Хэйвуд. Запретный лес

Глава 22. ДЕНЬ СВЯТОГО ВАЛЕРИАНА

Февраль 2020 года.
 

За окном шёл снег. Лесли скучала по родному дому, но уже не так как прежде, как пару лет назад. Оставалось вытерпеть совсем немного, чтобы дождаться летних каникул.

С рождества прошло много времени. Окунувшись в школьные будние дни, ученики Абнер де Гард не успевали даже поныть по поводу большого количества учебной нагрузки. Благо скоро наступал праздник. В этот день многие преподаватели позволяли детям отдохнуть, поэтому не просили выполнения домашних заданий. Этот день ждали с нетерпением не только девочки, но и мальчики.

В этот чудный день, в канун дня Святого Валентина, кто-то тихо под пледом ревел, подавляя ладошкой всхлипы, кто-то радовался, предвкушая множество валентинок в свой адрес, а кто-то сомневался, что ему достанется хотя бы одна валентинка.

Но кое-кто был занят созерцанием тления бумаг в разожженном камине. Уиллисес Маврин, провожая ночь, после которой наступит праздничный день, вновь вспоминал тот единственный раз, когда Меч коснулся его губ. Это было так давно... Почти двадцать шесть лет назад.

Салли Фэб каждый день приходила ему на ум на протяжении всех этих долгих лет.

Уиллисес и Салли так и не смогли ни разу поговорить по душам. И лишь поцелуй, оставленный на его губах в день прощания, говорил об ответных чувствах волшебницы. Но имело ли это теперь значение? Ведь ее семья, во времена тяжёлых лет графства, навсегда умчалась далеко-далеко, за моря и океаны, надеясь обрести счастье в другом государстве.

1994 год был годом митингов, бунтов и забастовок, после которых последовала гражданская война внутри графства Циоасто. В том году маленькому Уиллисесу было только четырнадцать лет. Он не мог сделать свой выбор. Особенно в связи со сложной обстановкой в государстве. За него, как и за Фэб, все решали родители. Но прошли годы, а мистер Маврин так и не сумел собраться с духом и отыскать своего Меча, чтобы наконец воссоединиться ради всеобщего счастья друг друга. Во время переходного возраста он был затасканным и неуверенным в себе мальчиком. К сожалению, с годами маг не изменился. Он остался все таким же неуверенным в себе зажатым человеком.

С тех пор как он потерял Меча прошло очень много времени. За эти годы волшебник обрёл дочь, единственную радость в его тусклой жизни. С Лесли его жизнь обрела смысл, поэтому он делал все, чтобы девушка была счастлива. Уиллисес старался быть самым лучшим отцом на свете. Эти старания сложно было не заметить. Лесли понимала, что он очень сильно её любит, потому ценила отца и его труд.

Из-за учёбы мистер Маврин редко видел дочь, поэтому, чтобы забыться от тягостных мыслей, он часто пропадал в выдуманных мирах книжных писателей. Там маг жил в собственном иллюзорном мире. Тогда Фэб реже виделась ему.

Камея цвела, как цвели и сердца юных и прекрасных. Нежно-розовые бутоны притягивали взгляды каждого мимо проходящего волшебника.

Многие обходили стороной цветы, растущие с потолка. В день Святого Валентина влюбленные признавались в своих чувствах. В этот день разрешалось целовать того, в кого ты влюблен, но обязательно под камеей.

Но некоторые, в силу своей низкой самооценки, что было свойственно подросткам, без опаски проходили под камеей в коридорах. В том числе и Лесли.

Как всегда она шла, задумавшись, не отрывая взгляда с пола. Неожиданно девушка наткнулась на чьё-то плечо. Лесли больно ударилась, но не подала виду.

– Может, все же, ты разуешь глаза, идиотка?! - кричал на весь коридор, кто бы мог догадаться, Верн Сандр. Этот молодой маг был отвратителен для волшебницы по всем меркам.

Лесли, сжимая учебник по латыни, которую не хотела смешивать в рюкзаке со всеми остальными предметами, быстро двинулась дальше, лишь на лишние пару секунд задержав взгляд на Верне. Он смеялся вместе со своими друзьями.

– Повой на луну, детка!

– Ау-у-у-у!

Еле сдерживая слёзы обиды, девушка попыталась уйти подальше от смеха, эхом отдающимся от стен. Она устала от нападок Верна. Из-за него у Маврины выработался рефлекс. Услышав его голос, тело девушки содрагалось.

Тело сковывал страх. Страх вновь столкнуться с чужой ненавистью. Все эти нападки, унижения, оскорбления, истезания как тела, так и души бездушным обществом — сделали так, чтобы её сознание перевернулось с ног на голову. Из-за этого юная леди перестала верить в сказки и доброе начало каждого человека на свете. С другой стороны... Ненависть посадила семя, из которого вскоре пробился росток добра.

Вся эта чужая ненависть по итогу породила в девушке добро.

Вдруг её раздумия были грубо прерваны. Девушка так и не успела дойти до столовой. Прямо на неё надвигался бушующий ураган, но не Катрин. Хелен Тодд, девушка со светлыми волосами, заколотыми золотой заколкой, виляющей проходкой направлялась прямо в сторону скованной Лесли. Сердце леди сжалось. Что на этот раз они придумали?

– С днем бедного и святого Валериана! - с этими словами ее осыпали сердечками, разрезанными по полам. Труды Хелен посыпались на голову Лесли. Люди вокруг смеялись над ней.

Хелен презирала ее, будто Лесли была виновна в том, что Валериан без памятства влюбился в нее, пока сама волшебница не смела и думать о любви, ведь постоянно витала в раздумиях о Фреде Ирвинге.

На лестничном пролёте оказались лишь несколько учеников, среди которых были Марта Ларкинс и Венди Грейс, следом за ними стояла милая парочка — Руди и Гваделупа Октавия. Высокая девушка с пшеничными волосами крепко держала возлюбленного за руку, чтобы разъяренный Руди не ринулся на Хелен и её свору. Она боялась, что он не сможет сдержать волка внутри себя.

– Отстань от нее, - еле слышно прозвучало из уст Имогина Ждуна. Рыжие волосы были с ровным пробором, а глаза, цвета меда, нервно бегали из стороны в сторону. Казалось, молодой маг и сам ещё не осознал, что осмелился высказаться. Обычно парень всегда оставался в стороне, не привлекая к своей скромной персоне внимания.