Холод. Сага. Часть 25. Адская клятва

3 глава - 4

Москва. Каширское шоссе. Старая квартира Холода. Январь 2018 года.

– Давай, вставай, – Холод почувствовал, что кто-то трясет его за ногу, и с трудом вытащил голову, вдавленную в подушку.

Перед ним на стуле сидел Иуда и крутил в руках перстень с короной.

– Как ты меня нашел? – охрипшим голосом просипел Холод.

– Зря ты это, – Иуда положил перстень на столик, – ты жить, как раньше, теперь не сможешь.

– Нашел ты меня как? – повторил свой вопрос Холод и взял валяющуюся бутылку с теплой минералкой.

– Не сможешь, – покачал головой Иуда, словно не обращая внимания на вопрос Холода, – ты по половинному жить не сумеешь. У тебя же семья… Была. Друзья.

– Они и есть, – Холод свернул с бутылки крышку и жадно глотнул теплую колючую жидкость, – никуда ничего не делось.

– Не знаю, – Иуда снова посмотрел на перстень, – ты, видимо, чего-то понимать разучился.

– Я просто договорился, – остановил его Холод.

– Не… Это тебе так кажется, – Иуда пальцем постучал по перстню, – это клятва. Только не перед ними, а перед самим собой. Адская клятва. Ты за нее всю жизнь расплачиваться будешь. И все время будет мало.

– Перед кем? – Холод поставил бутылку на пол.

– А перед тем, – Иуда постучал себя пальцами по груди, – кто у тебя внутри заседает. Демон такой с рожками. И каждый раз плата будет все страшнее и больше. Жертвовать придется. Я…

– Я – не ты, – перебил его Холод и, сев, тряхнул головой, – я себя обманывать не собираюсь.

– Так ты уже себя обманул, – горько усмехнулся Иуда, – себя обмануть тяжело. Дружков твоих новых легко. Только вот дальше ты себя обманывать будешь, а их нет. Как с самим собой-то дальше жить будешь? Что друзьям, Тее скажешь? Сыну? Вор ты теперь. «Чужие вы мне. У вора ни семьи, ни дома». Откажешься от них, а, Холод?

– Да почему я должен отказываться-то? – Холод повернулся к Иуде и понял, что его нет, – блядь, – он снова потянулся к минералке и, плеснув себе на ладонь, умыл лицо, – почему я кому-то что-то должен говорить? Я для них это делаю!

Но в голове снова зазвучал Иудин голос:

– Это хорошо, что для них. Главное, чтобы не для себя. Тебе это нужно. Ты всегда вокруг этого петлял.

– Да идите вы все к черту! – Холод поднялся и, скинув куртку, направился в ванну.

Включив кран, он увидел лицо Иуды в зеркале:

– Беги-беги, Холод, от себя все равно не убежишь. Или еще не набегался?

– Прибежал уже, – Холод с размаху воткнул кулак в зеркало. Осколки со звоном осыпались в раковину, и Иуда исчез, на прощание произнеся в его мозгах:

– Ты уже взрослый мальчик. На трех дорогах не заплутаешь. Живи, как знаешь. А если не знаешь, то лучше не живи…

– Поживу еще. Спасибо! – вслух произнес Холод, и, открыв кран, выпустил из него холодную струю воды. Он уже было собирался стянуть с себя свитер, как раздался звонок в дверь.

– Ну что, поехали, Холод, – в дверях с улыбкой стоял Матрос, – как вчера договаривались. Видон, конечно, у тебя… Ничего. Я тоже нажрался, – Матрос облокотился на дверной косяк, – когда подход сделали. Только вот до сих пор в непонятках, с горя или с радости.