Хэйвуд. Запретный лес

Глава 21. МЕЧ АНАСТАСИИ

Сентябрь 2001 года.
 

Хортенсы, чьи предки поселились в Хэйвуде не так давно, всего пятьсот лет назад, жили в мире с соседями, озаряя всё вокруг позитивом.

Найджел и Хани родились и жили в Хэйвуде прямо напротив друг друга. По мере взросления они осозновали что с ними будет потом. Что будет, когда они повзрослеют. Это была ментальная связь Меча и Щита. Ещё с детства они это понимали. Это понимали и их родители, которые, к счастью, не были склонны к чистоте крови своего рода. Их родители являлись Статными, но от своих детей они не требовали достижения какого-либо сословия или придерживания одного из них.

В день, когда пропал Найджел, сиял яркий закат, который наступил после жуткого ливня. Птицы пели, и над головами быстро проплывали облака, торопясь по очень важным делам.

После своего возвращения, ему пришлось узнать о том, что его близкий друг умер, а его семья переехала подальше от ужаса, населившего Хэйвуд. После смерти Эдварда Мерседеса, брата Лиама Мерседеса, выжившая после потрясения Парисия, быстро собрала всех детей и поехала к единственному родственнику — Лиаму.

– Послушай...

– Убирайся! - кричал он, перебивая женщину своего брата, за спиной которой стояли шестеро детей. Маленьких и бедных детей, неожиданно оставшихся без отца.

– Умоляю, Лиам, - просила на коленях женщина. Они устали. Дети хотели немного поесть и лечь спать. Им было холодно, а неожиданно начавшийся дождь только сильнее хладил их тела.

– Оставляй детей и убирайся прочь, - найдя взором детей, сказал он. Волшебник сверепо глядел в зелёные глаза леди. Он ненавидел её. Женщина поспешила встать с колен. Она была готова оставить детей в доме полным еды и тепла, так как обеспечить всё это сама пока не могла. Женщина потянулась к своим детям, чтобы попрощаться. Она встретилась со взглядом полных слёз своей старшей дочери, но заплакать не смогла. Не было сил. Неожиданно в разговор встряла жена Лиама. Она плакала вместе с Парисией и её детьми.

– Мамочка, не уходи, - вцепилась ей в руку девочка. – Я побегу за тобой.

– Лиам, прошу тебя. Будь благоразумен.

– Каролин, не встревай.

– Но что бы сказал Эдвард?.. - Он был удручен потерей единственного брата. Эти двое с детства были дружны и никогда не упускали друг друга из виду. В день пропажи Эда, возвращаясь домой после работы, Лиам должен был зайти по пути к ним, но не сделал этого, поэтому корил себя за это.

Слова Каролин подействовали на мужчину не хуже крепкого виски, и он, представив пред собой Эда, встрепенулся. Он знал, что Эдвард любил свою жену больше всего в жизни, хотя Лиам был уверен, что она неверна ему. Парисия и Айкем было друзьями, но Лиам не верил в дружбу между мужчиной и женщиной. Эдвард Мерседес доверял своей жене, понимая, что Парисия любит его.

– Заходите все, скорее. Холодно же, - уже менее грубо сказал мистер Мерседес. Ему было ужасно, ведь чувствовал, что должен был зайти к брату, но не вошёл. Он винил себя в его смерти. Зайдя в дом Мерседесов, маг бы застал спящих детей и изведенную слезами жену Эдварда, сидевшую над давно остывшей тарелкой супа. Она все ждала и ждала его, но напрасно. Больше Эдвард никогда не сможет войти в их дом с распростёртыми объятьями, чтобы обнять детей и любимую. Мистер Мерседес умер в Запретном лесу от когтей и пасти ужасного чудовища.

После смерти друга, Эдварда, Найджел впал в отчаяние. Найджел и Эдвард были знакомы ещё со школы Муилениум. Они сильно отличались как по характеру, так и по возрасту, но это не мешало им дружить. Если у кого-то дружба с каждым годом становилась всё более-более шаткой, то у них становилась только крепче. Казалось, их дружба продлится ещё долгие годы и ничего им не помешает, но нет. Их дружбу разрушила безжалостно подкравшаяся смерть, вонзив острие кинжала и попав в самое сердце.

Потерять лучшего друга, которого ты знал даже лучше, чем себя равносильно потере большой частички души.

Но Найджел был не один, ему повезло, как и Лиаму. У него была семья, которая была готова в любой момент ринуться в бой за отца, мужа, хозяина. Несмотря на недавние потрясения, он старался войти в русло жизни. Волшебник был благодарен, что спасся. Он считал, что выжил только благодаря желанию увидеть вновь свою семью, поэтому теперь жил только ради них. Глава семейства жил ради того, чтобы видеть улыбку жены Хани, чтобы смотреть на своё весело скачущее чадо, и, конечно же, чтобы лицезреть слюни на диване своего верного друга — Стара, названного так за свою золотистую шерсть.

Время вылечило его сердце, но воспоминания об ужасном останутся с ним навсегда

***
 

– Спасите, кто-нибудь! Помогите! - лепетала нежно девушка с золотистыми локонами, еле касающимися плеч. Невольно бросив взгляд на декольте, Найджел заколебался. Незнакомка была страшно очаровательна. Это и удивляло. Встряхнув головой, мужчина пришёл в себя.

– Что стряслось с вами, девушка? - Готов был помочь маг, хоть и возвращался после утомительной работы на конюшне. Он сделал два шага к ней, но затем остановился.

Девушка растерялась от того, что мужчина , околдовавшись её же чарами, не сразу последовал за ней. Волшебницу это сильно встревожило. Что его остановливало? Любовь к Хани.

– Помогите, прошу! - произнесла леди, шагнув назад. Вдруг появившийся ветер, подувший из Запретного леса, развевал её длинное платье. По Найджелу пробежались мурашки, пока Анастасия, умело играясь с добычей, звала того на верную смерть.

– Девушка, как я могу вам...

– Там моя сестра.

– Что с ней?

– Она там, - Анастасия, шагнув вперёд, погрузилась в дебри леса. – Прошу, - Лукавая улыбка не сходила с лица волчицы. Чувствительными ушами она улавливала шаги наивного волшебника. По мере того, насколько глубже они входили в лес, шаги мужчины становились всё менее уверенными.