Отражение в зеркале мне не нравилось уже очень давно. Я бесконечно сидела на диетах, старалась больше двигаться, но гормональный сбой, который у меня диагностировал эндокринолог, никуда не делся.
Мне были назначены препараты, однако Толик, мой муж, строго-настрого запретил мне пить всякую химию.
Он был спортивным и подтянутым, работал в фитнес-индустрии. Так что рядом с ним я чувствовала себя неуклюжей старой коровой.
Мы с Толей познакомились двадцать пять лет назад, когда нам было по пятнадцать. А в восемнадцать побежали в загс, хотя Илона Арчибальдовна, мать Толика, была категорически против того, чтобы ее драгоценный сынок женился настолько рано.
Подозреваю, что огромную долю недовольства, которое тогда свалилось на наши головы, вызвала именно моя персона. И соберись Толик под венец с дочерью свекровиной подруги, она бы одобрила этот брак без лишних вопросов.
Я же была сиротой, которую воспитывала бабуля. С нею мы жили в крохотной однушке. И такие барышни, как я, были не четой такому супер-призу, как сын Илоны Арчибальдовны.
Хотя, с этим поспорить я не могла - Толя был идеальным во всем. И дело было вовсе не в том, что родился он в весьма обеспеченной семье. На то, есть ли деньги у него, или нет, я вообще внимания не обращала. Тем более, что когда мы стали жить самостоятельной жизнью, Толик оставил колледж и стал зарабатывать сам.
Это был своего рода манифест, попытка доказать всем вокруг, что он мужчина, на которого может положиться любимая женщина. И не только она, но и потомство в виде дочери, которым мы очень скоро обзавелись.
Илона Арчибальдовна образ холодной королевы держала недолго. Совсем скоро она заехала «одним глазком взглянуть на дочь сына», а после стала приезжать почти каждый день.
Отношения наши наладились, стали теплыми, а Яночка, наше солнышко, чем больше росла, тем больше скрепляла родственные связи, которые возникли у нас с мамой Толика.
И, в целом, наша жизнь вошла в свою колею. Я занималась ребенком, муж - работал. Свекровь всегда была на подхвате, а когда я вышла на работу, строго-настрого запретила отдавать Яну в сад и сказала, что станет сидеть с нею сама.
Я согласилась. Мне вообще было легко и просто идти на компромиссы. Илона Арчибальдовна же с утроенной силой бросилась в воспитание внучки. Занималась всеми ее кружками, водила в школу, делала с нею уроки. Была не просто бабушкой, а самой настоящей палочкой-выручалочкой.
И вот Яна выросла и переехала жить в просторную квартиру Илоны Арчибальдовны, которую та грозила ей оставить после своей кончины. А мы с Толиком остались жить вдвоем. И я всегда думала, что моя жизнь - это сказка, у которой имеется в наличии внушительный хэппи-энд.
Впереди были годы вместе, но уже здесь и сейчас я была совершенно счастлива. И не подозревала, что жизнь моя в один из дней сделает крутое пике, когда мне на телефон поступит звонок с незнакомого номера…
Себе на ужин я решила приготовить филе индейки и брокколи, а Толика, который бы тоже с большим аппетитом съел это диетическое блюдо, решено было побаловать стейком семги, к которой шла стручковая фасоль в сливках.
Этими кулинарными изысками я и занималась, когда мой мобильник разразился трелью входящего, и я, взглянув на экран, нахмурилась. Номер был незнакомым, что навело меня на мысли о том, что это могут быть очередные мошенники. И все же внутренний голос стал будто бы уговаривать меня подойти к телефону.
Такое случалось редко, чтобы я вот так прислушивалась к своим инстинктам. Но уж если подобное происходило, нужно было их слушаться - проверено не раз. Поэтому трубку я все же взяла.
- Елена? - послышался на том конце связи томный и обволакивающий женский голос. - Меня зовут Арина. Сегодня Анатолий не придет домой. Он будет жить у меня.
Абсурдность прозвучавших слов была настолько кристальной, что я даже не сразу поняла, что она имеет в виду. Почему это Толик должен жить у какой-то там Арины?
- В каком смысле - будет жить у вас? - потребовала я ответа, когда немного пришла в себя.
- В прямом. Он уходит из семьи и мы будем проживать вместе. Так понятнее?
Я тяжело опустилась на первый попавшийся стул. Сердце замерло, а потом заколотилось, как безумное. Я мысленно приказала себе не поддаваться на провокации. Сколько фанаток у мужа было, пока он работал в фитнес-клубе? Десятки! И под дверьми ждали, и сообщения писали. И даже мне звонили, чтобы умолять его отпустить. Ну или грозили какой-нибудь ерундой.
Так что это наверняка одна из очередных влюбленных барышень лет двадцати, которая придумала нечто новенькое.
- Так понятнее, но вы можете оставить свои фантазии при себе. Я жду мужа домой, скоро он придет и у нас будет сначала ужин, а потом - потрясный секс. Так что до свидания!
Я почти нажала кнопку отбоя, когда в динамике послышалось:
- У вас нет секса больше трех месяцев. Не врите ни себе, ни мне, Елена. А Толик сидит рядом, он все слышит и согласен с каждым моим словом. Он бы сказал пару фраз, но… Ждите мужа к ужину и сексу, - она противно гоготнула, - не дождетесь.
Арина положила трубку, а я так и осталась сидеть, пялясь в никуда. И ничего не понимая в происходящем.
Да, у нас с Толиком и впрямь секса не было больше трех месяцев, но… откуда это могли знать посторонние люди? Не распространялся же муж на эту тему на своем рабочем месте?
Я стала ему звонить. Пусть подойдет к телефону и объяснит, что вообще творится! Однако сразу выяснилось, что Анатолий просто вырубил мобильник!
Так… мне нужно успокоиться. Все это просто ерунда на постном масле. Даже если допустить мысль о том, что муж решил от меня уйти, он сделал бы это сам, напрямую, а не настолько унизительным способом.
Да, у нас все стало совсем не так радужно, как то было раньше. Но такие кризисы проходят все пары, я была в этом уверена. Иногда Толя откровенно говорил мне, что я обязана похудеть и как можно скорее, но я ведь старалась! И поначалу у меня даже получалось, пока я не поняла, что эти попытки похожи на топтание на месте. Шаг вперед - три назад. Потому последние месяцы старалась придерживаться правильного питания и много двигаться. Однако секса с мужем в мою жизнь данные действия не привнесли…
Отредактировано: 15.04.2025