Хладная рать

Глава 15. Как заводить союзников

Погрузившись в мрачные мысли, Мера и не заметила, как оставила позади серые избы посада, разбросанные в беспорядке по покатым холмам, прошла через тяжёлые ворота крепости, распахнутые приветливо для всех в дневное время.

На улицах Калинова Яра было людно и шумно. Сюда съезжались купцы и ремесленники из окрестных деревень, волостей и соседних княжеств, выставляли товары на вечевой площади. Бродячие музыканты развлекали народ, коробейники пытались перекричать друг друга. Дети играли в догонялки так самозабвенно, что едва успевали отпрыгнуть с дороги перед очередной телегой.

Так было не всегда. Видно, что-то привлекло народ в этот день, заставило выйти на улицу. Скоро Мера стала замечать в толпе незнакомых воинов, одетых как дружина какого-то знатного боярина. В последнее время приезд чужака ничего хорошего не предвещал. Княгиня следовала за разгоняющими толпу с дороги стражами и гадала, какое испытание боги приготовили ей на этот раз.

Не успела Мера ступить на двор перед княжьими хоромами, как ее тут же обступили холопы и тиуны.

– Княгиня, к тебе гость явился!

– Не взыщи, проводили его в дом, за стол усадили, не во дворе же оставлять…

– Боярин Возгарь говорит, то не простой человек, а какой-то известный купец, но о встрече оговорено не было…

– Прикажешь на стол накрыть, княгиня? Или, может, прогнать его?

Мера растерянно поморгала, пытаясь понять, чего слуги так всполошились из-за простого купца. Заметила за их спинами приближающегося Возгаря. Кислое выражение застыло на лице боярина, а значит, и тому явно не по нраву было происходящее.

– А ну, пшли отсюда, – сердито прикрикнул он на холопов. – Работы по хозяйству что ли не достает? Княгиня… – обратился к Мере боярин, но она оборвала его жестом. Бросила слугам:

– Ступайте, ничего не нужно. А с незваного гостя и кваса будет достаточно. – Потом подошла к Возгарю. Ратмир, отправив остальных с лошадьми в конюшню, застыл за ее плечом. Видно, тоже хотел послушать. – Что за шум?

– К тебе пожаловал купец Земовит, – недовольно проворчал Возгарь. – Скользкий тип. Это один из самых богатых людей, и ему благоволит сам Далибор. Не знаю, что нужно ему, но будь аккуратна, отвечай вежливо. С такими людьми лучше не ссориться.

Слова Возгаря, и вся эта суета, и незваный гость вызвали раздражение. После увиденного утром больше всего ей хотелось побыть одной, подумать. Но Мера тяжело вздохнула – все равно от дел не отвертишься – махнула рукой Ратмиру, приглашая его с собой, и направилась к хоромам.

Обеденный стол был непривычно пуст, никаких яств на нем не стояло, а только пара кувшинов с напитками. Тут любой гость понял бы, что ему не слишком рады. За столом в компании Булата, двоих гридинов и двоих незнакомцев – видно, охраны купца – восседал высокий мужчина в дорогом расшитом серебряными нитями кафтане. Его меховой плащ и круглая шапка лежали рядом на скамье, занимая те места, где обычно сидели бояре. Заслышав шаги за спиной, гость поднялся, как поднялись и все прочие, обернулся через плечо и с интересом оглядел княгиню с головы до ног. Мере его взгляд не понравился, тем не менее она ответила купцу тем же.

Земовит оказался на пару десятков лет старше Меры. В ухоженных волосах и бороде уже проступила седина, лучистые морщинки расходились от уголков глаз, а сами глаза казались внимательными, быстрыми. Купец совсем не походил на прочих представителей своей категории, он напоминал скорее витязя, что на время сменил тяжелую кольчугу на дорогой наряд.

Земовит дружески улыбнулся и поклонился как равной.

– Княгиня Мера! – голос его был низким и сильным, словно созданным для командования ратью. – Я прибыл в Калинов Яр издалека в надежде на личную встречу. Спасибо, что приняла меня.

Мера не спеша обошла стол, опустилась на отцовский стул, не произнеся ни слова, и махнула рукой. Мужчины расселись тоже.

– В самых отдаленных княжествах уже наслышаны о тебе, и каких только слухов не ходит в народе. Рад наконец увидеть тебя воочию.

– Что привело тебя, купец? – сухо, без тени ответного дружелюбия спросила Мера. – Не за слухами же ты прибыл.

Земовит рассмеялся:

– Сходу к делу? Уважаю деловых женщин! Что ж, у меня есть предложение для тебя, выгодное нам обоим. Не желаешь ли поговорить с глазу на глаз?

– Не пристало девице оставаться наедине с мужем, даже если девица княгиня, а муж прибыл с предложением о сделке.

Не было такого правила, и все, включая гостя, понимали это. Однако Мера отчего-то не горела желанием ни обсуждать с купцом дела, ни тем более оставаться один на один.

– Что ж, пусть послушают и твои советники, если ты опасается с незнакомцами без них говорить, – как бы в шутку произнес он, но Мере почудилось неудовольствие в его тоне. – Как раз о том и пойдет разговор – о твоём девичестве. Выбрала ли ты кого себе в мужья?

– Что-то в толк не возьму, почему этот вопрос так заботит простого купца?

Мера не смогла удержаться от колкости, и та не осталась незамеченной. Земовит сощурился, улыбка его померкла, а под аккуратной бородой заходили желваки. Однако, если и задели его слова княгини, вида он не подал.

– Не спеши судить, а выслушай для начала мое предложение. Пусть я и всего лишь купец, но имя мое известно во всех княжествах, – заметил Земовит с долей самодовольства. – Я богат, владею обширными землями. Множество смердов работают на них и платят мне оброк не меньший, чем любому из знатнейших белоземских бояр. Дружина моя насчитывает сотни обученных воинов, потому что занимаюсь я не столько продажей товаров в последние годы, сколько продажей военной поддержки. – Он глянул на Меру многозначительно. – Единственное, чего мне недостает – это титул. У тебя же, княгиня Мера, есть титул, но – не сочти за грубость – воинов и богатств не так много из-за постоянных стычек на границе. Тут мы могли бы помочь друг другу.

За столом повисло молчание. Возгарь, который наверняка что-то подобное предполагал, сидел с каменным лицом, и непонятно было, о чем думает. Булат тяжело опирался на столешницу и хмуро щурился, глядя то на княгиню, то на купца. Ратмир, который устроился за дальним концом стола, подобрался, сомкнул челюсти и округлил глаза, а на лице его читалось изумление вперемешку с возмущением. Остальные тоже выглядели изумленными: не могли поверить, что простой купец, пусть даже и безмерно богатый, осмелился предложить княгине вступить в брак.