World of Warcraft. Пылающий поход. Нэксогар. Книга первая.

Глава 12. «Верность и Честь. Часть 2».

Во время всего долгого пути домой Дуротана то и дело мучили сомнения. Конечно, святотатство — Дрек'Тару и правда было с чего вспылить. Говорить такое о священной горе, утверждать, что в ней обитает некое существо. Могущественное, невероятное, чья сила невообразима… Но Ошу'гун — святыня орков. Одна лишь мысль о том, что это существо сумело силой притянуть к себе души предков, казалась чудовищным кощунством, а для шамана — и вовсе страшнейшим оскорблением, противоречащим всему, во что верят орки.

Куда ни глянь — всюду подтверждение словам Нер'зула, а дренеи — пятно на чистом лице мира, которое нужно стереть как можно скорее.

Но почему?

Быть может, этой ночью и отыщется ответ на множество мучащих вопросов…

Все, включая пленных, возвращались верхом — потому успели еще до заката. Дуротан сразу же выслал гонца с добрыми вестями, и клан с нетерпением ждал воинов и добычу. По правую руку от вождя ехали Дрек'Тар и Роккар, разделявшие радость остальных. По левую — Дрека, необычно угрюмая и молчаливая всю дорогу. И к лучшему — Дуротану вовсе не хотелось выслушивать её слова.

И так слишком много сомнений: и воины по-своему правы… и она тоже. Порой вождю казалось, что он готов разорваться надвое, соглашаясь сразу с несколькими мнениями и страхами, затмившими его разум с самых первых событий. Правильно ли он поступает? Разумеется, да… и нет. Так как же быть?

Позади Дуротана, за пленниками, ехала Воралона. Задумчиво и грустно она смотрела в затылок Велена, то опуская взгляд, то переводя его на молодую дренейку, которая изредка отвечала ей таким же печальным взглядом. Прямые светло-фиолетовые волосы девушки порой закрывали левый глаз, но она не отводила взгляда и не выказывала страха, словно пыталась что-то сказать — или почувствовала сомнения шаманки.

Воралона и сама разделяла тревоги Дуротана, но держалась достойно и горделиво… будто уже приняла решение, идущие вразрез с сердцем и разумом, которые, казалось, впервые сошлись в едином мнении. Внутри застряло нечто тяжелое и давящее, не позволяющее вдохнуть полной грудью; дыхание становилось прерывистым.

По прибытии пленников грубо распихали по палаткам, приставили охрану — четверых испытанных бойцов и шамана, которому Дрек'Тар доверял особо. Стража безмерно гордилась своим заданием. Велена вождь приказал поместить отдельно — он хотел переговорить с ним наедине. До этого же Воралона должна была следить за состоянием пророка, которого орки почему-то особенно ненавидели… впрочем, их можно понять: предводитель врагов. Как еще с ним обращаться? Приносить еду и кланяться в ноги? Нет уж.

Будто в отместку за всё — да и просто за само его существование — воины поставили палатку вокруг дерева, к которому и привязали пленника. Руки заломили за спину, веревки на запястьях затянули так, что даже в полумраке было видно, как под ними темнеет кожа. Один из орков, заметив злой взгляд Воралоны, буркнул:

— Чего уставилась?

— Довольно. С этим достаточно, — твердо сказала она, удивившись собственной решимости.

— Мы еще не закончили…

Орки ушли, оставив шаманку и пророка одних. Воралона выпрямилась, встала слева от дренея, скрестила руки на груди и посмотрела прямо на него. Велен тепло улыбнулся.

— Благодарю. Как я понимаю, ты — шаманка.

Воралона не ответила. Даже не шелохнулась.

— И вы — духовные лидеры.

— Вижу, ты много об этом знаешь.

— Мы интересовались вашим народом, вашей культурой. Из любопытства, не более.

— Или чтобы найти слабые места и нанести удар в нужный момент.

— Хех… а ты сама-то в это веришь? — мягко усмехнулся он. — В твоих глазах я похож на расчетливого воина? На стратега? Или на безумца, ждущего удобного случая? А может, на беспомощного старца, привязанного к дереву?

— Не мне судить.

— Но ты судишь. Ответь. Хоть раз наши воины атаковали ваших орков? Не считая самозащиты. Назови хотя бы один случай.

— Мне об этом не докладывают.

— Неведение порождает сомнение. Не зная всех деталей, мы создаем в голове образ, близкий нам по натуре, и отталкиваемся уже от него. Но я говорил правду о существе…

— Не смей говорить об этом при мне, — Воралона побагровела и разжала кулаки. — Эти слова оскорбляют всё, во что мы верим.

— А во что верим мы?

Ветер коснулся её ушей, шепот попытался пробраться в мысли, но она отогнала его, словно назойливую муху. Хотелось прекратить разговор, сорваться, всадить клинок в старца — но что-то удерживало её. Воралона отвела взгляд, задумалась, затем шумно выдохнула и сделала шаг ближе.

— Хорошо. Расскажи.

— Ты… позволяешь?

— Мне повторить?

— Нет. Я просто удивлён. Хорошо. Только прошу — не набрасывайся с оружием, если тебе что-то не понравится.

Она приподняла бровь, молча ожидая.

— Мы прилетели сюда очень давно, — продолжил Велен. — Как вы говорите: «на огромной глыбе, спустившейся с неба». Нас вело желание оставить прошлое и жить в гармонии с теми, кто разделит с нами новый дом. Существа, помогающие нам, зовутся Наару. Один из них живёт в Ошу'гун. Он и привлекает души ваших предков… но сейчас он умирает.