Хочу любить и быть любимой

13

Я так и уснула в его объятиях, истощенная и окутанная нежным теплом. Утро озарилось каким-то странным светом, словно мир вокруг пробуждался от долгого сна. Нам принесли завтрак, и мы, быстро умывшись, с удовольствием отведали угощений, которые щедро предложили нам . В этот момент в наш шатер вошел воин . Он произнес, что нам следует собираться — всего через час наш отряд отправляется в путь. В его голосе звучала неясная напряженность, как будто сам воздух вокруг наполнялся ожиданием перемен. Мы обменялись взглядами, и в этот миг наши глаза загорелись огнем решимости.

Найдём храм, оживим зеркальный оракул и сбежим. Как именно это произойдёт — решим на месте. Нас погрузили в запертый фургон и повезли. Порой мы останавливались, чтобы немного размять уставшие ноги, но в большинстве случаев молчали, плотно прижавшись друг к другу, каждый погружённый в свои мысли. Мы ехали долго , сверяясь с картой. Нас кормили и поили, но никто не смел нарушить тишину; это было состояние, которое мы сами же и желали, отстраняясь от суеты внешнего мира.

Привезли нас в странное, бесплодное место, где кругом простирались пески. Огромные кучи песка метались взад и вперед под напором ветра. Вот они — барханы, величественные и загадочные. Красота была безусловной, но где же найти храм? Эта мысль, как облако, нависла надо мной, и я поделилась ею с Адрианом.

— Ты ведь тоже скептически смотрела на горы, — произнес он с легкой улыбкой. — И вход нашла, не так ли?

Он предложил:

— Давай, держась за руки, будем бродить туда и сюда. Возможно, вход сам откроется.

Жара была невыносимой; солнце нещадно палило, и мы уже два часа блуждали, за нами следовала целая толпа воинов. Я, не выдержав, обратилась к ним:

— Можете перестать идти следом? Это нервирует.

На что ответили:

— Это приказ хана, и мы не отстынем от вас даже на малое расстояние.

Барахтаясь в знойном воздухе, я чувствовала, как испаряются надежды найти путь к храму.

Пройдя ещё немного, я ощутила под ногами что-то странное — меня стало затягивать в бездну. Я не успела даже крикнуть, как пропасть стала поглощать меня всё глубже. Хорошо, что с Адрианом мы держались за руки, и я потащила его за собой. Песок под нами словно растворился, и мы стремительно полетели вниз. Сверху доносились крики, но их звуки уже смягчались и терялись в стремительном падении. Мне было страшно, но рядом был тот, кто всегда поддерживал меня, и я крепче сжала его руку.

На удивление, мы приземлились мягко, словно на пушистую кучу, напоминающую солому. Поначалу царила тьма, но вскоре, как в предыдущем храме, всё засияло и заискрило. Этот храм был копией первого, но свет здесь был иным, менее ярким. В центре снова стоял постамент с осколками разбитого оракула. Я подошла к нему, извлекла свой мешочек и, прежде чем высыпать содержимое, обратилась за помощью к богам.

"Прошу вас, не оставляйте нас в этом месте, верните в королевство, домой к Адриану". Вокруг всё завибрировало, и я поняла: боги слышат меня.

Я посыпала оракул, и он засиял, закружившись в танце поднебесной. Снова взметнулся вверх и плавно опустился на свое прежнее место.

«Как прекрасно!» — произнес Адриан, подходя сзади и обнимая меня за талию.

«Да, ты прав», — ответила я, и в тот миг оракул ожил, его свет будто окутал нас.

«Твой путь еще долог, Елина, не теряй надежду». В этот момент вся остальная реальность померкла перед моими глазами.

Пришла я в себя на какой-то кровати. Рядом сидел отец, бледный и глубоко расстроенный. Он дремал в кресле, держа меня за руку. Как только я пошевелилась, он сразу вскочил:

"Девочка моя, как я рад, что ты пришла в себя! Слава богам! Я так был напуган. Мы искали тебя так долго, так долго…"

Ну, теперь всё хорошо. Я покажу этим королевским выскочкам, кто здесь правит. Они ответят за каждую твою слезинку, за всё, что сделали с тобой. Он выглядел грозно.

«Папа!» — произнесла я, и мой голос прозвучал хрипло, я закашляла. «Где Адриан?»

Этот подлый мальчишка — он тоже получит своё. Мы накажем всю королевскую семью, милая. Он вскочил и начал нервно расхаживать по комнате, его гнев бросался в глаза.

«Нет, папа, нет! Где Адриан?» Не в силах подавить дрожь в голосе, я всматривалась в его лицо, искажаемое злостью и беспокойством. В этот момент все чувства перемешались: страх, гнев, решимость.

Я готов бороться, не щадя никого, кто причинил тебе боль. Королевская власть не может оставаться безнаказанной; время расплаты настало. Мы восстановим справедливость и отомстим за каждую каплю твоих слёз.

Я закашлялась, и внезапно ощутила, как силы покидают меня; говорить стало тяжело, а шевелиться казалось совершенно невозможным. Когда я начала кашлять, мой отец, как ветер, подскочил ко мне, схватил меня за руку. В его глазах читалось беспокойство, и я снова произнесла, едва сдерживая дрожь в голосе: «Пожалуйста, папа, я хочу видеть Адриана. Он мой друг, он не причинил мне вреда».

Хорошо, милая, я пошлю за ним; его привезут. Ты только позаботься о себе, будь в порядке. Я спросила: «Пошлют за ним, но где он? Где же я?»

Ты дома, моя дорогая, и теперь мы пьем отвар и погружаемся в сладкий сон. Отец дал мне выпить горькую настойку, и вот я вновь проваливаюсь в объятия Морфея.