Хмарь

Глава 1

Рассвет окрасил землю болезненными лиловыми тонами, а дождь, заморосивший под утро, обратил безжизненное поле отзвучавшей битвы в сплошное болото. Лица убитых — серые, безучастные, с застывшим укором — смотрели в свинцовое небо.

Отгремевшая бойня не оставила победителей: только горький смрад, мешанину из грязи и чернеющей крови да протяжный вой редких раненых, которым не повезло умереть быстро. В центре почва спеклась в чёрное бугристое стекло; кратер, похожий на застывший водоворот из камня и земли, окружали оплавленные остовы деревьев, и их корявые ветви тянулись к небу, точно высохшие пальцы скелетов.

На осыпавшемся холме ветер трепал порванное знамя с гербом герцога Ястреба — втоптанное в грязь вместе со знаменосцем. Тела защитников и нападавших лежали вперемешку, изломанные и примирённые общей смертью, а над ними кружили падальщики, но даже они не решались спуститься ниже: земля оказалась пронизана ядом запрещённой волшбы, способным обжечь перья. Вдалеке, над руинами сторожевой башни, курился зеленоватый дымок — некромант не желал отпускать такую желанную добычу.

Туман пришёл через час – молочно-белый, неестественно густой. Он разом накрыл место побоища почти непроницаемой пеленой, которая изменила очертания предметов до неузнаваемости.

Из марева стали раздаваться звуки: глухой стук, точно кто-то спотыкался о камни, тихое звяканье металла о металл. Это неуклюжими куклами вставали мертвецы, что брели бесцельно, натыкаясь друг на друга. Отравленная почва не наносила им вреда — тёмный колдун надёжно защищал своё воинство.

Мне повезло. Стрела, выпущенная неизвестным лучником, засев в ноге, швырнула меня в овраг, по низу которого протекал неглубокий ручей. Упав в воду, я успел лишь чертыхнуться, прежде чем поле боя скрылось под ядовитым облаком. Это было последнее, что я увидел перед тем, как погрузиться с головой на мутное дно.

И пока наверху магия смерти собирала свою жатву, живительная сила проточной воды оберегала меня, сохранив то единственное, что имело значение, — мою жизнь.

Боль пришла не сразу. Сначала был лишь ледяной шок от падения в ручей, а затем, когда сознание прояснилось, тело взорвалось огнём. Стрела в ноге, которая спасла меня, теперь грозила стать причиной медленной и мучительной смерти. Я попытался опереться на берег, но пальцы тут же наткнулись на мёртвую, рассыпающуюся труху. Земля вокруг была изъедена страшными проплешинами. Ступить на них означало растворить плоть до кости за несколько ударов сердца. Я оказался в ловушке и моё спасение стало моей тюрьмой.

Пришло запоздалое осознание того, что если бы я четыре года назад не надел мундир, всего этого удалось избежать. Зачем вообще пошёл в армию?

В пятнадцать лет ответ звучал просто: империя обещала паёк, жалованье и шанс выбиться в люди. Я прибавил себе два года и встал в строй. А теперь...

Наш отряд вышел из Хирсткайна затемно. Я шагал в третьей шеренге и думал о том, что пограничная служба, конечно, не предел мечтаний: стычки с контрабандистами, несколько рейдов на нечисть из Пустошей, бесконечные патрули. Не война — так, скука. Зато жалованье платили исправно.

Разведчики доложили о крайне удачном расположении войск мятежников. О причинах, побудивших герцога Ястреба устроить мятеж, рядовому составу не докладывали. Да нам этого и не требовалось. Лишь бы боевые выплатили.

— Держать строй, — скомандовал подполковник Натан фон Тирисод, проезжая вдоль шеренг на своём кауром жеребце. — Не геройствовать. Сделаем работу и к вечеру вернёмся в казармы.

Кто-то за моей спиной хмыкнул. Рядом шутили, поправляли ремни, перебрасывались флягами. Никто не ждал серьёзного сопротивления. Герцогство Ястреба было небольшим — родовой замок, сторожевой форт, городок да пяток деревень. Откуда тут взяться большому воинству?

Они появились, когда солнце только-только оторвалось от горизонта. Упали первые капли дождя.

Первое, что бросилось в глаза, — их неправильное движение. Толпа без строя и кавалерии. Людская масса, которая пёрла вперёд с каким-то неестественным, обречённым упорством. Солдаты герцога — если это действительно были они — напоминали обезумевшее стадо.

— Чего они прут как на убой? — пробормотал Олдвиг, мой сосед по шеренге.

Подполковник поднял руку. Когда первые ряды мятежников прошли три четверти расстояния до наших позиций, в бой вступили прибывшие с нами маги. Объединённый удар имперских универсалов был ужасен. До нервного паралича, до выворачивания желудков у бывалых легионеров.

Воздух сгустился, а следом в центре наступающей толпы расцвела ослепительная вспышка. Земля вздыбилась, пошла трещинами, и с оглушительным грохотом, от которого заложило уши, воронка начала пожирать пространство. Вместе с людьми.

Камень и грунт плавились, стекая вниз раскалёнными ручьями. Выжить в этом аду стало невозможно.

Строй выдохнул. Кого-то вырвало. Кто-то зааплодировал и получил подзатыльник.

В следующий миг наши стихийники начали падать. Один за другим. Короткий вскрик, и боевой маг оседает на землю с вывернутыми внутрь глазами.

— Где защита, дешёвые балаганщики? — рявкнул фон Тирисод.

— Это некромагия, уровень магистра. Всё бесполезно.— Пробился чей-то вопль и тут же оборвался.

Четвёртого универсала — молодого парня, кажется, из билонского филиала Академии, — скрутило в дугу. Из его рта, носа и ушей хлынула кровь.

Последний попытался уйти порталом, но его схватило прямо на выходе из плетения, разорвав надвое — одна половина тела рухнула в траву, вторая исчезла во вспышке, отправившись в неизвестном направлении.

Всё. Пятеро магов погибли, не сумев ничего даже противопоставить в ответ.

Некромант, как будто насытившись точечными ударами, перешёл к главному блюду. Со стороны сторожевой башни в небо ударил столб ядовитого марева. Он разросся грибом, а затем начал опадать, растекаться, накрывая обе армии зелёным одеялом.

Вот теперь паника стала всеобщей.