Хочу в уборщицы, или Юри-сан

Глава 5

Все теперь было безумным сном. Реальность не желала возвращаться, распадалась как пазл; а моменты осознания были то мучительны, то невероятны. Пришла боль, много боли; потом в голову ворвались чьи-то голоса, и боль прекратилась. Ощущение тела она тоже утратила. 
Юля вдруг обнаружила себя парящей высоко под потолком. В ярком свете она увидела девушку на операционном столе, с мертвенно белым лицом; над ней склонились хирурги в масках, которые производили какие-то манипуляции. Юля изумленно поняла, что видит со стороны себя саму. Как будто ее обокрали, вытолкнули из жизни... так рано. 
«Я не хочу!» - выкрикнула она изо всех сил; но кричать тоже было нечем... И ее опять накрыла темнота. 
Потом она ощутила себя лежащей на больничной койке. Снова болело все тело, казавшееся теперь неподъемным, и больше всего - голова; пошевельнуться было почти невозможно, даже разлепить веки. Рядом что-то противно, неотступно пищало. 
«Монитор пациента. Вот как эта фиговина называется», - подумала Юля; и опять провалилась в забытье.
Когда она снова очнулась, боль стала немного меньше, а сознание прояснилось. Но монитор рядом с кроватью все так же пищал. Юля приоткрыла глаза и повернула тяжелую голову, различив черный экран, по которому бежали цветные зигзаги. 
- Выключите эту штуку, - пробормотала она: язык едва ворочался.
С другой стороны кто-то обрадованно ахнул.
- Тамара Ивановна! Она очнулась! 
Юля повернула голову на голоса, увидев две фигуры в белых халатах - маму и Катю. У мамы застиранный больничный халат был наброшен на плечи поверх ее обычного бежевого юбочного костюма. 
- Юленька, как ты себя чувствуешь?.. 
Мама склонилась к Юле с намерением погладить по голове; но остановилась. Кажется, вся голова была забинтована. Юля увидела, что мамины очки затуманились от слез; или просто у нее опять все поплыло перед глазами. 
- Вроде живая, - пробормотала она. - Вы обе тут... А где папа? 
- Я ему сейчас же позвоню, он приедет как только сможет! - заверила мама. 
«Валера!» - сверкнула в мозгу у Юли ужасная мысль. 
- А... Валерка где? Он?.. 
- Не волнуйся, - Катя опередила Тамару Ивановну с ответом. - Он живой, его госпитализировали, но он уже выписался. И водила этот тоже - пьяный был вусмерть, его теперь привлекут по полной программе. Ты пострадала тяжелее всех. 
Юля прикрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Думать тоже было тяжело. 
- Так значит... Валера даже не заглянул ко мне? 
- Она заходил. Как раз после того, как ты в первый раз пришла в себя... после операции, - сказала Катя. - Но ты тогда его не узнала. Он просил, чтобы ему сообщали, как ты тут. 
Юля слабо усмехнулась. 
- Бедняга... Небось его драгоценная «хонда» всмятку? 
- Да. Сильно побилась. Теперь, наверное, только на запчасти, - подтвердила Катя. 
Подруга качнула светловолосой головой, и в глазах появилась злость. - И как так вышло? Твой Смирнов был за рулем, а основной удар достался тебе!.. Чудом тебя спасли! 
- Перестань, Катька. Валера не виноват... он точно так же мог убиться, - Юля поперхнулась и закашлялась. 
Болела не только голова - правая рука под одеялом тоже ныла сильно, от пальцев до плеча: наверняка была сломана. 
- Катя, хватит. Пойдем. - Тамара Ивановна поднялась с непреклонным видом. - Юле нельзя много разговаривать, ей нужен покой. И надо сказать сестре, пусть ее проверит. 
- Скажите, плиз. - Юля кивнула и стиснула зубы: в голове бултыхнулся камень. - И передайте, чтобы убрали этот чертов монитор! Только мешает! И пищит как сволочь! 
- Конечно. - Тамара Ивановна улыбнулась дочери и коснулась ее плеча. Потом они с Катей вышли. 
Юля с трудом приподнялась на локте и, мигая, огляделась. Она находилась в послеоперационной палате, на четырех человек, но занято оказалась только две койки - напротив у окна крепко спала какая-то пожилая женщина, может, под лекарствами. Сквозь полузадернутые шторы на окнах лился сумеречный свет. Часа четыре пополудни, решила Юля.
Потом вошла молодая ярко накрашенная медсестра. Она спросила, как пациентка себя чувствует, и улыбнулась в ответ на вымученную улыбку. 
- Вам на самом деле очень повезло, - сказала она.
- Уберите монитор, пожалуйста, - попросила Юля.
- Подождите немного. Сначала проверю показания.
Юля опять закрыла глаза. Она услышала одобрительный возглас сестры; потом писк прибора прекратился. Девушка почувствовала, как отдернули шерстяное одеяло, и озябла. Но не сразу решилась взглянуть на себя.
На ней была ее собственная фланелевая пижама - конечно, мама привезла. Медсестра ловко отклеила налепленные на голое тело датчики ЭКГ, отсоединив провода. Юля скосила глаза вправо: правый рукав пижамной куртки как-то подозрительно оттопырился. Манжетка измерения давления была надета на левую руку - медсестра сняла ее...
- У меня правая рука в гипсе, да?
- Да. Закрытый перелом лучевой кости.
Медсестра одарила Юлю улыбкой, которая означала, что это не самая серьезная травма в сравнении с остальными.
- А что еще?..
- Черепно-мозговая травма, сотрясение мозга. Есть ушибы и гематомы. Но угроза для жизни уже миновала. Главное теперь - соблюдать режим.
Закончив с Юлей, медсестра подошла ко второй койке. Пожилая больная как раз проснулась - никаких приборов рядом с ее кроватью не было. Медсестра поговорила с ней, потом сообщила обеим, что врач придет через два часа после ужина, во время общего обхода. 
- А когда ужин? Мне уже можно есть? - Юля опять взволновалась. 
- Да, легкоусвояемую пищу. Если потребуется, назначат специальную диету. 
«Ишь ты», - подумала Юля. 
Когда сестра вышла, закрыв за собой дверь, ее окликнула соседка по палате. 
- Не слушай ее, ни фига они тебе не назначат. Это ж областная больница. Я вон после аппендицита лежу, а питаюсь только тем, что из дома привозят.
Женщина была, похоже, из простых - откуда-нибудь из района; но, во всяком случае, добродушная. Юля улыбнулась ей. 
- Меня зовут Юля. А как ваше имя? 
- Алевтина Семеновна. Ты много-то не болтай, тебе с твоим сотрясением нельзя. 
Юля опять почувствовала обморочную слабость. Она вспомнила, что тут еще мама и Катя; но захотелось остаться совсем одной и уснуть. 
Она открыла глаза, почувствовав чью-то руку на своем лбу. Мама. 
- Юленька, мы с Катей сейчас уйдем. Папа приедет вечером. Тебе что-нибудь нужно? 
- Телефон и зарядник, - пробормотала Юля. - Пожалуйста. 
- Конечно. Телефон у тебя в тумбочке, он уцелел. А зарядник папа тебе привезет. 
Катя ободряюще улыбнулась ей. 
- Если будешь в состоянии, читай мои смс-ки. Я к тебе сама забегу через день-два. 
Юля кивнула. Она вяло подумала, написал ли ей что-нибудь Валера - и волнует ли его теперь хоть немного ее судьба. Но сил на размышления не осталось. Она задремала. 
Вечером приехал отец. Он скрывал свои чувства за профессиональной дотошностью, подробно расспрашивал Юлю о симптомах. Но, увидев, как дочь утомлена, Антон Федорович оставил свои попытки и неловко улыбнулся в усы. 
- Мама тебе передала, поешь. - Он выставил на тумбочку несколько баночек с детским питанием - мясным и фруктовым пюре. - В твоем состоянии это самая лучшая пища. 
Папа привез еще много нужных вещей, загрузил Юлину тумбочку до отказа. Потом поцеловал дочь в лоб и ушел, велев поправляться.
«Стоило попасть под грузовик, чтобы за тобой так ухаживали», - подумала Юля. Хотя нет. Не стоило, при любом раскладе... 
Поесть пюре из баночки левой рукой - это было неудобно, но еще кое-как. А вот гигиенические процедуры заставили ее изрядно помучиться. Хорошо хоть, после вечернего осмотра выписали наконец обезболивающее и Юля обнаружила, что может ходить, держась за стенки и пережидая головокружения. 
Ночью, когда соседка уже спала, Юля наконец достала телефон и прочитала смс-ки. Катя прислала несколько, весьма глубокомысленных и странных. В своем духе. Смысл их сводился к тому, что этот несчастный случай произошел неспроста... 
Юле и самой уже так казалось. 
«Говорят, тебя в твоем состоянии нельзя волновать. А по-моему, наоборот - нам с тобой надо вместе подумать о том, что это значит, - написала Катя. - Я ведь знаю, что ты тут одна лежишь и переживаешь». 
Переживать было о чем! Конечно, страшное ДТП могло быть случайностью; но сейчас Юле казалось, что кто-то - или что-то - намеренно препятствовало ей. В тот самый момент, когда она собиралась вместе со своим молодым человеком наведаться в разрушенную церковь: первую из исторических мест в маршруте, намеченном ведьмой-техслужащей...