Холод. Сага. Часть 20. Ущелье живых призраков

2 глава. На ничьей земле - 1

Турция. Анкара. Осень 2016 года.

Холод проснулся, когда солнце уже поднялось над городом и вовсю пыталось пролезть через прокуренные шторы в гостиничный номер. Зевнув, он умылся в умывальнике-тазу и спустился по скрипящей лестнице вниз. Портье громко храпел за стойкой. Холод порылся в кармане и нашел несколько мелких турецких монет. Кофе из автомата оказался слишком хорошим для своего бумажного стаканчика с изображением какого-то странного мужчины, размахивающего куриными окорочками на вертеле.

Холод вышел на улицу и вдохнул на удивление чистый воздух. Осмотревшись по сторонам, он поднялся на крепостную стену. Оттуда открывался замечательный вид на трущобы с черепичными крышами, за которыми где-то вдалеке прорисовывались силуэты огромных небоскребов турецкой столицы. Холод заглянул вниз и увидел у подножья стен кучи мусора. Подул ветерок и запахло родной русской помойкой.

– Геджеконду, – к нему подошел Сивый, – переводится дословно, как «построенный за одну ночь», – он кивнул вниз на трущобы, – пойдем что ли прогуляемся, поищем дом сто сорок семь. Вован уже проснулся и жрать хочет.

Минут через двадцать они спустились вниз и зашагали по тесным улочкам трущоб «Геджеконду» древней Анкары. Местные жители были такие же потрепанные, как и их дома. Отсутствие стекол, казалось, их не смущало никого. Оконные рамы были попросту заделаны целлофаном, которые используют наши дачники для своих парников. Шифер на покосившихся крышах был придавлен обычными автомобильными покрышками и кое-где даже пугающе свисал вниз, напоминая гигантские коричневые сосульки. Кое-кто из местных, не стесняясь, готовил еду прямо возле дома, поэтому по всей округе витал неповторимый запах жареного мяса, постиранного белья и почему-то грязных носков. Взрослых в этот ранний час на улице не было, зато было очень много детей и кошек разных цветов, которые перебегали дорогу и заставляли Вована каждый раз сплевывать три раза через левое плечо. Когда слюни у Вована кончились, они набрели на местный магазинчик, который украшал турецкий флаг т вывеска «Пепси-Колы». К великому неудовольствию, напитков там не оказалось, но было очень много овощей и веселый продавец очень бойко говорящий по-русски. От него они ушли с пакетом незрелых мандаринов и с информацией, где находится дом сто сорок семь.

– Как здесь почтальоны разбираются? У них же дома не пронумерованы! – начал было возмущаться Вован, но был чуть не сбит турецкими детишками, катающимися по асфальтовой горке на обычной картонке.

Они спустились вниз под бубнящего Вована, который не уставал удивляться, как такой город мог оказаться столицей Турции. Наконец они нашли нужный дом. Он располагался рядом с римским амфитеатром, который облюбовали местные бомжи в пуховиках с торчащими наружу перьями, греясь на довольно жарком солнышке. В доме была одна дверь и ни одного окна. Вернее, они были, но на втором этаже, который, казалось, сверху придавила огромная крыша с торчащей антенной-спутниковой тарелкой.

Побарабанив в дверь минут десять, Холод и друзья по огромному количеству газет в почтовом ящике поняли, что здесь давненько уже никто не бывал. Вован напомнил, что он хочет есть, и они пошли дальше по дороге вниз от старой крепости. Пейзажи стали радовать глаз чаще. К своему удивлению Холод понял, что большинство домов в трущобах построено из обломков старой крепости. Кое-где в стенах домов даже торчали могильные плиты и камни, еще помнящие римлян.

Очень скоро друзья оказались в части трущоб Анкары, которые специально для туристов отреставрировали и превратили во что-то, очень похожее на старинный город, который местные называли «хамаммёню», «предбанник» по-нашему. Правда бань там на было. В основном там преобладали торговцы сувенирами и художники. Местных кафе-локант здесь было просто немеряно. Вован затащил товарищей в первую попавшуюся на их пути. Обстановка внутри напоминала нашу советскую столовую. Пока парни изучали меню, распечатанное на черно-белом принтере, Вован сделал заказ, дав знатока турецкой еды – «пилав и русский салат». Шустрый официант принес еду буквально за несколько минут. К удивлению Вована, в «русском» салате мяса обнаружено не было, так же, как и в «пилаве», который оказался обычным вареным рисом. Смеясь над Вованом, с умным видом по очереди ковыряющимся в салатных листьях с огурцами и редиской, и в рисе, посыпанном какой-то зеленой травкой в поисках хоть чего-то похожего на мясо, Холод и Сивый заказали «Тавук Пирзола», хрустящую курочку на косточке. Вован посмотрел на друзей и вздохнул:

– Меню непонятное. Плохо нарисовано. Лоханулся немного.

После этого он подозвал официанта и, размахивая руками и кудахтая, объяснил ему буквально на пальцах, что тоже хочет такую курицу, но побольше, после чего официант, посмеявшись вместе с Холодом и Сивым, на чисто русском спросил – с гарниром или без и предложил на выбор салат, картофель и уже имеющийся у Вована рис. Завтракали они в полном молчании, слушая, как Вован тщательно пережевывает уже третье блюдо из курицы.

После завтрака они вышли на улицу и решили прогуляться еще. Пройдя еще пол квартала, они оказались на турецком рынке, на котором проще было сказать, чего там нет. Побродив среди торговых рядов, они поняли, разглядывая турецкий «ширпотреб», во что завтра будут одеваться в Европе. Местные прилавки ломились от турецких «Гуччи», «Прадо», «Хьюго Боссов» и «Дольчи Габаны». Рядом пылились дорогие часы из турецкого золота вместе с лучшими французскими и итальянскими парфюмами. Тут же мальчишка турок, разложив свой товар прямо на мощеном тротуаре, предлагал обувь ведущих модных домов самой последней коллекции, которая еще не вышла даже у самих «домов».