Хаос на боевом факультете

Глава 4

Тряска в карете убаюкивала, но я уверенно держала глаза открытыми, изучая расслабленное лицо спутника. Люциус, как ни в чем не бывало, уничтожал запасы фруктов, иногда протирая медаль защиты, выданную от моего дяди.

– Допустим, я стану… этим, как его…

– Виктором Дарханом, – ответил Люци, поднимая на меня спокойный взгляд.

– Ну да. А что, если у него в академии есть знакомые? Как мне с ними себя вести?

– Никак. У него нет знакомых. Проверено.

Мыкнув, я стащила у него одну виноградинку и смело положила ее в рот, раскусив. Кислый сок растекся внутри, заставив поморщиться.

– Ты как это ешь?

– Очень просто, – смеясь сказал друг, съедая за раз почти десять таких штук.

Мне его выражение не очень понравилось, и от недовольства я оторвала небольшую веточку от общей массы, быстро общипав ее и закинула целую горсть в рот, быстро раскусив.

Послышался звук падения металла на пол, а рядом в миг оказался Люциус, неприятно шлепая меня по щекам.

– Ты умом двинулась? Плохо потом будет – выплюнь!

Но я пошла против. Проглотила всю массу и неприятно искривилась, высовывая язык.

– Боги, слава вам, что я не одна буду с твоим нравом воевать.

Пока Люциус протягивал мне стакан, я обмахивалась ладонями. К щекам внезапно прилило чуть больше жара, чем планировалось.

– В каком смысле?

– В прямом. Я к твоему дяде приехал… В общем, в академию приедет мой дорогой брат. И его ставят наставником нашей группы. И с его военной карьерой лучше обеспечить себя защитой.

Уловив и осознав, о ком пошла речь, я резко выплюнула всю воду прямо в лицо Люциусу. О нет.

– Да ну, бред. Чему может научить твой брат студентов? Как отрастить павлиний хвост и перед девками им вымахивать?

Я слабо могла представить, что старший брат Люциуса – Лиам мог обучить чему-то толковому. Как минимум я его помню тем парнем, который менял девушек как перчатки и гнул пальцы перед всеми, кто считал, что он не достоин своей фамилии. Даже передо мной. Никогда не забуду, как он смотрел на меня как на последнее ничтожество, а при своих друзьях еще и смел обсуждать мое детское поведение.

– Лиам? Скажи, как давно его не видела? – Люци вытянул откуда-то из-под сидения полотенце и вытер влажное лицо.

– Ну, лет двенадцать, а что?

– Ты удивишься, когда его увидишь. Очень удивишься.

Не сдержавшись, я закатила глаза. Чему удивляться интересно? Я ясно помнила его светлые, почти золотые волосы, как у Люциуса, и каре-зеленые глаза. Но в отличие от Люциуса, который за время военной подготовки неплохо раскачался, я помнила Лиама худощавым, но высоким. И не думаю, что такой человек, как он, смог сильно измениться за двенадцать лет.

Вот только скорее я себя успокаивала, что это создание не смогло развиться больше чем на одну стадию эволюции. Внутри я буквально терпеть не могла его. За то, как он презирал меня и обсуждал за спиной. Радушным он конечно не был, но я не думала, что такой человек может быть настолько гнилым внутри.

– Еще минута молчания, и ты взорвёшься, – подколол парень, протягивая мне заново наполненный стакан воды. – Что произошло?

– Да, детство вспомнила.

Ага, как не вспомнишь тут. Ладно, оскорбления я терпела, обсуждения тоже. Но в тот ужасный день, когда на моей кровати в доме Гантов я обнаружила гигантского во всех смыслах паука, который, наверное, не поместился бы в мою ладонь.

Кстати, с того дня я больше не оставалась у Люциуса на ночевках.

– Аю, – проскулила и выронила стакан с кипящей водой на пол. Тот, конечно же, разбился в дребезги.

Люциус выдохнул с таким бессилием, что сел на свое место, а тут же подскочил, отряхивая свой зад от осколков, которые попали на его кресло.

– Неплохо ты детство вспоминаешь. Только в академии таких фокусов не выделывай. А то еще подумают, что вместо студента я животное в человека обратил и на пары привел.

– Не драматизируй! Я справлюсь.

– Угу. Я, конечно, тебе поверю, но вот не хотелось бы проверять своё «доверие» на других людях.

Чтобы друг наконец замолчал, в его сторону полетело полотенце, которым он недавно вытирал лицо. В ответ на мои действия он засмеялся и подлетел, когда карета напоролась на кочку. Стекло звонко брякнуло и запрыгнуло куда-то под диванчики.

– Блин, жаль стакан разбился. Могли чаю попить… О, слушай, а может ты напоследок навспоминаешься о детстве? Мы и чаю попьем и случаев таких меньше будет, Ай! – крикнул он смеясь, когда в него полетела подушка с моей стороны. – Ну хотя бы чашечку подогрей, ехать еще часа четыре.

– Люци!

– Понял, молчу.