Ход без права на отступление

Латте с искоркой

— Мелисса, ты снова опоздала, — хозяйка кафе недовольно оглядела меня. — И что у тебя на голове?

Хильда была высокой женщиной с яркой копной рыжих волос. Она всегда была строгой и терпеть не могла опозданий, но делала мне поблажки — за хорошую работу.

— Прости, звёзды сегодня против меня. Есть заказы для меня?

Говорила я на ходу, надевая фартук и пытаясь собрать непослушные кудри в пучок.

— Звёзды тут ни при чём, уж я-то знаю. Два латте с искоркой, посетители уже как пять минут ждут.

Наконец справившись с волосами, я вышла в зал, где за небольшими столиками уже сидели первые посетители. «Сириус» был лучшим кафе для всех — вкусный кофе, запах свежей выпечки и лучший персонал. Впрочем, больше всего нас любили особые гости.

В моей работе всё было просто. Сначала приготовить классический эспрессо, взбить молоко и аккуратно влить его в эспрессо, понемногу вливая силу — из-за чего получалось мягкое, жёлтое свечение. Главное — не перестараться и настроиться на нужную волну: вспомнить утренний рассвет, солнечные блики на воде, улыбку дорогого человека… И вот ваше латте с искоркой готов! Он помогает открыть сердце новому и воодушевляет на весь день.

Такие заказы мы всегда помечали маленькой звёздочкой, чтобы они случайно не попали не тем людям — ведь такие тайны стоит хранить бережно.

— Доброе утро, Мелисса, а Хильда на месте? — к прилавку подошёл наш постоянный посетитель — Грег, владелец книжного магазина напротив, чей бизнес процветал уже который год.

Он всегда выглядел по-деловому: в костюме, с аккуратно подстриженной бородой и в очках — и сегодня не был исключением.

— Я всегда на месте, — раздался голос Хильды из подсобки.

Хозяйка тут же вышла, ослепительно улыбаясь и протягивая руку для поцелуя. Порой мне казалось, что эти двое — последние, кто хранят древние традиции наших предков.

— Как обычно, пришёл спросить совет у звёзд?

— Только если их слова передашь ты.

Интересно, почему они никак не сойдутся? Впрочем, может, он сюда так часто ходит, надеясь, что однажды звёзды скажут Хильде: «Дай ему шанс!»

Хильда скрылась в подсобке, чтобы нарисовать новую звёздную карту. Я видела этот процесс лишь дважды и каждый раз жалела, что у меня нет возможности полюбоваться им снова — на то, как она вырисовывает магией одной лишь ей понятные знаки в воздухе, расставляя каждое на своём месте и потом соединяя их линиями. Её магия всегда была тёмно-синего цвета, как ночное небо, а потом каждое предсказание рассыпалось серебром и исчезало.

День был длинным, было неожиданно много заказов с магическими свойствами, и я изрядно устала. А в таком состоянии хорошо получался только успокаивающий чай. Но, несмотря на усталость, меня ждала ещё вечерняя вылазка.

— Хильда, а ты можешь сделать мне самый бодрящий эспрессо? — спросила я, когда мы уже закрывали кафе. — У меня уже совсем резерв на нуле.

— Так уже ночь скоро, куда тебе? — Хильда пристально вгляделась в меня и вдруг усмехнулась. — Неужели какие-то дела важные? Встреча с кем?

— Ну, может и так, — не стала я рушить придуманную не мной отговорку. — Так сделаешь?

Я постаралась состроить как можно более жалостливый вид.

— Сделаю-сделаю. Только чтоб завтра на работе была вовремя, поняла?

— Как прикажешь, прекрасная Хильда.

Хильда цокнула языком и вернулась за стойку делать кофе, пока я продолжила уборку.

— Вот, бери свой кофе и топай отсюда.

— Но мы ведь ещё не всё убрали.

— Сама закончу, ты и так сегодня перетрудилась. Иди, пока я добрая.

Хильда слегка толкнула меня в спину, намекая, что отказы не принимаются.

— Ты лучшая! — я звонко рассмеялась и вышла на улицу.

Весенний вечер был ещё достаточно холодным, так что я потеплее укуталась в шарф и повернулась в сторону кафе, чтобы помахать Хильде.

Сверху красовалась золотая надпись «Сириус» — самая яркая звезда на небосклоне. Многие знали, что хозяйка небольшого, но уютного кафе верит в астрологию, но лишь некоторые понимали, что она не просто гадалка, а лучшая в своём деле.

Мне посчастливилось жить в самом магическом городе нашего обычного мира технологий. Пускай мы все скрывались — зато в этом была своя романтика.