World of Warcraft. Гнев Короля-Лича. Никсера. Книга первая.

Глава 18. «Старые шрамы. Часть 4».

Мардонос некоторое время стоял, не смея пошевелиться. Он боялся допустить ошибку, которая могла бы стоить жизни его младшего сына. Одно неверное движение – и сожаление об этом будет преследовать его до конца дней. Если он вообще сможет жить после такой утраты. Кто знает, чего хочет и что задумал этот неизвестный… как вообще могла подняться рука на ребёнка?!

Эльф стоял с опущенным капюшоном, скрывающим лицо. Невозможно было точно сказать, кто именно удерживает Келестуса. Стоит ли играть по его правилам? Или попытаться перехитрить – разговорить, отвлечь, выиграть время? А что потом? Ринуться в атаку?

Позади мерзавца была стена. Это и хорошо, и плохо. Хорошо – он не сможет сбежать. Плохо – обойти и застать врасплох тоже не выйдет. Как же быть?

– Отпусти его! – взревел командир.

Незнакомец лишь покачал головой.

– Боюсь, я не могу этого сделать. Видишь ли, стоит мне отпустить его – и ты тут же атакуешь меня. Тогда весь этот разговор пойдёт насмарку. Ну и зачем мне это?

– Какой смысл во всём этом?!

– Ммм… наконец ты пытаешься вникнуть в суть. И всё же продолжаешь быть агрессивно настроенным.

– Ничего удивительного. Ты держишь оружие у горла моего сына.

– Увы, это вынужденная мера. Мне необходимо держать ситуацию под контролем, чтобы этот разговор не превратился в резню.

– Да кто же ты такой?!

– Всё ещё не узнаёшь меня? Похоже, некоторые вещи действительно не меняются. Пока не покажешь всё прямо перед глазами – сам не догадается. Что ж… пусть будет по-твоему.

Неизвестный стянул капюшон и открыл лицо.

Обескураженный увиденным, Мардонос отступил на три шага назад, будто земля ушла у него из-под ног. Он отказывался верить своим глазам, считая происходящее безумием, злой шуткой или магическим трюком, призванным свести его с ума. Никто в здравом уме не смог бы поверить в это.

Перед ним стоял его родной брат. Тот, кто погиб несколько лет назад.

Он выглядел иначе, но знакомые черты всё же проступали: желтоватый оттенок кожи, горящие белым глаза, длинные волосы – уже не такие спутанные, как месяц назад. На нём был кожаный бронированный костюм фиолетового цвета, поверх – большой красный плащ с капюшоном. Неизвестно, как он добыл всё это – ограбил кого-то или убил. Ясно было одно: он не остановился и не остановится ни перед чем.

– Это невозможно… – выдавил Мардонос.

– Вынужден с тобой не согласиться. Поначалу я разделял твою точку зрения – и меня пугало неизведанное. Но со временем я научился маневрировать в этом… – брат поморщился, оглядываясь, будто окружение вызывало у него отвращение, – …потоке сумбурной жизни. И, как видишь, теперь стою здесь. Прямо перед тобой.

– Как ты… – командир осёкся.

– Кто бы знал. Но, похоже, способ всё же нашёлся… благодаря тебе. Два месяца назад именно ты даровал мне возможность жить вновь. С помощью твоей крови я проникся воспоминаниями о нашей прошлой жизни. О том, что произошло… и о том, как ты жил дальше.

Лицо брата исказилось презрением и гневом.

– И я нахожу это мерзким. Абсолютно неприемлемым.

Мардонос шагнул вперёд.

– А-а-а! – острие меча блеснуло на солнце. – Стой там, где стоишь. Не подходи ближе. И так пришлось пойти на обман, чтобы поймать твоего сына. Младшего, если не ошибаюсь. Осталось найти старшего.

– Не трогай их. Они здесь совершенно ни при чём.

– Откуда тебе знать, кто при чём? Всё, что ты делал, – лгал. Себе и всем вокруг. Ты выстроил стену, к которой никто не мог подступиться. И вот – спустя годы – пожинаешь плоды своих стараний.

Фалдорис склонил голову набок.

– А устроился ты неплохо: хорошая жизнь, красавица-жена… – затем он посмотрел на Келестуса, поправив меч у его горла, – …двое прекрасных сыновей. Согласись, будет жаль, если жизнь одного из них внезапно оборвётся. Но самое интересное – никто из них не знает, кто ты есть на самом деле. И никто из них не знает обо мне.

– Бенонис в курсе.

– О, уверен, ты рассказал ей версию, где выставил себя героем, да? После того, как ты…

– Это было давно. Сейчас это не так важно.

– Не так важно?! – усмехнулся Фалдорис. – А что для тебя важно? Жизнь и безопасность твоих детей? Их будущее, которое ты не в силах контролировать?

Он вгляделся в лицо командира и ехидно улыбнулся.

– Или ты всё же пытаешься это делать? Прилагаешь максимум усилий. И чем закончилась твоя последняя авантюра? Твои дети даже не обладают магией.

Мардонос смотрел на самозванца – по крайней мере, именно так он его воспринимал. Он понимал: перед ним не тот брат, с которым он делил детство, прикрывал спину и принимал удары. Не тот, кто всегда был рядом. Это было нечто иное. Эхо? Воспоминание? Остаточное явление? Магический клон?

Его звали Фалдорис. Старший брат Мардоноса. Сильный, смелый, отважный. Тот, кому доставалось всё лучшее. Объект восхищения и зависти. Для младшего он был вызовом – доказательством того, что нужно быть лучше, сильнее, достойнее.