Хочу тебя забыть

Глава 1

Глава 1

Лолита

– Ты спала с предателем, Лолита. Всё это время ты любила предателя.

Поверхностный сон смешивается с реальностью и я даже точно не определю, кто по-змеиному шепчет эти страшные слова.

Но это не кто-то меня обвиняет. Это я обвиняю саму себя чужим голосом.

В камере временного содержания холодно и влажно. Я лежу на твердой кушетке, высоко подтянув колени и обнимая себя руками. И сама не понимаю, дрожу из-за холода или пережитого ужаса.

Вчера утром я проснулась еще благополучной дочерью обеспеченных родителей, мажоркой, студенткой, у моих ног лежал весь мир, а теперь я арестантка, не знающая, получилось ли выбраться из передряги маме. И что случилось с пусть не родным мне, но отцом.

А ещё я предательница семьи. И преданная человеком, которому успела признаться в любви.

Слез больше нет, но боль в груди никак не проходит.

Я зачем-то по секундам восстанавливаю допрос, который мне проводил Руслан, мой первый мужчина.

А ещё шаг за шагом проматываю всю историю нашего знакомства, в котором не было ни одной случайности.

Он обо всем врал. Каждым словом. Взглядом. Действием.

Ему нужно было просочиться в окружение моего отчима – бизнесмена и... преступника Олега Яровея. Для этого он использовал меня.

Я так радовалась, когда он нашептывал мне на ухо, какими словами я могу уговорить отчима делать то, что мне нужно. Я считала настоящим мужским поступком его готовность решить все проблемы, которые мешают нам встречаться.

Я горела чувствами к нему. Сексом с ним. Я не спала из-за нашей переписки, считывая в каждой букве искренность. Мне хотелось щипать себя из-за того, насколько же мы совпали. Насколько же он для меня идеальный!

А для него всё это было частью задания.

Я дала Незнакомцу по переписке всё, что ему нужно было. Он меня использовал и бросил умирать.

Может быть не физически, но морально меня уже не существует.

Нет сил плакать и себя жалеть. Бояться тоже сил нет.

Думаю, что бы со мной дальше ни было, я всё заслужила.

Он не ответил мне на вопрос, живы ли Олег и моя мама. Он вообще не отвечал на вопросы. Задавал свои. Вел себя холодно и жестоко.

Наверное, я из-за этого до сих пор дрожу.

Под потолком, за пределами моей клетки, горит тусклая лампочка. Сейчас даже поверить сложно, что в прошлой жизни существовала роскошная спальня с кроватью кинг-сайз, ортопедическим матрасом и светом, который плавно менялся в зависимости от времени суток.

За проведенные здесь часы мне никто не предложил переодеться, поесть или таблетку от головы, которая просто раскалывается.

Я раз за разом приказываю себе попытаться заснуть, но каждая моя попытка заканчивается одинаково.

Замок камеры временного содержания дребезжит. Я тут же сажусь на жесткой лежанке и пытаюсь навести фокус на фигуре вошедшего.

Это может быть кто-угодно. К примеру, надзиратель, который вступил на смену вечером после допроса, приходил ко мне в камеру и с удовольствием загонял в угол. Пугал. Пытался лапать. Обещал заглянуть попозже порезвиться. Когда все заснут.

Он напомнил мне водителя-Расула. То же сумасшествие и вседозволенность в глазах.

Боюсь ли я насилия? Очень. Смогу ли с ним жить? Да вряд ли. Но по-настоящему лютый страх подкатывает к горлу, когда я узнаю в вошедшем не надзирателя, а другого человека.

Походку. Широкие плечи. Разрисованные жестокими рисунками сильные руки и безжалостный волчий взгляд.

Перед глазами калейдоскопом проносятся картинки самого страшного в жизни дня. Два теста на беременность: один из которых показал две полоски. Звуки выстрелов. Холодящие кровь крики. Как в дом залетают люди в форме и кладут всех лицом в пол.

Его там не было, но всё это – из-за него. Жестокого Незнакомца по переписке, которого я наивно собиралась приручить.

Руслан трет запястье, как будто наручники все это время были у него на руках, а не у меня. Никто даже не пытался предложить их снять, хотя я не противилась ни одному слову или действию.

Они звенят, привлекая волчье внимание. Я хотела бы спрятать руки, но это не выйдет. Руслан недолго смотрит на них и снова поднимается к глазам, а я окончательно немею от боли из-за осознания, какой ужас натворила. Позволила ему проникнуть в самое сердце семьи и уничтожить нас всех.

– Тебе недостаточно? Я должна сделать что-то ещё? – Смелости не хватило и слова против сказать там, в комнате допросов, а сейчас я просто уже не вывожу. В моменте кажется, что если бы пришел надзиратель – это было бы менее больно.

Руслан проходит вглубь камеры, я встаю с кушетки и пячусь подальше. Он единственные оставляет дверь открытой. Может быть дурак, а может быть просто понимает: я не убегу. Слабая. Безвольная. Поверженная. Да и куда мне бежать?

Смотрю на открытую решётчатую дверь и даже в теории не представляю, как рвану. А он останавливается в коротком шаге. Смотрит не так, как на допросе. Там – игриво и даже с удовольствием. Здесь – вязко и пристально. Злишься? А на что? Я не знаю, где он настоящий, и я больше не буду пытаться докопаться до истины.