Ходячая космическая катастрофа

Глава 7

Мишель

- Улетели куда? - ошарашено переспросила Мишель своего работодателя, который ухмылялся во все тридцать два зуба.

Наутро в медотсеке ее подопечного не оказалось, а Туула поставила Мишель в известность, что парень с утра пораньше получил допуск к полетам, предписание от Совета коммандор-капитанов и отбыл в соответствии с полученным направлением. Прихватив с собой персонал, обучающийся на медиколога. То есть, Ольгу.

Мишель ничего не поняла, но пошла к своему непосредственному начальству. Разбираться.

- Как - с разрешения Совета коммандор-капитанов? - она с изумлением взирала на копию визуального предписания, которое ей вручил начальник станции.

Она, Мишель, как хорошая девочка, запросила разрешение на разговор с ее подопечным, которого вчера вытащила из разгерметизированного отсека. В последний момент, кстати!

В центре контроля за несовершеннолетними со спец. способностями ей пошли навстречу, и разрешение на разговор выдали, ибо имел место риск для жизни и здоровья несовершеннолетнего. И явный! А это уже серьёзно!

…Ибо просто поговорить с мальчиком без разрешения родителей или опекунов было нельзя. А просить разрешение у опекунов… Мишель немного поёжилась… слишком вероятным был вариант прямого запрета. И тогда это грёбанное дело о нестабильном телекинетике на космической станции надо по закону передавать в суд, а это гарантировано “похоронит” её карьеру, какой бы вариант действий она не выбрала впоследствии и какое бы решение не принял суд.

Однако у мальчика, которого она вместе с бывшим коммандор-капитаном Рессата Рикардом Старом вместе… спасала… у мальчика явно серьёзные проблемы со здоровьем да и психологические проблемы имеются. Причём, настолько явные, что ей ругаться хотелось. Несмотря на эрудицию этого ребёнка и его явно неординарный интеллект, парню нужна была помощь, и срочно. Хотя… Как этот ребёнок её отшил, а? Законы цитировал по памяти.

Сделать вид, что ничего не происходит? Карьеру это ей, выпускнице, спасёт, конечно. Но мальчик… Мишель вспомнила своих братьев и сестёр. Хотелось бы ей, чтобы к кому-то из них окружающие относились так безразлично и жестоко?

Может, ей всему коммандор-капитанскому корпусу устроить следствия с последствиями?

Мишель нервно хмыкнула. Ага, особенно с учётом доходов коммандор-капитанов - и её доходов. Очень смешно. Она не медиколог, чтобы от одного её косого взгляда дрожали пилоты. Даже не психолог. Но при правильных формулировках и она может добавить некоторым местным олухам проблем. Особенно это касается стажеров.

Сколько там было анонимок и жалоб? Сотня с небольшим? Она застрянет здесь на полтора года если будет опрашивать всех, кто пожаловался на мальчика… за которого по закону сейчас она, Мишель, несла ответственность. Кстати - и уголовную, в случае чего.

Разрешение-то на разговор с несовершеннолетним она получила…

А ее подопечный несовершеннолетний в это время улетел в соседний с Солнечной Системой сектор. Соседний сектор, конечно, находится совсем … недалеко. Но без скачкового корабля и пилота ей до этого сектора не добраться. Никак.

Да они что тут, все, с ума посходили? Как ребёнка, ладно, пусть талантливого подростка, если учитывать то, что мальчик - телепат, но все равно несовершеннолетнего, отпустили одного в соседний сектор? Да еще через несколько часов после того, как он чуть не пострадал от разгерметизации отсека?

Без сопровождения взрослых! С двумя другими детьми на борту! На планету, на которой присутствует многочисленная, дикая и агрессивно настроенная к землянам инопланетная раса? Где есть единственная научная станция, на которой было всего двое обитателей с Земли и которые попросили о переводе с оной научной станции, к которой отправился этот беспокойный ребёнок, свалившийся ей на голову?

Да еще и взрослые, живущие на этой станции, (хотя, скорее обитающие) запросили с планеты немедленный перевод, проще сказать - эвакуацию?

Кричать на начальника станции Мишель не стала. И бесполезно, и время отнимает.

- Кто из коммандор-капитанов может доставить меня к той планете, на которую улетели дети? - терпеливо спросила Мишель у начальника станции, стараясь, чтобы ее голос и интонации не показали ее начальнику, что она обо всей этой ситуации думала.