Хэллоуинское завещание

Глава 9. Сердце тьмы и тишины

Воздух взвыл. Невидимая сила, исходящая от Илая, ударила по ним, как физический удар. Недил отлетел к могильной плите, больно ударившись плечом. Элис устояла, но ее отбросило на несколько шагов назад, и она с трудом удержала Книгу, прижимая ее к груди, как щит.

— Он... слишком силен! — крикнул Недил, с трудом поднимаясь на ноги. Его светящаяся рука выла от боли, превратившись в пылающий факел, который слепил его самого. — Элис!

КНИГА! — рев Илая сотряс самое небо. Призраки вокруг забились в ужасе, их формы стали нечеткими, расплывающимися. — ОНА МНЯ НУЖНА!

Тьма сгустилась вокруг мавзолея, превратившись в гигантскую, бесформенную лапу, которая потянулась к Элис. Казалось, еще мгновение и она будет поглощена.

И тут Недил понял. Он был не просто пассивным носителем якоря. Он был проводником. Игла, указывающая на боль Илая и если сила Илая текла через него, то, возможно... возможно, он мог повернуть ее вспять.

— Элис! — закричал он, из последних сил преодолевая ледяное давление. — Кричи! Кричи его историю! Ту, что я видел! Пока он меня держит!

Элис, отчаянно сопротивляясь натиску тьмы, услышала его. Их взгляды встретились сквозь бурлящую мглу. Она поняла. Это был ужасный, отчаянный риск. Но это был их единственный шанс.

Она перестала сопротивляться натиску и, наоборот, шагнула навстречу надвигающейся тени, высоко подняв Книгу. Ее голос, усиленный магией и отчаянием, прорезал вой стихии, обращаясь не к Илаю, а к самой Книге, к тем душам, что были внутри.

— ИЛАЙ! — ее слова прозвучали как колокол. — АЛХИМИК, ОБМАНУТЫЙ СОБСТВЕННОЙ СКОРБЬЮ! ЧЬЯ ЛЮБОВЬ ОБЕРНУЛАСЬ КОШМАРОМ!

Тьма замедлила свое движение. Раздался яростный рев, пылкой невыносимой боли.

— ТЫ ИСКАЛ ВОСКРЕШЕНИЯ ДЛЯ ЛЮБИМЫХ, НО ВЕРНУЛ ИХ ЛИШЬ КАК ОЖИВШИЕ ТЕНИ! КУКЛЫ ИЗ ПЛОТИ И КОСТЕЙ!

ЗАМОЛЧИ! — взревел Илай. Ледяная лапа тьмы рванулась к ней, но слова, казалось, жгли ее, замедляя.

— ТЫ УБИЛ ТОГО, КТО ПОМОГАЛ ТЕБЕ, В ПРИПАДКЕ ЯРОСТИ! И ОСТАЛСЯ НАЕДИНЕ С САМИМ СОБОЙ! С ВИНОЙ! С ЭТИМИ... ПУСТЫМИ ОБОЛОЧКАМИ!

Недил, стоя на коленях, чувствовал, как каждое слово Элис проходит через него, как раскаленный клинок. Он видел воспоминания снова, но теперь они были оружием. Он кричал, его собственный голос сливался с ее словами, направляя их, как увеличительное стекло, прямо в сердце тьмы.

— ИХ НЕТ С ТОБОЙ, ИЛАЙ! — закричал Недил, и его светящаяся рука вспыхнула так ярко, что осветила все кладбище. — ОНИ УШЛИ ДАВНО! ТЫ ОДИН! ТЫ ВСЕГДА БЫЛ ОДИН!

Это была последняя, самая страшная правда.

Раздался звук, похожий на треск ломающегося ледника. Гигантская лапа тьмы рассыпалась на миллионы черных осколков, которые тут же испарились. Тень, что была Илаем, сжалась, уменьшилась, потеряла свою монструозную форму.

На мгновение воцарилась полная тишина. Давление спало.

И тогда из сжавшегося клубка тьмы раздался не рев, а тихий, надломленный шепот, пылкий такой бесконечной, нечеловеческой тоски, что у Недила сжалось сердце.

...один...

Элис, дрожа, сделала последний шаг вперед. Она опустила Книгу и мягко, почти по-матерински, протянула руку к сгустку горя и тьмы, который когда-то был человеком.

— Нет, — прошептала она. — Не один. Потому что мы здесь. И мы предлагаем тебе то, чего ты так боялся. Забвение этой боли. Конец одиночеству.

Она открыла Книгу. Страницы засветились мягким, серебристым светом, ожидая.