Хочу как в сказке, или Сбежать от чудовища

Глава 1. Жизнь в не золотой клетке.

В свои двадцать два года Марина точно знала две вещи. Первая — её двухлетние близнецы Димка и Данил рождены для того, чтобы перевернуть этот мир (или как минимум трижды за утро перевернуть миску с кашей). Вторая — её муж Сергей был самой грандиозной и непоправимой ошибкой в её жизни. Сергей не отличался ни умом, ни красотой, ни мужским обаянием, зато обладал уникальным, почти феноменальным эгоизмом. Марина уже тысячу раз пожалела о замужестве и втайне мечтала сбежать, но суровая реальность крепко держала её за руки. С двумя маленькими детьми её никто не брал на работу, собственных денег у неё не было, а идти с малышами Марине было абсолютно некуда.

Прямо сейчас Марина яростно отмывала кухню. Овсяная каша была не только на полу, но и на стенах — близнецы перевернули тарелку с такой кулинарной мощью, что хлопья намертво прилипли к обоям. Пока она, согнувшись в три погибели, ликвидировала последствия утреннего теракта, в большой комнате подозрительно затихли. Это был самый опасный знак: Димка и Данил явно нашли способ перевернуть что-нибудь ещё.

Марина тяжело вздохнула, вытирая пот со лба. В этот момент она чувствовала себя заваленной работой Золушкой. Вот только в её реальности не намечалось никакой феи-крестной с волшебной палочкой. Ей нужно было самой придумать, как выбраться из этого замкнутого круга. Марина лихорадочно соображала: как заставить этого вредного, вечно недовольного Сергея выделить деньги на няню? Или, что ещё фантастичнее, как заставить его самого посидеть с собственными детьми хотя бы пару часов, чтобы она могла просто выйти на улицу и не сойти с ума?

Дверь ванной с треском распахнулась, и в коридор, окутанный облаком пара, величаво выплыл Сергей. Он поправлял воротник чистой выглаженной рубашки, благоухал дорогим парфюмом и выглядел так, будто только что спустился с обложки журнала для очень важных и вечно недовольных мужчин.

— Марина! — тут же разнёсся по квартире его требовательный, брюзгливый голос. — На часах уже утро, а завтрака на столе почему-то до сих пор нет! И почему в коридоре раскиданы игрушки? На кухне вообще какой-то погром, каша на стенах... Ты чем здесь весь день занимаешься?

Марина, стоявшая на коленях с мокрой тряпкой в руках, даже не успела высказать мужу всё, что она думает о его кулинарных запросах. Потому что из большой комнаты вдруг раздался оглушительный, раскатистый грохот, содрогнувший стены панельной пятиэтажки.

Услышав этот страшный шум, Марина, разумеется, тут же бросила мокрую тряпку и на всех парах бросилась в комнату. Она бежала, испуганно молясь, чтобы мальчишки ничего себе не сломали, в то время как ей в спину летел яростный, возмущённый крик мужа:

— Марина! А где мой завтрак?! Марин, я вообще-то на работу опаздываю!

Распахнув дверь в папин личный кабинет — святая святых этой квартиры, куда детям вход был строго запрещён, — Марина замерла на пороге. Как выяснилось, Димка и Данил устроили здесь опасный аттракцион. Прорвавшись в комнату, пока отец был в ванной, они забрались вдвоём в его огромное кожаное кресло на колёсиках, принялись яростно крутиться и в итоге перевернулись. Тяжёлая конструкция с грохотом рухнула на бок, погребая под собой удивленных близнецов.

Марина испуганно вскрикнула и первым делом бросилась к перевёрнутому креслу. С трудом оттащив в сторону тяжёлое кожаное кресло, она опустилась на колени, судорожно прижимая к себе и обнимая притихших близнецов.

— Мальчики мои, маленькие, вы как? Ничего не болит? Не ушиблись? — лихорадочно шептала она, ощупывая их крохотные коленки и локти.

Димка и Данил, отделавшиеся лишь лёгким испугом, удивлённо моргали круглыми глазами, крепко вцепившись в мамину домашнюю футболку. Убедившись, что сыновья целы и невредимы, Марина с облегчением выдохнула. Она медленно обернулась к дверному проёму и похолодела.

В дверях личного кабинета, тяжело дыша, стоял Сергей. Его ухоженное лицо перекосилось от ярости, а кулаки были плотно сжаты. Он даже не посмотрел на сидящих на полу детей. Его бешеный взгляд был прикован к сломанной пластиковой крестовине и отвалившемуся колёсику.

— Это... Это был мой стул! — в тишине квартиры его крик прозвучал как раскат грома. — Вы что здесь устроили?! Я спрашиваю, какого чёрта вы вообще забыли в моей комнате?!

Обычно Марина терпела. Все эти два долгих года, с самого рождения близнецов, она безропотно сносила любые выходки мужа. Она слишком быстро узнала его истинный характер и давно поняла: Сергей её не любит. И Димку с Данилом он тоже не любит. Жена для него была лишь безгласной кухаркой и уборщицей, обязанной по первому требованию подавать идеальные завтраки и тереть стены.

Но сейчас, стоя на коленях на ковре личного кабинета и крепко прижимая к себе испуганных сыновей, Марина почувствовала, как внутри неё что-то с треском сломалось. Ангельское терпение Золушки подошло к концу.

Она медленно поднялась во весь рост, закрывая детей собой, и посмотрела прямо в яростное лицо мужа. Её голос не дрожал.

— Вообще-то, Сергей, наши дети важнее твоего завтрака. И важнее твоего дурацкого стула! Они могли расшибиться, а тебя волнует только кусок кожи на колёсиках?!

— Ты даже не спросил, как они себя чувствуют! — Марина сделала шаг вперёд, и её глаза гневно блеснули. — Ты даже не поинтересовался, не ушиблись ли они, падая с этой верхотуры!

Сергей брезгливо поморщился и демонстративно скрестил руки на груди. На его лице не отразилось ни капли стыда.