Хладная рать

Глава 6. Женская доля

Боярин Возгарь откашлялся, а его лицо скривилось так, словно только что он проглотил пуд кислой вишни. Потом начал издалека, глядя на Меру тяжёлым взглядом из-под густых бровей:

– Война на границе забрала сотни мужей – обученных воинов, закалённых в боях. Население княжества знатно сократилось. Ещё и новый правитель, к которому – уж прости мои слова, княгиня – пока не присмотрелись да не притерлись. Как никогда мы уязвимы. Калинову Яру нужен муж в князьях. Такой, чтоб в бой сумел повести.

Они едва вернулись с вече и не успели толком рассесться за длинным столом, как Возгарь тут же заговорил о деле. Иного не стоило и ожидать.

– Мы советуем – но ни в коем случае не настаиваем! – присмотреться к своим, – продолжил Возгарь, как ни в чем не бывало обведя рукой старшую дружину и пустующие ныне места младшей. – Одного из бояр или дворян. Народ земляка лучше примет. Но хорошо и к младшим сыновьям прочих удельных князей приглядеться: так заполучим новых союзников. Пожалуй, это даже и лучше будет. Союзники нам сейчас ой как не помешают!

– Ты прав, конечно, – кротко кивнула Мера. Брови сидящих за столом мужчин взметнулись вверх, выражая удивление. Видно, ждали, что она сразу же начнет своевольничать. – Я уже думала об этом. Нужно выбрать хорошего мужа, союз с которым принесет наибольшую выгоду княжеству. Правильное решение требует времени. Составьте мне список имён, которые, по-вашему, лучше всего подойдут на роль князя.

Это займет их на какое-то время. Рано или поздно придется выбрать, Мера отлично понимала это. Она никогда не сможет командовать войсками так, как это делал ее отец, ведь она женщина. Ее решения, какими бы мудрыми они ни были, всегда будут подвергаться сомнениям, ведь она женщина. Женщинам не доверяют, их не принимают всерьез. А уж женщина без мужчины немногим выше челяди по положению.

Возгарь окинул Меру изучающим взглядом, в котором читалась подозрительность. Жестом подозвал холопа, чтобы тот наполнил чашу некрепким медом, шумно прихлебнул, утер бороду рукавом кафтана.

Старшую дружину составляли бояре и княжьи мужи, каждый из которых имел свою землю и свою дружину, которую мог отправить в битву по собственному разумению, поэтому ссориться с ними Мера не собиралась. В первые дни следовало присмотреться к каждому из них, понять, соперничают ли они между собой за влияние. Если нет – плохо. Проще управлять врагами, которые делают вид, что они друзья, чем сплоченной группой, согласной друг с другом во всем.

Пока княгине не слишком нравилось то, что она видит: бояре переглядывались молча, словно вели одним им понятный разговор.

Следующим к Мере повернул немолодое лицо Хотен. Его щеки покрывали оспины, на толстых пальцах красовались перстни побогаче тех, что позволял себе носить прежний князь Велимир.

– Скоро вести о тебе разлетятся по всем княжествам, и многие увидят в этом выгоду, – произнес он тем же тоном, что и Возгарь чуть ранее: словно поучает ребенка. Мере этот тон не понравился, но она до поры решила промолчать. – Одни станут добиваться руки, другие, возможно, попытаются напасть, чтобы прибрать к рукам Калинов Яр. Великий князь Далибор нам в этом деле не помощник. Более могущественные князья, например, из числа его родни, могут перетянуть его на свою сторону в конфликте. Так что следует как можно скорее обзавестись новыми союзниками и заручиться поддержкой прежних. И, разумеется, ни в коем случае не гневить великого князя, а лучше будет съездить к нему на поклон в ближайшее время.

– С кем был в союзе мой отец?

– Пожалуй, единственный надёжный союзник сейчас – князь Берграда Пересвет, родной брат твоей матушки, – хмуро протянул Булат, и остальные пятеро мужей согласно закивали. – У Велимира не осталось ближайшей родни, и когда он принимал княжение от своего отца, оказался практически без поддержки. Как и ты сейчас, княгиня Мера. Многие годы он потратил, пытаясь наладить связи с прочими удельными князьями, и хоть с соседями он был в ладу, прочных союзов не сложилось. Каждый привык быть сам за себя. Помнят ещё времена смуты, когда правители менялись чуть не ежегодно, пока великий князь силой не заставил их подчиниться.

– Вот что, княгиня, – вновь заговорил Возгарь, – лучший способ узнать человека – напиться с ним. Отправь кого-то из нас к соседским князьям от своего имени, как представителей. Потолкуем с ними. Может, удастся кого если не в союзники записать, так хоть от нападок отговорить.

– Разве не лучше будет, если я сама поеду? – возразила Мера.

Мужчины переглянулись, и снова на их лицах промелькнула снисходительность.

– В таких делах нужна сноровка. Лучше доверить переговоры более опытным мужам. Да к тому же ты… – Возгарь скривил губы в подобии вежливой улыбки и развел руками, – ты женщина.

* * *

К вечеру Мера едва не валилась с ног от усталости. Несмотря на то, что это был всего лишь первый день княжения, заботами ее обложили по горло, а постоянное присутствие рядом бояр, вставляющих слово на каждое ее действие, раздражало. Она уже затосковала по скучному и тихому одинокому существованию, когда была по большей части предоставлена самой себе. Теперь же в одиночестве можно остаться разве что в своих покоях.

Голова болела от громких голосов, от десятков новых имён и лиц. Весь день к ней приходили на поклон купцы и чиновники, дворяне и представители общин. Одни заискивали в надежде получить ее расположение, другие держались прохладно, явно не слишком довольные ее появлением. Но заметного пренебрежения или враждебности пока не было. Народ осторожничал, присматривался, как и Мера присматривалась к ним.

Как только советники разошлись на покой, Мера приказала подать сбитень и устроилась на лавке за хоромами, где в прежние времена вечерами отдыхал ее отец.

Солнце спряталось в Нави, тучи висели низко, обещая скорый снег, и ни луны, ни звёзд видно не было. Горели во тьме окна хором и отдельно стоящей просторной гридницы. Двор окутывала благословенная тишина, только ветер скреб по земле остатками листвы и всяким мусором да лаяли посадские собаки, и им изредка отвечали ворчанием отцовские гончие.