Хаос - это Я

Глава 4. Часть 2

* * *

Несмотря на обещанную дерзость, дверь остается целехонькой. И вовсе не потому, что ее мне открыли по первому требованию. Я все же не из тех, кто ломает жилище, в котором счастливо обитает и сытно ест.

Настраиваясь на нужное настроение, гипнотизирую дверную створку. А фантазия угодливо рисует вместо нее кобру, угрожающе раскинувшую свой красивый капюшон.

Отлично, погнали.

Упершись ладонями в дверь, я замахиваюсь и с удовольствием ударяю створку у самого пола мыском кроссовка. За умышленное нанесение ущерба это считать не будем. Во Врата в Преисподнюю надо стучаться именно так.

Прислушиваюсь. Тишина.

Что ж, на легкость миссии я и не надеялась…

А следующая мысль в голове переходит в такой же мысленный вопль, потому что моя опора неожиданно решает активно подвигаться. Проваливаюсь вперед, вслед за дверной створкой, и, качнувшись на заплетающихся в полете ногах, мощно врезаюсь лицом во что-то светлое и твердое.

‒ Специально целилась?

Досадливо рыкнув, шлепаю ладонями по поверхности, на которую навалилась пару секунд назад, и, изобразив упор для отжиманий, жестко отталкиваюсь. От рывка налетаю правой ягодицей на косяк и, злобно ухмыльнувшись, откидываю на него голову и замираю в расслабленной позе, словно так и было задумано.

‒ Я бы тогда целилась в другое место. ‒ Бросаю взгляд на рельефный воротник белоснежной футболки Виви и, фыркаю, оценив появившиеся пятна краски на ткани. Мои искусные во вредительстве лохмы успели попачкать его идеальный видок. Не зря башкой поработала. ‒ А ты довольно быстро выполз из укрытия. Думала, придется выманивать на «кис-кис».

‒ Знал, что снаружи именно ты, Чахотка. Только у тебя этот стиль.

‒ Какой стиль?

‒ Пронзительный.

Надо же, снова фигню болтает. Неужели он имеет в виду, что соизволил открыть ворота своей крепости только по причине того, что к нему заявилась именно я? Для других бы эта чертова дверь по-прежнему оставалась запертой?

Прикусываю нижнюю губу и медленно поднимаю взгляд, чтобы впервые за сегодняшний день посмотреть в лицо Виви. Плохо. Лимит общения в три секунды давно исчерпан, и теперь его близость вновь начинает необъяснимо действовать на меня.

Солнечные лучи заливают комнату за спиной Виви, добавляя четкости границам между сиянием и тенями на его скулах, на впалых щеках и над уголками губ. Быть может, его тело вырезано изо льда? А гладкость ледяной глыбе придали потоки сильнейшей воды ‒ чистейшей и напитанной ароматом горного воздуха. И под уже обтесанный ледяной слой проникли цвета в том необходимом количестве, чтобы придать получившемуся созданию черты живого существа. Ровность кожи, резкие линии лица, белые пряди, будто беспрерывно насыщающиеся энергией солнца и оттого сияющие, как отдельные долбанные лучи этого самого светила.

А мурашкам, проявившимся от золотого блеска его глаз, я почти рада. Такой дискомфорт не дает утопнуть в болоте очарования Виви. На его лице будто кристаллы, колющие острыми выступами саму тьму.

‒ Ну да, это я, само совершенство, топчусь на пороге. ‒ Отвлекаюсь на пятна краски на груди Виви и выдыхаю смешок. ‒ А ваше совершенное совершенство, кажется, малость обгадили.

Мальчишка опускает взгляд и с непроницаемым выражением пару секунд изучает оставленную мной на нем грязь. Затем возобновляет игру в гляделки.

‒ Не, извиняться не буду, ‒ морща нос, предупреждаю я.

‒ Мне не нужны извинения. ‒ Он делает шаг в мою сторону. ‒ Заходишь?

‒ Куда? ‒ Вопрос мгновенно ставит меня в тупик. Какие-то бьющиеся в мозгу электрические завихрения устанавливают подлый блок и никак не дают мне хотя бы изобразить умный вид.

‒ В комнату.

Глаза… Не его, а мои. Сейчас точно отвалятся, потому что я вытаращила их до упора.

Погодите-ка.

Виви приглашает меня к себе в комнату? Ха… Видимо, мои грязные уши пропускают в разум ложную информацию.

‒ Зайти к тебе в комнату? ‒ чувствуя себя глупо, уточняю я.

Кивок.

Он собирается отомстить за запачканную футболку? Хочет уронить мне на голову что-то тяжелое, пока никто не видит?