тронов тратятся на закупку техники. Когда после войны нужно позаботиться о людях, то вы строите академии и школы. Со скитальца вывозятся тяжелораненые наравне с добычей. Ваши новые колонии, в которые мои агенты наконец массово проникли с кораблями Имперского флота будто списаны с учебника Администратума о том, как невозможно делать просто потому что нужно слишком много думать, чтобы достичь такого результата.

– Простите, но вы несете какую-то ересь. Для того чтобы поступать таким образом достаточно просто обладать разумом и человечностью.

– Кстати о ереси. Напомните, что вы сделали, когда на Византии к вам обратились с просьбой вложить средства в восстановление храма Министорума?

Я посмотрел на инквизитора как на идиота, после чего неспешно ответил.

– Министорум не выдвигал таких просьб. Священники ненавидят меня с тех пор когда я открыл академию напротив часовни Адептус Механикус. Они скорее признают Омниссию единственным богом человечества, чем увидят во мне соратника.