World of Warcraft. Гнев Короля-Лича. Никсера. Книга первая.

Глава 11. «Конец игры. Часть 1».

После разговора с отцом Дориама вновь одолела слабость. Глаза тяжелели с каждым мигом, и, не сопротивляясь, он провалился в объятия сна.

Тьма поглотила всё.

Казалось, от неё не сбежать, а метаться в ней – бессмысленно. Оставалось лишь ждать, когда случится хоть что-то, и подстраиваться под перемены. Но вместо событий были лишь разрозненные картины, не связанные друг с другом, и голоса, меняющиеся раз за разом, будто кто-то играл с его сознанием, запутывая его своим бессмысленным шёпотом. Тьма была бесконечной. Ни малейшего проблеска света, но при этом – странно – он ощущал, как она меняется.

Чьи это голоса? Почему они постоянно сменяют один другой?

Иногда в темноте проступали фигуры – эльфы или даже люди. Они говорили женскими и мужскими голосами: низкими, звонкими, знакомыми и чужими. Иногда в их речи появлялось эхо или искажение, будто они были существами не из этого мира. И от этого становилось по-настоящему страшно.

Тьма вдруг дрогнула.

– Так ты здесь и обосновалась? Интересно, как я мог пропускать это место день за днём? – перед ним возник эльф с длинными синими волосами, которые местами падали на лицо. Он прошёл рядом, бросив на собеседницу короткий взгляд.

– Что тебе нужно? – ответил знакомый голос.

– О, самую малость…

Произошла вспышка.

Эльф исчез, и на его месте возник фолиант, пульсирующий ярко-зелёным светом. Он манил, притягивал, шептал – шёпотом, который сводил с ума и путал мысли.

Снова вспышка.

Теперь перед ним стояла шкатулка на полке шкафа – инкрустированная крупными рубинами и покрытая изумрудной краской. Но через мгновение она рассыпалась дымом, оставив лишь воспоминание.

На её месте уже стоял эльф в доспехах смерти, с длинными серебряными волосами. Он шагал по руинам знакомого места, что-то ища. Каждый шаг отзывался звоном тяжёлых пластин. Когда он обернулся, Дориам тут же узнал его — того самого рыцаря из своих видений. Его мёртвые, сияющие голубым светом глаза внушали ужас… но вместе с тем в нём было что-то болезненно знакомое.

Почему он так важен? Почему появляется снова и снова?

Наверное, этот рыцарь, как и тот король, сыграет в судьбе Дориама свою роль.

Незнакомец сузил глаза, всматриваясь в стену, и медленно сделал шаг вперёд.

Дориам перевёл взгляд – и вздрогнул. Перед ним стояла Юнестра. Она требовала проснуться.

Он резко очнулся и тяжело задышал. Было раннее утро: солнце ещё не поднялось, а морозный ветер пробирался в дом, вызывая мурашки. Рядом мирно спал Келестус, изредка похрапывая. Стараясь не разбудить его, Дориам поднялся с кровати и попытался пройти мимо – но слабость дала о себе знать. Он зацепился за стол, и поднос грохнулся на пол.

От шума Келестус подскочил, судорожно втянул воздух и, не понимая происходящего, огляделся.

– А? Что? Куда?! А ну стой! – Он ухватил Дориама, который попытался пройти дальше.

– Успокойся, со мной всё нормально… – старший брат попытался освободиться, но хватка оказалась крепкой.

– Я обещал позаботиться о тебе!

– И заботишься, только не загораживай…

– НЕТ! ПОСЛУШАЙ МЕНЯ! – голос Келестуса сорвался, и Дориам невольно застыл. – Ты всех нас напугал! Я тащил тебя с пляжа до дома, обегал полгорода в поисках отца, нашёл его за пределами Луносвета и привёл сюда! Так что, будь добр, закрой рот и хотя бы раз пойми мою позицию!

Дориам никогда не видел его таким. Ошарашенный, он стоял неподвижно, не в силах произнести ни слова. Келестус тяжело выдохнул и отпустил его.

– Всё будет хорошо.

– Это тебе так кажется… Я думал, что потеряю тебя! Скажи честно – что происходит?

Дориам опустил взгляд.

Сказать ему? А если он решит, что брат сошёл с ума? Что перепал магической зависимостью? Тогда его просто отправят туда, куда помещают буйных – тех, кто стал опасен для себя и других.

Но разве можно справиться с этим в одиночку?

После короткой внутренней борьбы он поднял глаза.

– Хорошо. Ты имеешь право знать. Всё началось в тот день, когда отец отправил меня к Юнестре. Ритуал прошёл… неправильно. Сначала я думал, что это просто сны или воображение, но видения становились всё сильнее. Тьма, голоса… разные, меняющиеся. Иногда я слышал даже собственное сердце. И всё это пугало до ужаса. Насколько понял – моё будущее не предопределено. Оно может стать роковым… превратить меня в монстра.

Келестус вздрогнул, но молча слушал.

– Чтобы понять, что происходит, я снова пришёл к Юнестре. Мы провели второй ритуал. Он едва не сорвался, но всё же остановил видения. Я думал, что всё закончилось… пока отец не показал мне фамильное древо. В нём я увидел имя Таллотиса Небесного Покровителя – того, кого назвала Юнестра. Могущественный чародей, первый чернокнижник среди Высокорожденных, верных Азшаре. Его фолиант – тот самый – использовала вещунья. И он зовёт меня, Келестус. Я не могу сопротивляться. Пытаюсь… но не выходит.

Он вздохнул, собираясь с духом.