Холод. Сага. Часть 20. Ущелье живых призраков

3 глава - 4

– Во как мы с тобой завстречались, земеля, – квадратное лицо Садыкова расплылось в улыбке, – видал, как порой житуха фортеля выкидывает. А я ведь тебя убить хотел! А сейчас знаешь, чисто по-нормальному благодарен, – Садыков запрыгнул на капот джипа с пулеметом, – я же тогда думал, что ты мне всю жизнь обосрал. А оно видишь, как вывернулось…

– Ты откуда такой нарядный тут взялся? – Холод достал пачку сигарет и зубами выдернул оттуда сигарету.

– То же самое и у тебя хочу спросить, – Садыков растянул покусанные губы в улыбке.

– Кто тебя сюда отправил? – Холод выпустил облачко дыма.

– А прикинь, никто, – Садыков хлопнул себя по камуфлированным ляжкам.

– А это у тебя откуда тогда? – Холод ткнул на татуировку со змеями на его запястье.

– Змей Горыныч что ли? – Садыков рассмеялся, – так с него все и началось. Ты нас тогда, когда в учебке поломал…

– Ты что, мне все ведро дерьма своей души выливать собрался? – остановил его Холод.

– Да ты послушай, не гоношись, – Садыков щелкнул языком, я же тогда на сверхсрочку оставаться собирался, а тут такой залет. Но все по-честноку вышло, без претензиев. Конечно, никто меня в российской армии-то и не ждал. На меня замполит такую характеристику накатал, что хорошо, что просто дембельнули, а не в дисбат отправили. А тут когда ваших начали привозить в госпитали, я даже обрадовался, типа вот мне повезло, а то бы от чехов прилетело и поехал бы я домой грузом двести. Ну ты, конечно, тогда хорошо погеройствовал. Меня-то до самого дембеля в госпитали держали, а тут Василича привезли. Обзавидовался он тебе, а на меня волком зыркал. Мол, ты бы, Садыков, так не смог. Холод солдат. А потом, когда тебе медалька прилетела, а ему нет, так он начал у медсестер спиртягу выпрашивать. Ну и закладывать за вороник начал, – Садыков щелкнул себя пальцем по кадыку, – ну и разоткровенничался как-то раз на синюю лавочку. Мол, тогда наши чисто выйти должны были – договоренность была. Наши генералы с ихними полевыми командирами договорились, а Холод бойню устроил. Тринадцать трупов домой вместо дембеля поехало. Потом, правда, забыл про это, и снова ты героем стал.

– Ты это к чему все? – пробуравил его взглядом Холод.

– К змейкам нашим, – Садыков похлопал по татуировке на запястье, – армия-то мне уже не светила, и я хер к носу прикидывал, где себя на гражданке искать. В милицию, прикинь, собирался, – он рассмеялся, – а тут мужичок один ко мне подкатил. Солидный такой. И говорит: «Ты ж вояка». Я в ответ: «Зацепил, конечно, но там не был. Типа, как в кино – писарем в штабе отсиделся». А он спрашивает: «Ты же в учебке вроде как был? Подготовочка у тебя должна быть на уровне. Деньжат хочешь поднять?»

– Что это за мужик был? – Холод бросил сигарету на землю и растоптал ее высоким кроссовком.

– А я хер его знает, – пожал плечами Садыков, – Седой у него погоняло было. Так вроде солидный, а по повадкам – мусорок.

– Дальше давай, – Холод посмотрел на бывшего сослуживца.

– Давать тебе жена будет, – попробовал пошутить Садыков, но, столкнувшись с тяжелым взглядом Холода, продолжил, – куда-то, короче, нас в Карелию повезли. Часть военная. Скрытно везли, с мешками на голове. И привезли как в лагерь учебный. Ну мы там стреляли, рвать объекты учились, рукопашка, физуха, все такое. Человек двадцать нас было. Ни имен ни хрена, одни номера. Потом на группы поделили. Мне ихний первый сказал: «Ты же, тринадцатый, вроде как мусульманин?»

– А куда они вас готовили? Ты даже не поинтересовался? – не понял Холод.

– А мне не по хер? – Садыков сплюнул тонкой струйкой, – бабки каждый месяц капали по три косарика зеленых наличными. Вот и говорит мне первый: «Поедешь на восток, будешь людей готовить. Ты вроде как боец хороший. Но для начала повоевать придется». Так и началось мое путешествие, – Садыков усмехнулся, – тогда мне этих змеек и набили. А потом я в Афгане оказался с талибами. Америкосов с бритами на границе с Пакистаном полгода кошмарили. Никто со мной на связь и не выходил. Конечно, мы там незаконно были, это и ежу понятно. Ну а потом вызывает меня. Уже другой дяденька. В пиджачке цивильном. Чутка меня постарше и говорит: «Все, тринадцатый. Вы себя здесь проявили. В Ливию поедете. Там командир есть, генерал какой-то бригадный из партии независимости Ливии. Будете его охранять. И информацией с нами делиться, что этот товарищ задумывает». И оклад уже десяточку положили. Я в его охране два года отпахал. Пока меня этот дядька в костюме еще раз не вызвал. И говорит: «Все, тринадцатый, твоя миссия закончена. Едешь в Палестину». Как только уехал, этого генерала и подорвали в «Майбахе» бронированном. Он тогда слишком в политику заигрался.

– То есть ты на него еще и постукивал? – рассмеялся Холод, – в твоем стиле.

– Да по хер на стиль, – Садыков махнул рукой, – в общем Палестина, а там понеслось. Года три эти дядьки появлялись и приказы отдавали. То с одним задружбанить, то другого завалить. А потом исчезли все. Не, ну мне это, конечно, не понравилось, – Садыков развел руками, – и тут чел один появляется…

– Дэн, – вставил Холод.

– А, ну теперь понятно, почему с Дениской так получилось, – усмехнулся нервно Садыков, – всю мазу нам посрал, деньги взял, а ничего не сделал. Ладно, хер с ним, насрать на его могилу. Ну так вот, он там в Карелии совсем еще пиздюшонком был. Его привел гражданин один. Хер знает кто, но дядя, видно, не последний среди этих змеев Горынычей. Колей его, кажется, звали.