Холод, пламя и любовь

Глава 27

Всю ночь не могла уснуть. Думала об Эдварде и предстоящем Совете Лордов. Лишь к утру тревожные мысли отступили, тело расслабилось, и  сознание погрузилось в глубокий крепкий сон.  Приснилось  белое пушистое  облачко. Оно залетело в комнату и приземлилось  рядом, принеся с собой  тепло  утреннего  солнца и покой уходящей ночи.

– Виктория, просыпайся скорей!

– Грин? Что случилось?  

Он стоял у меня на груди и взволнованно махал руками. 

– Ему нельзя доверять! 

– Кому?

– Эдварду! Я опять видел, как он проходил сквозь стены! Он появился из ниоткуда, там ведь не было дверей! А он раз и появился! Я проследил за ним до тронного зала. Но дальше не смог. Там собралось много народа, и на входе стоит охрана.

– Что? Наверное начался Совет Лордов! Сколько сейчас времени?

– Полдень…

– О нет,  я проспала!  Господи, что это?

– Это Маркиз… Он лежал у тебя в ногах, когда я пришел.

Белый кот подошел ближе,  муркнул и свернувшись клубочком на соседней подушке, мило заурчал. 

—Маркиз… Так ты не призрак! Ты настоящий!

— С чего ты взяла, что он ненастоящий?

— Многие считают его призраком, потому что он убегает от всех.

— Он просто не любит людей, но ты ему видимо понравилась.

— Наверное он скучает по своей хозяйке… — я погладила пушистого кота,  тот замурлыкал и растянулся на подушке животом вверх. На его ошейнике висел массивный круглый медальон серебристого цвета. Темными буквами на потертой металлической поверхности, читалась надпись. “Королевский кот Маркиз. Собственность его Величества” 

– “Собственность его Величества…” Получается этот кот, Эдварда! А я думала колдуньи Иракель.

– Вот уж не думал, что Эдвард любит животных. – удивился Грин.

– Хмм… Думаю в этом украшении, что-то спрятано… – только я потянулась к медальону, как Маркиз, вскочив на лапы, спрыгнул с кровати и юркнул в створку внизу двери.

– Он не любит, когда к этой штуке прикасаешься. Сколько раз я пробовал, он постоянно убегал.

– Странно... Вот черт! Мне тоже нужно бежать!  Я должна попасть в тронный зал и что-то предпринять, чтобы спасти Муна!

– Опять ты со своим Муном… – недовольно сказал Грин. – Эдвард что-то скрывает! Ведь не может обычный человек проходить сквозь стены!

– Послушай Грин, в замках часто встречаются потайные ходы, которые хорошо замаскированы. Так что ничего удивительного, в этом нет. 

– Ладно, тогда я выясню, что это за потайные ходы!

– Ну вот и хорошо, а я пойду спасать Гарольда Муна.

***

У входа в тронный зал стояло двое стражников. 

– Мисс, сюда нельзя! Здесь идет заседание Совета Лордов. – сказал один из них, и  древки копий скрестились, прямо у меня перед носом. 

– А ну живо пропустили Мисс Браун! – послышался голос позади.

– Как скажите Сэр! – подчинился стражник, приоткрыв дверь.

– Сэр,  рада вас видеть! Благодарю! Мне очень нужно было попасть сюда.

– В таком случае,  вам несказанно повезло, что я немного проспал.– улыбался Эбенезер.

В тронном зале находилось  довольно много народа. Впереди, за плотной толпой слышался еле разборчивой мужской голос. Кажется кому-то объявляли приговор.

  Я встретилась глазами с Леди Вермонт. Она приветливо улыбнулась. Рядом  стоял Сэр Бойд в компании своих друзей и знакомых мне, с праздничного ужина, женщин, увешанных побрякушками. 

Не смогла я не заметить и похотливого взгляда герцога Барингтона, чьи глаза скрылись, как только его жена повернулась в сторону своего супруга. Я решила спрятаться за высокой фигурой мужчины в черном, чтобы герцогиня не заметила меня. 

– От кого вы прячетесь? – спросил Эбенезер.

– От герцога…

– Ах, этот похотливый старик. Была бы моя  воля, вышвырнул бы его из замка. Постоянно таращится на молодых девушек. – недовольно произнес Эбенезер.

“Он к ним хотя бы не домогается…” подумала я. 

– Простите, там случайно не Гарольду Муну объявляют приговор. – спросила я высокого мужчину. 

– Нет, это какой-то мальчишка. Его обвиняют в сговоре с бандитами, которые уже больше года,  разбойничали в окрестностях Брутенберга.  – ответил мужчина. 

– И каков приговор?

– Пока еще не ясно, но сановник говорит о  двух годах на галере. 

– Господи, да он и месяца не выдержит...

За спиной послышался скрип дверей. Мужской голос, оглашающий приговор, затих.  Женщины в побрякушках первыми начали охать и ахать. В зале слышались перешептывания:– “Мун.. Это Гарольд Мун...”

Двое стражников вели под руки обессиленного мужчину средних лет, закованного в кандалы. Длинные  волосы на отяжелевшей, но непреклонной голове, сливались с мертвецки бледной кожей. Изодранная мантия, посеревшая от грязи и засохшей крови, обнажала едва зажившие ссадины на руках и ногах.

Наши взгляды пересеклись. Впалые бесцветные глаза  Муна на небритом лице, выражали спокойствие и совсем не вязались с изможденным больным телом. Он улыбнулся словно, узнав меня. 

– Расступитесь! Расступитесь!  – кричали стражники.   

Толпа раздвинулась, и сквозь просвет я увидела, свободный от людей зал, а в глубине  на фоне стены, укрытой большой бордовой занавеской во главе длинного  стола восседал  Эдвард. На его голове блестела корона.

Вслед за конвоем, сопровождавшим Муна, мне удалось пробраться в первый ряд, удерживаемый цепочкой стражников. Толпа сомкнулась, и позади кто-то схватил меня за руку:

– Мисс Браун, будьте осторожны, а то вас ненароком раздавят,– улыбался Эбенезер.

Стоящий посередине зала,  мужчина в черном  кафтане и берете, продолжил оглашать приговор Биличу.  Слева и справа от Короля сидели люди. Лорд Вермонт выделялся на фоне остальных, своими белоснежными волосами. К моему разочарованию, Магистр Мердок, тоже присутствовал за тем столом.