Хочу тебя, моя рыжая

Пролог

Я никогда не верила в любовь с первого взгляда. До того дня.

Университетская библиотека всегда была моим убежищем. Здесь, среди высоких стеллажей из тёмного дуба, приглушённого света старинных ламп и запаха старых книг — смеси пергамента, клея и едва уловимой пыли, — я могла забыть о суете кампуса, о бесконечных дедлайнах и неловких попытках завести разговор с однокурсниками.

Я устроилась в укромном уголке у окна. За стеклом медленно кружились первые осенние листья — багряные, золотистые, словно осколки заката. Разложила конспекты по математическому анализу, ручку, линейку, маленький блокнот для пометок. Солнечный луч пробился сквозь тучи, осветил мои рыжие волосы, разложенные на столе, — они вспыхнули, как раскалённые медные нити.

И тут дверь скрипнула.

Он вошёл, и время будто замедлилось.

Светлый, почти платиновый блонд, небрежно зачёсанный назад, слегка взъерошенный, будто он только что провёл по волосам рукой. Чёткие черты лица: прямой нос, высокие скулы, лёгкая небритость, которая ему чертовски шла. В руках — стопка книг по физике, на плече — потрёпанная кожаная сумка с вышитой руной (я потом узнала, что это был символ его школьного научного клуба). Он огляделся, будто искал что‑то, и его взгляд случайно упал на меня.

Я поспешно уткнулась в конспект, чувствуя, как горят щёки. Только бы не подошёл.

Но он подошёл.

— Привет, — его голос оказался ниже, чем я ожидала, с лёгкой хрипотцой, как у человека, который слишком много говорит или поёт. — Тут свободно?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он опустился на стул напротив, положил книги, бросил на меня короткий взгляд — и вернулся к своим записям.

Тишина между нами была странной. Не неловкой, а… напряжённой. Я пыталась сосредоточиться на интегралах, но глаза то и дело скользили по его рукам — длинные пальцы, слегка потрёпанные ногти, как у человека, который привык работать не только головой. На запястье — тонкий кожаный шнурок с металлическим амулетом в форме атома.

— Ты тоже на физмате? — спросил он вдруг, не поднимая глаз.

— А? — я вздрогнула. — Да. Второй курс.

— Я Альберт. — Он наконец посмотрел на меня, и я заметила, что его глаза — серо‑голубые, как утренний туман над рекой, с крошечными золотистыми крапинками вокруг зрачка.

— Адриана, — выдавила я.

Он улыбнулся. Просто улыбнулся, но у меня внутри будто взорвалась маленькая сверхновая.

Я невольно взглянула на его руки — они лежали на столе, пальцы слегка постукивали по дереву в каком‑то своём ритме. На среднем пальце — простое серебряное кольцо, едва заметное. Я поймала себя на том, что пытаюсь угадать, что оно значит: семейная традиция, личный талисман, просто стиль?

— Ты часто здесь занимаешься? — спросил он, перелистывая страницу учебника.

— Да, — я сглотнула. — Это моё место. Ну, то есть… я обычно тут сижу.

Он кивнул, будто это было самым естественным объяснением в мире.

— Понимаю. Тут тихо. И свет хороший.

Я посмотрела на окно. Луч солнца сдвинулся, теперь он падал прямо на его волосы, превращая их в сияющий венец.

— Ты готовишься к семинару по квантовой механике? — рискнула спросить я, заметив на обложке его тетради заголовок.

— Ага, — он вздохнул. — Пытаюсь разобраться в уравнении Шрёдингера. Опять.

Я не удержалась от смешка:

— Я тоже. Оно как загадка без ответа.

— Или как шифр, — добавил он, и мы оба рассмеялись.

В этот момент я поняла: это не просто случайная встреча. Это начало чего‑то. Чего‑то важного.