Хочу мужа с гарантией. Часть 1

Глава 16

«Остерегайся погрязнуть в бесконечной любви к

женщине – ограждай себя от её всепоглощающей

бездны. Ибо она туманит голову и ослепляет.

Женщину же такая любовь не ослепит, ибо не

ослепнуть тому, кто и без того слеп»

(Из откровений Вседержителя Великого храма

Троесущего Аирабахаума, подслушанных и тайком

записанных одним из прислужников алтаря)

– Даже вина на выпьете? – состроила глазки записная лицедейка, подскочив на ноги

и сцепив руки в жесте безмерного огорчения.

– Притвора, – усмехнувшись, обозвал её братец.

Тоже поднялся, шагнул к сестре и обнял, пробормотав на ухо:

– Ничего не бойся.

Она безотчётно прильнула к нему, потеревшись щекой о широкое плечо. Пластины барга царапнули кожу, нос сам собой хлюпнул, и Шайтала от души поблагодарила:

– Как хорошо, что у меня есть брат.

– И сын, – хмыкнул тот, отстранившись. – Признаться, история усыновления Барниха ошарашила нашего отца. Он впервые признал, что Троесущий наградил его дочь недюжинным умом.

– Я польщена, – промямлила она, не зная, как, собственно, реагировать на столь лестное, но вроде уже ненужное признание отцом.

Шрай уловил в её голосе отсутствие энтузиазма и внезапно сменил тему:

– Ты готова к тому, что на тебя объявят охоту?

– Мы говорим о женихах? – уточнила Шайтала, невольно поморщившись.

– О них, – вновь посерьёзнел он.

– Отобьюсь как-нибудь, – попыталась отмахнуться козырная невеста.

Шрай схватил её за плечи и встряхнул:

– Ты уже показала, как глупо это делаешь.

Всё знает – насупилась Шайтала, борясь с нахлынувшим раздражением. И ему дворцовые служанки стучат на вдову Гадара. Как этих поганок на всех хватает? Языки им, что ли повырывать? В буквальном смысле слова. Иной способ борьбы с этой нечистью в голову не приходит.

– Неужели ты думала, что мы с отцом отдадим тебя Гадарам и забудем о твоём существовании? – упрекнул её брат, догадавшись о причине, исказившей милое личико сестры. – Не знаю, кто тебя надоумил так опрометчиво поступить с Нарут-Абаром. И так не вовремя. Пока Барних не вернётся в крепость, не сможет наказать дерзкого. Ты нажила врага, у которого есть время отомстить за оскорбление.

– Я и не рассчитывала на Барниха, – принялась выкручиваться неудалая интриганка. – Я рассчитывала, что Нарут-Абара накажешь ты.

Солгала и не поморщилась: нельзя говорить женщине прямо в лицо, что она дура – нужно как-то поделикатней.

– Накажу, – чуть покривились губы Шрая. – Потому что теперь вынужден это сделать. Я не имею право казнить нихура. Придётся просто прирезать мерзавца.

– Обязательно? – вдруг похолодело у неё в животе.

Это ведь она спровоцировала мужчину – за что его убивать? Взять такой грех на душу ни Кира, ни тем более Таларуховна были не готовы.

– Не хочешь отвечать за его смерть? – понятливо кивнул Шрай и смилостивился: – Понимаю тебя. Хорошо, не стану его убивать. Но, припугну и заставлю убраться из дворца. Оставлять его рядом с тобой опасно. Кстати, есть более безопасный способ держать охотников за твоим приданым на расстоянии.

– Буду рада любому совету, – встрепенулась Шайтала, надеясь, что он будет реально дельным.

– Тебе нужен официальный жених, – принялся наставлять её старший брат. – Которому ты будешь оказывать открытые знаки внимания. Не всех, но кое-кого это охладит и заставит отступить.

– Ты имеешь в виду кого-то конкретного? – насторожилась тайная прелюбодейка, безотчётно покосившись на Ай-Дараха.

– Рануса Них-Бутраха, – указал Шрай на совершенно не ожидаемую персону. – Младшего сына старейшины Них-Бутраха.

– Этого склочника? – изумилась Шайтала.

– Ранус не похож на отца, – успокоил её Шрай. – Я хорошо его знаю. Он благороден и отважен: не побоится отстоять твою честь с саблей в руке. К тому же никогда в тебя не влюбится.

– Почему ты так уверен? – недоверчиво сощурилась Шайтала.

Вот чего ей сейчас точно не нужно, так чьей-то неразделённой любви. Особенно своей – если этот Ранус окажется реально замечательным человеком. Замуж-то за него всё равно выйти не получится. Только заикнись об этом, и демоны моментально разделаются с её любовью, дабы не путалась у них под ногами.

– Я хорошо его знаю, – снисходительно ухмыльнувшись, повторно заверил Шрай.

– Нам пора, – поднялся из кресла Сын Ба.

Проходя мимо непра к окну, заглянул Шайтале в глаза и повторил за Шраем:

– Ничего не бойся.

И на сердце сразу стало легче.

– Шарат, – машинально вцепилась она в рукав его холщовой крестьянской туники, – скажи: Саните действительно ничто не угрожает в вашей дереве?

– В нашей деревне, – холодно поправил её Сын Ба.

Стряхнул с себя руку дзара и потопал к окну, каждым шагом демонстрируя неодобрение. А что сказала-то – недоумённо пожала плечами Шайтала. Она же там гостья – хотя и удостоившаяся жилища. Ей никто не пообещал, что это её частная собственность, которую нельзя отнять. Лучше бы научились чётко формулировать свои мысли и намерения – поморщилась она в спину демона и решила забыть о его повадках заносчивого дикаря.

Когда незваные гости, наконец, убрались, работа по благоустройству господских покоев продолжилась. Поначалу они дружно развешивали ковры, постепенно поднимаемые снизу мальчишками. Потом принесли новые перины, подушки и постельные принадлежности. Тут у Шайталы с Царовнами нашла, что называется коса на камень. Из четырёх личных помещений лично госпожа могла занять одну спальню – в двух сразу она спать не умела. Гостиная – понятно – место общего пользования, ванну решили устроить в самом маленькой комнатёнке. А в последнем помещении Шайтала вознамерилась поселить своих наперсниц.