Хочу вернуть жену

2

- Ну, как ты с папой время провела? - спросила жена, когда прибыла за дочкой.

Остальные уже разъехались - завтрашний рабочий день диктовал свои правила. Обычно в весенне-летний период собирались компанией еще с пятницы. Топили баню, жарили шашлык, ходили на рыбалку. Жены в это время загорали, присматривали за детьми. Дача Константинова была приспособлена для того, чтобы позвать сразу три-четыре семьи. И вот теперь это все куда-то делось, а Никита даже не понял, как именно это произошло.

Олег и Глеб, конечно, наведывались, но все реже. Да и то, приезжали под занавес субботы и с воскресного обеда уже торопились в город. А Еся вон и вовсе не осталась. От этих мыслей у Никиты в душе заныло. Стало как-то неуютно.

- Очень весело! Папа говорит, тут спится отлично, так и есть. А ты как? - ответила Сашенька и вдруг посерьезнела.

Видимо, вспомнила, что мама могла быть в эту ночь не одна. И хоть пока малая мыслила совсем иными категориями, Константинов испытал еще более тревожно-неприятное чувство.

- И я прекрасно, - улыбнулась Еся и посмотрела на Никиту.

Она, видимо, знала, что он собирается с ней поговорить о ее Егоре. И он действительно собирался, только вот сейчас все слова вдруг куда-то растерялись.

- Не торопишься? - спросил он. - Шашлык со вчера остался. Хотел разогреть на обед, а то до города путь неблизкий.

Сказал это и сразу мысленно себя обругал. Ну что за ухаживания гамадрила? От таких любая жена сбежит.

- Да вроде не тороплюсь, - чуть пораздумав, ответила Есения. - И шашлыка бы поела.

Она вручила Саше сумку, и дочь умчалась к дому. Сама же подняла руки и потянулась, как довольная сытая кошка. Константинов невольно замер взглядом на фигуре Есении. Ее не испортили роды - напротив, после того, как у них появилась Сашка, жена стала еще более женственной и желанной.

- Не выспалась? - с улыбкой спросил Никита, а когда понял, о чем только что поинтересовался, нахмурился.

- Выспалась, - тихо рассмеялась Еся. - И пойдем уже в дом, раз поесть позвал.

Пока Саша рассказывала о новых приключениях своей куклы (а они случались ежедневно), Константинов поставил еду на плиту. Наскоро нарезал салат из зелени, когда шашлык разогрелся - собрал на стол. Самому есть не хотелось, чувствовал себя, как пятнадцатилетний пацан, который влюбился впервые. И подумать только - в собственную жену.

А вот Есения и Сашка, усевшись за стол, принялись уплетать мясо.

- Вкусно! - похвалила Еся, хотя, конечно, шашлык надо было есть еще вчера с пылу, с жару.

- На ужин лучше бы осталась. И на ночь, - с явным намеком ответил Никита.

Жена кашлянула, покосилась на Сашу. Та или делала вид, что ничего не понимает, или действительно не вникала в разговор взрослых. Да и разговором-то это было не назвать. Так, пара реплик, которые, возможно, были значимы только для него.

- Я же сказала, что были дела, - мягко улыбнувшись, ответила Есения.

Саша, быстро доев, убежала собираться, оставив родителей вдвоем. Видимо, все же хоть немного, но понимала.

- Тогда повторюсь - дела не Егором зовут?

Никита не стал сдерживаться. Он имел полное право знать о том, что это за мужик крутится рядом с его женой.

- Константинов… Давай сразу расставим все точки. Даже если мои дела зовут Егором, ну или Сережей, Петей, Ваней - это только моя жизнь. Я не лезу в твои личные дела, ты - в мои.

- Очень хорошо устроилась, - хмыкнул Никита и сложил руки на груди. - А меня спросить не забыла, что я думаю по этому поводу?

- А тебя спрашивать не должна, - пожала плечами Есения. Взяла стакан морса, отпила пару глотков. Смотрела на Никиту так, что у него возникло ощущение, будто он - мальчишка, который нашалил. - Мы разводимся, не забыл?

- Я против.

Брови Есении поползли наверх. Наверно, сам Константинов тоже бы очень сильно удивился, скажи ему кто-то еще пару дней назад, что он передумает. И нет, вовсе не наличие другого мужика стало спусковым крючком, когда потребность вернуть жену стала огромной. Хотя, стоило признаться самому себе - этот чертов Егор сыграл свою весомую роль.

- Константинов, ты меня пугаешь!

Еся встала из-за стола и, подойдя к Никите, положила ладонь ему на лоб.

- Жара вроде нет, - пробормотала она. - Ты же не успел опохмелиться?

Когда попыталась отойти, Никита перехватил жену, притянул к себе.

- Есь, давай без этого всего, хорошо? Я против развода. И против Егоров, Сереж и прочих Вань и Петь. Давай уже закончим наш разлад. Я хочу с тобой жить. Хочу вместе растить дочь…

- А в один прекрасный день снова посчитать, что ты свободен, как ветер, и целовать баб у меня на глазах?

На лице Есении отразился такой гнев, что Никита невольно отступил, отпуская жену.

- Такого больше не повторится, - проговорил он, уже зная заранее, что сделает все, чтобы отныне стать самым верным мужем и хорошим семьянином.

Еся смотрела на Никиту теперь с чем-то вроде сожаления, разливающегося по радужке глаз.

- Я тебе не верю, прости, - хмыкнула она равнодушным, как показалось Никите, голосом. - Мы разводимся и живем дальше каждый, как пожелает. Конечно, с учетом всех интересов нашей дочери.

- В ее интересах - чтобы родители были вместе! - горячо заявил Константинов.

- Нужно было думать об этом до того, как я обнаружила тебя с другой!

Еся сделала глубокий рваный вдох. Усмехнулась и, покачав головой, задала вопрос, показавшийся риторическим:

- И чего я так на это до сих пор реагирую? Вроде уже уговорила себя, что мы с тобой в прошлом и меня это все не волнует.

Никита невольно вздохнул с облегчением. Не зря ощущал, что у Есении к нему чувства еще не остыли. Не зря хотел все вернуть.

- Мы не в прошлом, - сказал он и сделал шаг к жене.

Она отступила и это заставило Константинова с силой сцепить челюсти.

- Все, Ник… Давай не будем.

Он хотел сказать что-то еще, а лучше - схватить в охапку, прижать к себе и повторить то, что уже озвучил, но их отвлекла Сашка, вприпрыжку примчавшаяся на кухню. Уже полностью собранная, дочь окинула родителей пристальным взглядом и спросила: