Химия чувств

21

- Ты не посягаешь на мою свободу! Хочу работаю, хочу живу отдельно, - говорю я уверенно.

- Мариночка, взрослая женщина, а говоришь такие глупости, - лукаво улыбается Димыч и бесцеремонно перебивает мое условие.

- Не поняла! - пискнула недовольно я.

- Наши родители не простят нам невыполнение святого долга перед родиной! Нужно поднимать демографию страны, а как это выполнить, если ты собираешься жить отдельно от мужа? - Димыч смотрел на меня серьезными глазами и обнял слегка за талию, прижав к своему телу.

- Дмитрий Игоревич, при всем моем уважении к вам и нашим родственникам, я знаю вас меньше недели и не собираюсь сразу же приниматься за поднятие демографии в стране, - кисло улыбнулась я.

- Мариночка, со вторым условием никак не могу согласиться, а вот первое принимаю без вопросов, - проговорил мне на ухо Димыч, все ещё сжимая в своих объятиях.

- Хорошо! - быстро сдалась я, - Тогда насчёт наших родственников, их должно быть, как можно меньше в нашей жизни.

- Полностью с тобой согласен, - лукаво сверкнул взглядом Димыч.

Сразу же родилось предположение, что я самопроизвольно подписалась на что-то, что мне потом не должно так понравится, как нравится сейчас. Наше милое воркование, что звучит даже противно по отношению к нам, не то что совместимо, прервала Ольга Николаевна. Она договорилась с моей матушкой о том, что сегодня они семьями встречаются в кафе и ждут молодую пару составить им компанию. Еще и вечер притворяться влюбленной дурочкой! Вот так незадача. Хотя, наверное, я и была влюбленной дурочкой, иначе не согласилась бы на эту всю авантюру со свадьбой, так кстати подвернувшейся накануне моей разорванной помолвки. По идее, если верить американским мелодрамам около месяца я должна заедать стресняк кучей мороженого, берущегося из неоткуда. Перспектива, конечно, шикарная, но прельщала меня меньше. Невольно поняла, что привыкаю к объятиями Димыча и его сияющим глазам. А стоит представить свою серую жизнь до встречи с ним, так вообще становится страшно, потому что именно он внес все эти яркие краски в мою повседневность. Подняла глаза на лицо светящегося от радости моего кадра и залипла, он мило что-то обсуждает со своей матерью, краем уха слышу, что снова спорят из-за того самого свадебного платья. Он отвечает мне сразу же улыбкой и на душе становится тепло и спокойно. Самой себе я то призналась, что влюбилась в этого мужчину, а вот когда мы сможем признаться в этом друг другу остается загадкой.

- Сейчас заедим к Мариночке, она переоденется, потом отправимся к нам. Нужно столько распоряжений отдать для подготовки вашей свадьбы, голова кругом идет, - радостно щебетала свекровушка, а мы не сводили друг с друга глаз, снова, - Успеете еще налюбоваться друг другом! – вернула в реальность она нас, как маленький ребенок дергая сына за край пиджака. Невольно улыбнулась этому жесту.

Дома скинула пакеты с покупками и решила надеть более роскошное платье. Хотелось, чтоб Димыч захлебывался слюнками. Выбор остановился на красном платье в пол с шикарным разрезом на спине и закрытым декольте. Стоило выйти из подъезда, свекровь сразу же отметила мой потрясающий внешний вид, а вот кадр заметно нахмурился.

Приехали мы в гости к семье Васнецовых. Отец семейства оказался на зависть чрезвычайно спокойным флегматичным человеком. Именно на фоне Ольги Николаевны это стало столь ярко ощутимым, женщина постоянно крутилась и металась, отдавая приказы многочисленным людям, готовящим дом к столь важному торжеству. Мне стало немного не по себе, и что удивительно Димыч это ощутил и приободряюще взял меня за руку. Снова наши взгляды столкнулись, я тихо спросила:

- Только не говори мне, что мы будем жить в этом доме после свадьбы.

- Нет, - улыбнулся мягко он, - Мама хочет отпраздновать свадьбу тут, чтоб наверняка убедиться, что ее сын женился, а потом мы поедем в наш собственный дом.

Наш собственный дом, звучит даже как-то завораживающе. Гриша никогда не называл свой дом нашим, существовала какая-то граница – мой и его. Только сейчас я поняла, что это было неправильно. А что если Димыч не понимает, что творит и действительно преследует какую-то выдуманную им самим мысль – фантазию о том, что мы женимся. Может, он вообще не имеет представления как женятся нормальные люди? Именно сейчас почему-то захотелось это проверить:

- Мне очень приятно это слышать, но ты ведь уверен в том, что творишь?

- Даже больше, чем ты думаешь, - загадочно ответил мне Димыч и крепче сжал мою ладонь, все еще находящуюся в его руке. Молча кивнула. Ольга Николаевна подлетела к нам и сообщила:

- Все готово! Можно отправляться на предпраздничный ужин!

Мы первыми вышли из дома и сели в машину. За руль сел Димыч, его отец расположился на пассажирском сидении, сзади разместились мы со свекровушкой. Дорога до ресторана пролетела незаметно. Мои родители подъехали следом. Счастливые родственники не поскупились на выбор самого дорогого заведения города, Димыч обходительно усадил меня на стул рядом с собой и сжал мою ладонь под столом. Так недолго и привыкнуть. Мама внимательно посмотрел на нового зятя, словно присматриваясь он ли недавно елозил под моей кроватью, убедившись в том, что это был он, перевела взгляд на новых сватов. Мой молчаливый отец нашел общий язык со свекром, оказалось у них больше общих интересов, чем у женщин за столом, которые не унимаясь трещали о предстоящей свадьбе. Ну и конечно же наступил тот самый неловкий момент, который предсказывала мама, папа спросил моего жениха: