Холод. Сага. Часть 25. Адская клятва

4 глава - 7

Москва, Больница имени Ерамишанцева (ГКБ 20)

Паганини вошел в больницу через приемный покой. Оглядевшись по сторонам, он заметил висящий на ручке в ординаторской халат. Накинув его на плечи, он вытащил из кармана куртки очки и нацепил себе на нос. Еще раз осмотревшись, Паганини подошел к лифту и нажал кнопку.

Коридор в отделении реанимации был пустой. Паганини неспеша пошел по нему, опустив глаза вниз и стараясь не замечать изредка проходящих вдоль белых стен медсестер.

Палата, которая была ему нужна, располагалась в самом конце коридора. Не увидев возле нее охраны, Паганини не удивился. Трое крепких ребят в татуировках на руках толкались на первом этаже главного корпуса и изучали всех пришедших туда. Они не знали, откуда придет он. И не догадались выставить у дверей палаты Дыма охрану.

В очередной раз Паганини понял, какие эти русские урки тупые. Они делают всё ровно наполовину. Наверняка грохнули Мутая и Бетховена и успокоились. Но так и надо. Мутай ничего не знал, а Бетховен, даже если бы сильно хотел рассказать, то не смог бы. Все-таки глухонемой коллега – это огромный плюс. Жаль, конечно, Бетховена… Но ничего не поделаешь. Лучше потерять его, чем провалить задание. Конечно, деньги… Паганини на секунду остановился и нащупал под курткой и халатом пистолет с глушителем. Но если Дыма не будет, его искать тоже не будут, ведь он выполнит задание.

Граф не прощает многое, но он сделает то, что нужно ему. Граф всегда говорил: «Ты можешь уйти, когда захочешь. Но помни – ты должен вернуть долги». Дым – это его долг, и сейчас он расплатится с Графом.

Паганини вошел в больничную палату и вытащил пистолет. Дым лежал на больничной койке, накрытый одеялом о самую макушку. Паганини сделал шаг вперед и направил ствол прямо ему в голову, но поморщился – он не привык стрелять в детей, женщин, в спину и в спящих. Он не убийца. Он… Да какая разница, кто он? Просто он так не привык.

Паганини рванул одеяло и не понял, как «Глок» в руках улыбающегося Холода уперся ему прямо в низ живота:

– Здорово, скрипач. Струнами не звени, а то колокольчики тебе отстрелю.

Паганини повернулся и хотел было убежать, но удар Сивого в подбородок припечатал его к больничной стене. Он попробовал нацелиться на Сивого, но Мишка рывком заломил его руку и выбил оружие из рук, после чего наградил голову Паганини еще двумя сильными ударами, от которых больничная палата в его глазах превратилась в огромное белое пятно. Сквозь гудящую голову он расслышал слова Сивого:

– Да, Паганини, не повезло Графу с оркестром. Все кончились. Давай, Холод, помогай.

С трудом Паганини разглядел Холода, который подкатил к нему больничную каталку. Он попробовал дернуться, но получил еще один удар в подбородок. Сивый рывком забросил его на каталку, а Холод накрыл его с головой одеялом и, снова прижав ствол к яйцам, вкрадчиво произнес:

– Еще раз предупреждаю. Сейчас покатимся – не шуми, а то колокольчики разобьются. Навсегда.