Хочу тебя украсть

Глава 4. Резо

Наступила последняя неделя августа.

Нугзар после того вечера запретил Алике появляться на дискотеке. Лейла уехала с родителями заграницу на отдых. Тамара же решила навестить бабушку. Тем более, что той срочно понадобилась помощь в сборе поспевающих фруктов и овощей.

– Бабушка, – девушка поднялась ни свет ни заря, – я выгоню Пеструшку, а ты отдыхай.

Тамара натянула на себя бриджи, на топ надела рубашку. Вообще-то, она любила понежиться в кровати, но только в городе. Утро в деревне у бабушки было особенное: густой, словно кисель, туман медленно сползал с полей, оставляя сверкающую россыпь росы; петухи прочищали горло; Пеструшка жалобно мычала, заслышав нестройный хор голосов её подруг, которых уже собрал в стадо старый пастух.

– Иду, иду, – весело проговорила девушка. Напевая незатейливую песенку, она открыла хлев, как раз в тот момент, когда стадо поравнялось с их домом. В последние годы в деревне поголовье коров значительно увеличилось. Мода на биопродукты сыграла на пользу сельской местности.

Бурёнку не надо было упрашивать дважды. Она бодро побежала к подругам, отмечая свой путь ароматными лепёшками.

Следом Тамара открыла загон для овец. Баран, как единственный представитель мужского пола в отаре, считал себя самым умным, потому он стоял около закрытой калитки и зычно блеял, хотя можно было смело сделать два шага в сторону и выйти.

– Тамрико, хватит издеваться над животиной, – улыбнулась бабушка. – Открой уже окаянному эту калитку, а то ведь до вечера так и простоит около неё.

– Ах, он тупой как все мужчины, – пропела девушка на знакомую мелодию из «Мушкетёров», но бабушку послушала: – Иди, рогатый. Истинный сын своего народа.

– Тамара, Тамара, – покачала головой старушка. – Прогневаешь Бога, пошлёт он жениха тебе старого да страшного, будешь знать.

– А я возврат сделаю, – засмеялась девушка. – Ещё и неустойку потребую.

После сытного завтрака сырниками из домашнего творога, густо приправленными свежей сметаной, девушка побежала в сад. Бабушка же повезла на базар продавать излишки. Работы для обеих хватало.

На ветках висели огромные красные яблоки с прозрачной кожицей. Невозможно было собирать такую красоту и не пробовать её. Слишком уж соблазнительными были сочные плоды, манящие своим пьянящим ароматом свежести и сладости. Вскоре девушка почувствовала, что объелась.

Солнце нагрело воздух. Тамара посмотрела по сторонам. Если не заглядывать через забор, то и не видно, что происходит за ним. Порядочный человек не будет ничего высматривать на чужом дворе, а непорядочного стесняться нечего. Девушка ещё какое-то время сомневалась, пренебречь или нет приличиями, но, зайдя в теплицу, почувствовала, что ей просто жизненно необходимо раздеться. По-другому пережить духоту она не могла. Тем более, этим летом ей так и не удалось толком позагорать.

Она зашла в дом. Выудила из своего чемодана голубые шорты, по длине и плотности больше похожие на бельё, и тёмно-синий лиф от купальника. Замотала волосы в пучок и заколола их на затылке. Покрутилась перед зеркалом. Сама себе понравилась. И решив, что не совершает ничего крамольного, вышла в сад.

Вначале она вернулась в теплицу. Надо было собрать и рассортировать помидоры: переспелые отложить для переработки, просто спелые – к столу, а твёрдые – забрать с собой в город. В теплице девушка лишний раз порадовалась, что не забыла прихватить с собой купальник.

Порядочно вспотев в теплице, девушка вышла в сад, вспомнила, что бабушка просила собрать сливы.

Вот здесь она впервые подумала, неплохо было бы накинуть что-то на плечи, ибо осы так и крутились около неё, не отставая ни на шаг. «Ладно, как укусят, так оденусь», – отмахнулась она.

Сливы росли вдоль забора с соседним пустующим участком. Вернее, раньше там жила семья, но потом, как рассказывали местные сплетницы, их сын угодил за решётку то ли за воровство, то ли за драку, и они уехали, а дом в деревне стали использовать как дачу. Сейчас он пустовал. Сад ещё не успел зарасти до дикого состояния, но стремился к нему.

Тамара продолжала напевать, двигаясь вдоль участка. Увлечённая работой и своими мыслями, она не заметила молодого человека, наблюдающего за ней с другой стороны изгороди.

– Красиво поёшь. Певицей будешь? – раздалось как раз в тот момент, когда она поднялась на стремянке и пыталась дотянуться до самой верхней ветки.

Девушка вздрогнула и чуть было не упала, но вовремя поймала равновесие. Она повернула голову и увидела рыжего друга детства:

– Бесо! Привет, говорят, что ты сидел. Уже освободился? – прямо спросила она.

– Тамрико, ты, как всегда, очень тактична, – засмеялся он. Из одежды на парне были только светлые шорты. Его тело покрывали многочисленные татуировки. – Я в море плавал.

– А… – протянула Тамара, не переставая улыбаться. Она была рада видеть старого знакомого, несмотря на ходившие про него слухи. Девушка держалась подальше от стереотипов. Тем более, лично ей парень не делал ничего плохого, зато в своё время спасал от петуха, на велосипеде катал и никому в обиду не давал. – Теперь это так называется. Когда прибыл?

– Вчера, вместе с другом. Познакомься, это Резо. А это наша несравненная егоза Тамара.

И только теперь девушка увидела, что на крыльце дома стоял ещё один молодой человек. Он ей кого-то напоминал: коротко остриженные чёрные волосы, густые кустистые брови, рябое лицо. Но главное – глаза, чёрные, как маслины, смотрящие так, словно их обладатель пытался вытрясти из тебя душу.

Девушка невольно поёжилась:

– Он на бандита из банды Амирана похож, – почему-то проговорила она, спускаясь по ступенькам. Очутившись на земле, девушка подошла к забору и громким шёпотом подозвала Бесо: – Он такой страшный, гони его.

– Кто? Резо? Это вид у него суровый. А ты про какого Амирана говоришь?

– Мафиози местного разлива: много строит, мало стоит. Знаешь его?

Вместо ответа Бесо рассмеялся и пригласил девушку вечером на шашлыки.