Холмы фейри. Я тебя присвою!

24 *

***

Гостья в комнате излучала стойкую эльфийскую уверенность и вседозволенность, отличающую высокородных фейри в любой ситуации.

Она явилась явно без спроса. И Робин был неприятно удивлен этим визитом. Я это видела по лицу фейри, которое через несколько секунд озарилось радостной улыбкой.

На коленях у ног титулованной особы сидел пикси и, превозмогая боль в руке, держал на спине поднос с кувшином вина. Бокал же уютно покоился в руке гостьи.

Акулий оскал младшей принцессы говорил, что притворная радость родственника ничуть ее не обманула и она в курсе, насколько ему неприятна встреча, и от этого чувствовала себя еще довольнее.

Ее платье сияло неземной красотой, так же как и улыбка. Я взглянула на собственные грязные лохмотья, нырнула в нужник, превращенный в комнату прислуги, и прикрыла за собой дверь, хотя очень хотелось хлопнуть ей с досады. Но не хватало только того, чтобы принцесса видела мои слезы, для полного унижения. Поэтому принцесса белладонны не увидит моих слез, а лохмотья я буду носить с достоинством королевы. Не дам ни одному эльфу торжествовать надо мной и глумиться!

Поэтому я встала перед начищенным кувшином и мстительно провела рыбной костью, заменявшей мне гребешок, по волосам и тряхнула кудрями. Может быть, мир теней и вправду был волшебный, за несколько дней рваные обрезки прядей сравнялись в длине с остальной шевелюрой и превратились в локоны, туго завивающиеся на концах в колечки.

Вернулся Фалько, весь в поту и с рукой болтающейся, как плеть. О том, чтобы таскать подносы, не было и речи. Кажется, у пикси начинался жар, потому что он свалился, будто мешок тряпок. Мне пришлось самой нести еще один кувшин вина. Робин по своей всегдашней рассеянности уронил свой кубок, пролив остатки напитка. Я сполоснула грязный кувшин - мне не понравились остатки на дне - и, налив свежее вино, понесла гостям.

В комнате принц и принцесса чирикали, как птички, и мурлыкали, словно котята. Робин мило улыбался принцессе, смеялся над шутками и целовал кончики ее пальцев, от чего я хотела просто стереть зубы в порошок, но только сжала зубы крепче и подлила гостье вина, больше думая о пикси, чем об эльфийке.

Раны Фалько почему-то вновь открылись, и я заподозрила, что виновна в этом принцесса белладонны. Страшно подумать, что пережил малыш в наше отсутствие, когда явилась незваная гостья.

Хотелось нахлобучить ей на голову кувшин. Интуиция подсказывала мне, что мерзавка пытала малыша, желая выведать у того секреты Робина. Но малыш даже не пожаловался. Ныть и жаловаться в стране фей бесполезное занятие. Принц был прав, затевалась какая-то игра, и принцесса решила поиграть в нее, втянув Блэктерна. И почему-то она не сомневалась, что Робин будет участвовать в этой возне.

Все вплоть до черных как смоль, надушенных кудрей эльфийки говорило о власти и самоуверенности. Словно гостья пришла не к равному ей по статусу родственнику, а как минимум к слуге или даже рабу. К моей досаде, Робин стелился у ее ног, будто дым.

Я не слышала, о чем разговаривали принц с принцессой, но после ее ухода застала Робина сидящим в кресле. Одним забытым богам известно, как Блэктерн смог выпроводить назойливую родственницу, так или иначе, ему это удалось, однако радости не доставило.

Принц сидел глубоко задумавшись, выставив перед собой ладони, пальцы левой руки упирались в правую. Эльф, словно паук, перебирал ими, размышляя о чем-то. Фейри смотрел в никуда, и этот серьезный взгляд у всегда безалаберного принца мне очень не понравился. Неужели принцесса белладонны угрожала собственному родственнику расправой или даже смертью?!

Я нерешительно замерла на пороге с подносом, полным желудевого хлеба и наструганной оленины с тимьяном. Требовалось покормить титулованную скотину, иначе я рисковала не выполнить условия сделки.

Хотя что-то мне подсказывало: после явления родственницы Блэктерну кусок в горло не полезет, будь он хоть трижды голоден.

Возможно, фейри и вовсе откажется от еды и, немного погрустив, отправится на очередной праздник (которые пачками устраивались во дворце по любому поводу) вкушать утешающее веселье.

Тем необычнее была реакция принца и слова, что я услышала в следующий момент.

- Вот что, хватит! - резко бросил он, словно спиной почувствовал мое приближение с подносом.

- Что? - не поняла я, считая, что слова относятся к полным тарелкам, но в очередной раз ошиблась. В этом волшебном мире волшебным был в том числе и некий титулованный засранец, волшебный на всю голову и поражавший своей реакцией всех, кто состоял с ним в знакомстве.

- Гулять где вздумается! - пояснил принц, отбирая мой поднос и швыряя его на кровать, так что мясо и куски хлеба, между прочим, с тщательно срезанной корочкой, разлетелись по всему покрывалу. - Дворец - это тебе не полянка с цветочками и ягодками. Да ты хоть знаешь, почему никто никогда не гуляет по ночам в мире теней?

- Почему? - открыла я рот от интереса и тут же его захлопнула, ибо ответ был:

- Неважно. Значит, так: отныне ты следуешь за мной, как приклеенная.

Принц уже зарылся в гардероб, расшвыривая пакеты с покупками, плащи и все, что под руку попадалось.

А я старалась переварить эту идею. Это типа я с ним должна буду по всем пирушкам и балам разгуливать на глазах у скучающей и ищущей развлечений эльфийской знати?

- Нет! Нет! Нет! - вырвалось у меня.

- Да-да-да! - передразнил фейри, критически рассматривая бриджи и зрительно примеряя их на меня. Я в ужасе шарахнулась от обновки и прижалась спиной к стене. Принц навис надо мной с угрожающей улыбкой на губах. - Иначе я и в самом деле тебя к себе приклею! Чарами!

Я представила себя с принцем двадцать четыре на семь и позеленела от ужаса. Это что же получается - и в ванной и в нужной комнате, когда бы фейри свои дела ни совершали, и в постели? Ну уж нет!

Принц мило улыбнулся, рассмотрев зеленоватый цвет моего лица.

- Ну ты ведь так хотела побольше узнать об эльфах, - съязвил он и нахлобучил на мою голову пажеский берет.