Хэйвуд. Запретный лес

Глава 38. СБЛИЖЕНИЕ СОЗВЕЗДИЙ

Март 2020 года.
 

Утро учеников школы Абнер де Гард встретило без радости. Печальная весть подействовала на всех. Многие не понимали до конца, плакать им или смеяться. Творился тихий сумбур. По приказу, одобренному Министерством Образования Магии от десятого декабря девятнадцатого года, было объявлено, что впредь в школы не будут допускаться дети, проживавшие вне Мира Магии. Закон окончательно стал действителен после подписания документа графом и графиней Циоасто двадцатого марта двадцатого года.

Новость всколыхнула общественность. Народ крайне возмутился тому, что юные волшебники, выросшие за гранью Мира Магии, могли никогда не узнать о её существовании. И пусть детям из Мира Немагии лишь относительно недавно разрешилось получать бесплатное образование благодаря бывшему министру — Роджеру Стюарту, но общество уже привыкло к данному факту. Народ, который застал многовековой запрет обучения детей из немаговского мира, а затем долгожданное разрешение, принятый закон казался абсурдным. Правительство будто бы игралось с ними.

Но рано или поздно эта игра могла надоесть одной из сторон. Первым устал народ. С раннего утра из разных уголков графства люди выходили бастовать против принятого закона. Так появились первые митинги.

Если бы не удручающий людей закон, то день был бы самым обыкновенным. С прошлой ночи по окну стучал мелкий дождь. Небеса опрыскивали всё естество, увлажняя её и питая.

На уроках царила гробовая тишина. Всем было что обсудить, но от массивности информации наступила немота. Преподаватели изо всех сил держались, чтобы не воскликнуть по поводу подписанного закона. Некоторые из учеников были рады новости, остальные наоборот — впадали в бешенство.

Этот день должен был стать для Барнарды самым лучшим. Она должна была радоваться. Но действительно ли леди этого ждала? Может, Капелла лишь притворялась, что это её обрадует?

На ужине, после родного языка и литературы, многие ученики, вместо того, чтобы есть, обсуждали новости. Последним уроком оставалась лишь астрономия, проходившая за несколько часов до сна. В этот в зале было больше шуму, чем во все остальные дни. Всех ошарашил закон. Даже тех, кого не интересовала политика — встрепенулись.

- Говорят, Фергус Тейгу на митинг тоже идёт.

- Кто тебе это сказал?

- Его сын.

- Конечно он пойдёт. Ведь мистер Тейгу митинг сам и возглавляет!

- Правда?

- А мне сказали другое!

Школьники шептались вокруг, перекидываясь сплетнями друг с другом. Гул и гам не прекращался ни на секунду.

- В Клэнфелде на главной площади творится полнейший хаос. Мне знакомая из школы ЕрлинГия прислала фотографии улиц города.

- Покажи!

Проходя мимо любой толпы магов, невозможно было не услышать о новости номер один за этот день.

- Отец пишет, если всё не утихнет — придётся уезжать... 

- Кошмар!

— Не уезжайте!

Лесли приходилось затыкать себе уши, чтобы не слышать шума в столовой. Но как бы та не старалась, её мысли не были громче. Волшебнице скорее хотелось попасть туда, где было бы намного спокойнее.

Лесли, не обращая внимания на тему разговора друзей, схватилась за брускетт и быстро начала уминать его. Съев закуску, она накинулась на луковый суп.

- Что за дикий голод? - ошарашенно предъявляла Капелла. В последний раз волшебница видела такое обжорство, только когда к ним приезжал Итан.

Сбросив десяток килограммов за ночь, организм девушки был настроен пополнить запасы обратно. И усилия тратились не напрасно. С каждым днём Лесли становилось лучше. Постепенно уязвимость, приобретённая с той подлунной ночи, исчезала.

- Я просто проголодалась, - с набитым ртом сказала Лесли. Леди вела себя неприлично, заставляя обратить на себя излишнее внимание.

- Ясно...

- О, Норны, что за закон... - Вздыхала Регата.

- Чего ты страдаешь?

- Разве не ясно?! Судя по всему, такие, как я больше не смогут учиться в магических школах.

- А ты-то тут при чём?

- Ты издеваешься?

- Гати, кажется, просто думает, что и её больше не допустят в школу, - сказала Лесли.

- О, Норны, пожалуйста, дожёвывай и только затем говори.

- А разве не так?

- Нет, - ответила Эрида, размешивая суп золотой ложкой. - Это же подсудное дело. Ведь в случае, если ребёнок, попав в Мир Немагии, расскажет о магии немагам, правительство будет отвечать за поступки несовершеннолетнего волшебника.

- За ребёнка, которого и выгнало это самое правительство!

- Именно! Они несут ответственность за каждого волшебника, поэтому тебя оставят точно.

– А что им мешает забеспокоиться обо мне, когда я уезжаю летом в Мир Немагии?

– Ну, ты же в это время являешься ученицей волшебной школы. Предполагается, что раз ты обучаешься здесь, то не разбалтаешь тайну о Мире Магии.

- Когда-то один волшебник сказал мне, что таких, как я не отправят обратно в Мир Немагии, когда выйдет этот закон, - удачно прикрывая имя Фергуса Тейгу, произнесла Лесли.

- Кто это?

- Да, неважно, - отмахнулась леди, оставляя Регату в недоумении.

- Я тут недавно слышала разговор Штора с отцом на семейном банкете... - вспомнив о большом сборе родственников, на котором собрались все из семейства Капелл, а также некоторые из Дунканов, проговорила Эрида.

- Ну, и...

- Штор говорил, что граф с графиней оказались не такими уж и принципиальными, раз согласились подписать данный закон, зная, что народ поднимет шум.

- А Айседора что? - заинтересовалась Мэлори.

- Айседора заинтересована в налаживании дружеского контакта с графской семьёй.

- Для чего?

- Естественно для того, чтобы быть с ними на короткой ноге.

- А я подозреваю, что у Дункан есть более хитровыдуманный план. Думаю, она хочет устроить революцию, - заявила Лаванда, убирая вьющиеся пряди за ухо. Сегодня пушистые волосы были пучком.

- Вероятно, да... Слушайте, я же могу спросить Аллана, - Волшебница начала озираться по сторонам в поисках юного друга.