Холмы фейри. Я тебя присвою!

26 *

Предыдущее мое платье рассыпалось в руках. Чары фей смертельны, но не долговечны. Та магия, что скрепляла тысячи ивовых лепестков, развеялась, и теперь вместо одежды стул покрывал ворох увядающих листьев. Я возблагодарила небеса за то, что у меня есть еще парочка запасных нарядов. Один из них я и надела, смутно догадываясь, что, как в древней сказке, в полночь карета превратится в тыкву, а брильянтовые башмачки в обычные, испачканные в навозе ботинки. Лишь бы миллионы лепестков, из которых сделано мое новое платье, не облетели до окончания бала, ибо конфуз будет невероятный. Впрочем, зная фейри, можно предположить, что они примут это за часть развлечения. Главное, чтобы они не присоединились к веселью.

Хотелось раздобыть какое-нибудь оружие. Хоть лопату, хоть вилы. Страшно было идти на бал с голыми руками. Если враги потребуют выдать все секреты Блэктерна, просто так не отобьюсь. А лопата - это всё-таки железо и… инструмент. Прятать труп будет легче. Однако на бал с садовыми инструментами вряд ли пускают. Я сунула за подвязку чулок железную вилку - хоть какое-никакое, но оружие, один удар - четыре дырки.

За корсаж я засунула несколько флаконов с зельями - весь мой доступный арсенал.

Принц, очень серьёзный и собранный, но, как всегда, холодный и безразличный, как и все фейри, бросил мне на колени сверток. Такого подарка я не ожидала. Развернув, даже ахнула. Неудивительно, что Блэктерн попытался избавиться от свертка сразу же, наверное, он жег ему руку даже через тряпицу.

На ткани лежали украшения. Никогда не видела таких огромных камней. Когда старуха Мод сдавала меня в наем зажиточным деревенским в качестве прислуги, в одном из домов я видела драгоценность той семьи: два хрустальных бокала из синего стекла, которые хозяин как-то раз привез из города. Один из них слегка кособокий, словно оплывший. Возможно, это были бракованные бокалы от ученика стеклодува. Мне довелось протирать их. Несмотря на впаянные в стекло мусор и пыль, мир через них казался сказочно радужным, особенно если посмотреть прямо на солнце.

Что-то мне подсказывало, что в железо, лежащее у меня на коленях, вставлены далеко не стекляшки, внутри камни были чисты, как горный ручей - ни трещинки, ни соринки, а сияли ярче небес. Удивило то, что оправа была выкована не из солнечного золота или лунного серебра, что выплавляют гномы, а из холодного железа. Особый вид металла, люто ненавидимый сказочным народцем и для чего-то созданный ими. Это было магическое железо, эльфийская смерть во плоти. Радужная поверхность переливалась всеми цветами, являя миру сложные и богатые гаммы цветов и оттенков. Я никогда не видела этот металл воочию, только слышала от Матушки Мод, крестьяне обходились простым ржавым железом. И вот я держу в руках легенду всех ведьм и знахарок.

Меня поразила смелость Блэктерна - по словам старухи Мод, некоторые представители сказочного народца не то что в руки этот металл брать не могли, но и смотреть боялись. Даже взгляд на радужную поверхность уничтожал эльфов.

То ли принц и в самом деле был слабоумен и отважен, как казался, то ли ему помогала человеческая кровь, текшая в его жилах.

Под грудой браслетов и колец я обнаружила длинный острый стилет. Засунула его за подвязку другого чулка, сразу почувствовав себя спокойнее, тем более принц занимался тем же самым. Рассовывал нечто колюще-режущее по всем карманам и щелям. Меня удивляло, как он еще не был похож на ощетинившегося ежа.

Украшения я надела на себя, ничем не пренебрегая. Пара браслетов, пять странных колец, ожерелье, диадема с острыми навершиями, - впрочем, очень скромная, не чета тем, что носили принцессы, - и серьги. Стандартный арсенал эльфийских соблазнительниц.

Последняя вещица меня озадачила. Подкова из того же радужного металла. Подумав, что удачи много не бывает, я приподняла юбки и засунула вещицу за пояс тыквенных панталон. Платье нижним бельем не снабжалось. То ли эльфийки и вовсе не носили исподнее, то ли Блэктерн продолжал издеваться надо мной в непревзойдённой эльфийской манере.

Перед смертью, как говорится, не надышишься. Ни я, ни Робин Блэктерн не стали трусливо тянуть время. Когда звук гонга пролетел, пронзая гигантский дуб и наполняя гулом все его помещения, принц встал у двери, все так же подняв руку. Я без колебаний вложила свою ладонь в его. И мы вместе, рука об руку, шагнули за порог.

***

В начале бала исчезла одна из принцесс. Иланель, принцесса горицвета. Будто в насмешку столы и стулья на балу были украшены этими цветами, словно в честь принцессы, поминки по покойнице.

Я не сомневалась, эльфийку уже не найдут. За разрушенным терновым троном рос дуб с раскидистыми ветвями. Каждая ветка этого дуба сплеталась с веткой другого дерева и порождала новую. С дуба свисали каштаны, березовые сережки, кленовые листья и пучки мха. Каждая ветка отвечала за одного из потомков короля. Ветки покинувших нас принцев и принцесс увяли и почернели. Волшебное дерево меняло свои свойства, листья и плоды при смене монарха.

Корни этого дерева уходили глубоко, а мертвые ветви терялись в вышине. Только те побеги, которые отвечали за ныне живущих родственников короля, зеленели и цвели, вырастая из его ветки. Я посчитала отростки, что были ниже королевской, и ужаснулась числу. Сколько же невинных принцев и принцесс должно было умереть, чтобы терновый король взошел на трон? И хоть «невинный» не то слово, которое можно было применить к эльфам, мне их было жаль. Дело, задуманное мной, показалось безнадёжным. Правда, выбора мне не дали, каждому поколению фейри придется сыграть в эту игру. Ведь эльфийские короли и королевы не составляют завещаний, предпочитая жить и править в веселой стране вечно.

Я бросила тревожный взгляд на ивовую ветку, но листья на ней по-прежнему были свежи и зелены. Это немного успокаивало.

Деловито вычеркнула еще одно имя из списка проблем и шагнула в зал, окунувшись в шум и восторженные крики эльфов.