Хочу любить и быть любимой

2

Я пришла в себя в объятиях темноты. Холод и сырость окутывали меня, как зловещая пелена. Вокруг царила непроглядная мгла, и я пыталась встать, но запуталась в каком-то подоле. Что это за платье? Откуда оно взялось? В голове стонало, как будто тысячи муравьев бежали по моим венам, и сильная боль стиснула висок. Я не понимала, что произошло. Вероятно, я потеряла сознание на остановке, но почему я не в больнице? Где я вообще нахожусь? Страх, подобно волне, накатывал на меня, обдавая холодом. Что случилось? Где мои привычные звуки? Я глубоко вдохнула, стараясь прогнать панику, но темнота лишь углублялась, словно живая, впитывающая все мои вопросы и сомнения.

Я медленно поднялась, шевеля руками, пытаясь понять, где же я нахожусь. Вокруг меня лишь холодные, влажные кирпичные стены, и с одной стороны – преграда, решетка. Что это за решетка? Паника охватила меня, и я закричала, но в ответ лишь глухая тишина заполнила пространство. Страх сжимал грудь, а мысли метались, словно дикие звери. Я снова закричала, из последних сил и с надеждой, что кто-то услышит. Внезапно, где-то в вышине, раздался пронзительный скрежет металла, как будто кто-то открыл дверь. Этот звук, наэлектризованный ожиданием, заставил моё сердце забиться быстрее. Я затаила дыхание, прислушиваясь к еле слышным звукам, пытаясь различить, что же происходит за стенами моей темной тюрьмы. Где-то внутри меня зажигался огонёк надежды, что это сон просто сон.

Кто-то приближался ко мне, и его шаги звучали, как гул страшного предвестия. Затем я заметила свет факела, яркий и непокорный. И это в нашу эпоху технологий?

«Чего орешь, ненормальная!» — прервал тишину чей-то голос, резкий и властный. «Сказал же: сиди тихо». Как велит хозяин, так и исполню его волю. А ты хоть орёшь, хоть нет, тока всё равно не будет по твоему. Себе же хуже сделаешь.Повелитель ясно повелел: не предоставлять свободу и следить за всем до тех пор, пока не будет разобрано, что к чему.

Воды, дайте воды, умоляю я. Он протягивает мне глиняный кувшин: «Ну, пей».

Я с жадностью вцепилась в кувшин и стала пить холодную воду, словно она могла утолить не только жажду, но и все невидимые муки. Затем, с трудом собравшись, протянула кувшин обратно и, наконец, спросила: «Где же я?»

Мужчина напротив был огромен, как медведь, его фигура вздымалась в свете факела, и хоть его лицо едва различалось в тусклом свете, я заметила его величественную бороду и доспехи, сверкающие как броня из древних легенд.

«Наверное, у меня галлюцинации», — мелькнула мысль. — «Что же со мной произошло? Я в коме? Умерла? Или попала в иной мир?»

Чувство тревоги начало снова овладевать мной: «Неужели меня, больную и без сознания, похитили и теперь держат в подвале?» Вопросы роились в голове, как пчелы в улье, но ответов не было.

Этот мужчина хмыкнул и произнес: "Ты, дурочка, не уповай на это, тебе не поможет. Правитель, знаешь, какой, — спровидливый. Если ты ни при чем, то отпустит тебя с миром. А если замешана в заговоре, то готовься к беде." Он засмеялся и направился к выходу. А я, погруженная в полумрак, пыталась осмыслить: какой правитель? Какой заговор? Сколько времени я провела в этой темноте — неведомо; лишь остро ощущала жажду и голод. Меня трясло от холода и неясности. Вскоре дверь на верху снова открылась, и я услышала приближающиеся шаги — двое спускались вниз. Раздался звук звякающей решетки, и меня грубо схватили, потянули в темноту по лестнице, сердце застучало быстрее. На уме лишь тревога: что ждет впереди?

Меня вытащили на свет. Я долго моргала, пока не привыкла к яркому свету. Оказалось, я находилась в зале, где царила мягкая таинственная атмосфера. Меня повели вверх по каменным коридорам, и я не могла понять, где же я нахожусь. Чем выше мы поднимались, тем более оживленным становился путь. В коридорах начали появляться люди в странных нарядах, напоминающих формы из давно ушедшей эпохи. Мне показалось, что это были слуги, скромно одетые. Двое парней крепко держали меня под руки, и я не пыталась сопротивляться. Взгляд мой заскользил по длинному платью, дотягивающемуся до пола, которое мешало мне уверенно шагать. Я периодически спотыкалась, но продолжала следовать за ними.

Вскоре мы поднялись на этаж, где все вокруг излучало роскошь и богатство. Пространство было великолепно, словно замок из сказки. Цветы в изящных вазах, картины на стенах, запечатлевающие мгновения жизни — все это создавало атмосферу ненаглядной красоты. Я шла, не в силах сдержать удивление, с широко раскрытым ртом разглядывая окружающее, не веря, что всё это происходит со мной.

Меня подвели к огромным дверям, охраняемым людьми в форме с военной выправкой. Их холодные взгляды и молчаливое присутствие добавляли волнение в этот волшебный миг. Они, не произнеся ни слова, открыли двери, и меня грубо втолкнули внутрь — вероятно, это был кабинет. Внутри царила атмосфера силы и власти.

За столом сидел мужчина, ему было около тридцати, может, чуть больше. Он обладал поразительной красотой: черные волосы каскадом падали на мужественное лицо, а от него исходила некая сила . Рядом с ним, с правой стороны, располагался другой мужчина в элегантном черном костюме — не менее красивый, но обладавший иной аурой. Я стояла, окутанная непониманием, и молчала, не ведая, зачем меня сюда привели. Оба мужчины также сохраняли тишину и если первый излучал холодную злость, то второй искал во мне что-то иное, искал с интересом и вниманием.

Ну, проговорил первый. Надумала все рассказать или опять тебя отправить в камеру, чтобы ты еще подумала?

Я молчала, да и что я могла сказать? Я уже поняла, что попала, так попала. Но мне бы хоть немного понимания: где я и что происходит.

Так и будешь молчать, дрянь? — снова спросил первый мужчина, стукнув кулаком по столу. — Я покажу тебе райскую жизнь, Елина. Ты пожалеешь, что сделала это, обещаю, — зло усмехнулся он. — Отправьте ее обратно! — крикнул он, и в комнату вошли солдаты.

— Ну подожди немного, Доминик. Не кипятись. Ты просто напугал девочку. Елина нам все расскажет, верно же?