Холод. Сага. Часть 15. Московские заморозки

1 глава - 7

Москва. Осень 2015 года.

- Значит все-таки не ты… - Холод посмотрел на Наума, - ну окей, тебя завербовали. Тогда объясни мне одну вещь. Я все понимаю. Близкие – это вещь такая, - Холод поморщился, - за это всегда подтянуть могут, - но как все это вышло, если ты все хотел остановить?

- А я и остановил, - Наум закурил, - по крайней мере я так считал. Понимаешь, когда тебя закрыли, бригада Василича перестала существовать. Я отсиделся на одной квартире. Запасной аэродром, - Наум ухмыльнулся, - потом мне позвонили и сообщили, что все люди Василича того. Да и кто там вообще остался? Человека четыре. Одного при задержании шмальнули, второго в СИЗО порезали, а третий сам повесился. А четвертый до суда не дожил. Лебедь, кажется, его звали. Сердечко стукануло. А на счет тебя сказали, что в армию ушел за орденами. Я потихоньку из своей щели выползать начал. Мне легенду состряпали. Мол, был в СИЗО, Василич, гнида, на всех стуканул. Типа я его и завалил.

- Так Василич всех сдал? – Холод оторвался от дороги и бросил косой взгляд на сидящего на заднем сиденье Наума.

- Он сдал, - кивнул тот, - понимаешь, дружище… Помнишь авторитета такого, Рокки из Орехово? Так вот, шел парняга к успеху слишком красиво. И решил повыше забраться. А силища за ним помнишь, какая стояла? Что он уже тех, кто наверху сидит, кошмарить начал. Ну вот к нему подъехали и поговорили. По-нормальному поговорили – не лезь не в свои сани, дядя. И, прикинь, он все понял и сам в своем «Мерине» и взорвался. А в натуре свалил, потому что понятливый был. Вот и Василич соображалку включил. Тем более ему даже часть денег оставили. А вместо него какого-то бомжа похоронили. А дальше ты историю знаешь.

- А дальше-то что было? – Холод повернул руль своего «Икс пятого».

- А что дальше? Я появился и давай новую банду собирать. Задание-то я не выполнил. Так у меня Вован с Сивым и появились. И те, с кем ты потом работал. Я, если честно, думал, что тебя грохнут на войне. Но ты вернулся и оттуда. И тут мне говорят: «Отбой, Наумов. Ты выходишь из игры, выезжаешь из страны и вместо тебя твой дубль сажаем». Они его специально где-то готовили у себя и тренировали быть мной. Короче. Что-то у них перееблось по-своему. Вывели меня из игры и, как у них принято говорить, законсервировали. А потом почти через десять лет вспомнили, пока я в Европе жил. И вот тут я узнал, что ты моей родней стал, историю с хиропоном этим. И мне дали расклад такой, типа надо зарядить вас под четырех всадников. Выполните – все свободны. Ну я и… сам понимаешь.

- Кто тобой руководил? – Холод тоже взял с торпеды пачку сигарет и закурил.

- А я почем знаю? Я только первого видел и Грищенко, которого ты завалил, полковника мусорского. Видимо, они тебя вместо меня попользовать хотели. А так вся связь только по телефону была.

- Что ж за контора такая, - Холод несколько раз затянулся, - если у них полковники на побегушках халдейничают?

- Серьезная контора, дружище, - Наум поерзал на сиденье, - я от них свалить хотел в Европе. Нашли! Вот я тебе поэтому и говорю про этих мотоциклистов. Если эти нашли, значит у этих все серьезнее. Это не клоуны. Если вы даже не могли меня засечь, хотя в спецслужбы обращались.

- Ну да, - Холод задумался.

- Пойми, Холод, - Наум придвинул лицо ближе к Холоду, - они меня грохнуть хотели, а не тебя. Так что давай-ка отвози меня и сваливай. Как бы неприятности ты на свою задницу не нашел.

- Это точно не твои начальники? – Холод, не успокаиваясь, повернулся к Науму.

- Точно нет! Если бы они хотели кого-то из нас грохнуть – уже бы грохнули. Они не таких в расход пускали. Мы им с тобой полезны. А кадрами они просто так не разбрасываются…