Хлопковая мануфактура графини-попаданки

Глава 3 Это не я

Настенька берет меня под руку, и мы покидаем кабинет графа. Коридор оказывается длинным и очень богато обставленным: картины в массивных рамах, старинные вазы на подставках, зеркала в позолоченных оправах. Под ногами мягкий ковер, заглушающий шаги.

— Варвара Александровна, что же это вы так с Александром Федоровичем? — тихонько спрашивает Настенька, стараясь говорить почти шепотом. — Он ведь вас очень любит и переживает, что совсем пропадаете. Он хоть и строгий с виду, а душа у него добрая.

Я молчу, рассматривая убранство дома. Все здесь кажется чужим и незнакомым. Хотя, какое-то смутное чувство подсказывает, что я когда-то здесь была.

Впрочем, это же мой родной Петербург. Значит это место я тоже могу знать. Просто не узнаю.

Настенька тем временем даже не думает останавливаться:

— Не гоже ведь графине Апраксиной по кораблям шататься. Не по роду это вам. Вот папенька ваш и тревожится. А сегодня и вовсе в воду упали! Это ж как у вас вышло-то?

— Не знаю, Настенька. Не знаю…

На самом деле хотелось бы мне узнать правду. Я ведь помню, что все у меня было под контролем. И парус по ветру стоял, и яхта как надо шла…

Наконец, мы останавливаемся перед дверью, обитой темным деревом. Настенька открывает ее, и я оказываюсь в просторной комнате с большой кроватью, туалетным столиком и окном, из которого открывается вид на какую-то улицу.

— Вот ваша комната, Варвара Александровна, — девушка не заходит. На пороге топчется. — Отдохните пока, а я пойду ключ Александру Федоровичу отнесу. Он ведь не забудет…

Я благодарно киваю Настеньке, и она, замявшись, исчезает за дверью.

Дверь закрывается на замок, и я остаюсь здесь совсем одна. Взаперти. В незнакомом месте. Наедине с неустанно надвигающимся мыслями.

Осматриваюсь. Несмотря на добротную мебель и дорогие ткани, комната кажется мне холодной и неуютной. Кажется, что она создана не для комфортной жизни, а для постоянного пребывания взаперти.

Подхожу к окну. Внизу кипит жизнь: кареты проносятся по мостовой, пешеходы спешат по своим делам. Никаких машин. Никаких мчащихся сломя голову самокатчиков. Где это все?

Сажусь на кровать. Она жесткая и неудобная. Пытаюсь восстановить события, но в голове лишь обрывки: море, яхта, удар и беспощадная холодная вода, обжигающая тело.

Потом — темнота.

И вот я здесь, в доме графа Апраксина, в роли его дочери Варвары Александровны. Но как это могло произойти? Как в это вообще можно поверить?

Поднимаюсь с кровати и подхожу к зеркалу. В отражении вижу незнакомую молодую девушка, лет восемнадцати. Практически такую же, как Настенька и, вероятно потому так ею и воспринимаемая.

Кожа у девушки румяная, волосы темные и слегка вьющиеся. Они собраны в замысловатую прическу, которую я никогда не носила.

Дорогое платье, стесняющее движения выглядит испорченным. Оно мятое и грязное. Теперь понятно, за что извинялись рыбаки. Такой «красотке» точно не стоит ходить по центру Петербурга.

Нет, это не могу быть я! Просто не могу. Не могу быть ни Варварой Александровной, ни еще кем бы то ни было. Ведь я — это я! Одинокая женщина, Анна, лишившаяся в своей жизни всего и променявшая ее остаток на развивающий волосы ветер и брызги воды.

В голове настойчиво пульсирует мысль: нужно бежать. Нужно найти способ выбраться из этого сна, закончить его. Но как это сделать? Возможно ли вообще это сделать?

Чувство опасности нарастает с каждой минутой, как приближающаяся буря. Нужно действовать, пока не стало слишком поздно. Но я не имею ни малейшего понятия, есть ли хоть крошечный шанс на возвращение в свою настоящую жизнь.

Что, если на самом деле она уже оборвалась?

Стою перед зеркалом и смотрю на мое новое тело. Красивое. Стройное. Только слабое. Под парусом с таким точно не пойдешь.

На что вообще может рассчитывать такая хрупкая девушка, когда лезет на корабль? Нет, поставлю вопрос иначе: зачем вообще ей было туда лезть?

Закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

Сам факт того, что я начинаю допускать реальность происходящего, пугает. Кажется, что я схожу с ума. И не удивительно. Меня ведь неслабо ударило по голове.

Но это не отменяет реальность. Сейчас я жива. Я дышу. И сейчас я нахожусь в теле графини Апраксиной.

Неужели судьба решила подарить мне второй шанс?

Открываю глаза и смотрю на свой новый образ уже иначе. Я молодая и красивая, из богатой семьи и ни в чем не нуждаюсь…

Вот только к яхтам и прочим судам папенька меня точно не допустит. А я ведь до невозможности люблю все, что может ходить по воде.

И похоже, что в этом мы с графиней очень похожи. Вот только ей, в отличии от меня, не посчастливилось спастись.

От последней мысли бросает в дрожь. Это ж получается, что графиня оставила свою жизнь, свое тело только для того, чтобы я могла жить. И это возлагает на меня очень большую ответственность.

Тело покрывается мурашками. Сложно поверить, что в действительности я обязана кому-то жизнью, что я теперь живу жизнью этого человека. Но и не поверить в это тоже невозможно.