Холод. Сага. Часть 26. Гол мертвецу

3 глава - 5

– Это не футбол, – Тея крепче прижала к себе сидящую на коленях Миру, – это смертоубийство какое-то. А где…?

– Да, я тоже что-то Холода не вижу, – Дворецкий посмотрел на сидящего рядом дядю Гену.

– А не видишь, потому, что его здесь нет, – вздохнул дядя Гена, – да ничего, с ним все нормально будет, этот жук хитрый, выкрутится, – дядя Гена повернулся к Тее и оглядел Марка, – а вы-то как здесь оказались?

– Прилетели, – Тея на секунду задумалась, – звонок был два дня назад. Всем причем. Ну, в общем, сказали, что мы должны быть здесь и не задавать лишних вопросов.

– А кто звонил-то? – удивился дядя Гена.

– Да никто не звонил, – Дворецкий покачал головой, – шутка «Триумвирата». Граф этот номер знает. Банальный обман. Желаемое за действительное. Каждый услышал то, что он хотел. Вы же потом с ними разговаривали? – он посмотрел на Тея.

– Ну да. Они говорили, – она кивнула на других, – я нет. Холод почему-то не звонил.

– Он тебе потом все расскажет, – дядя Гена дернул Дворецкого, чтобы тот молчал, – так кто звонил?

– Никто не звонил. НЛП, – Дворецкий покачал головой, – пришла какая-нибудь эсэмэска кому-то одному, а дальше по цепной реакции ее разнесли и все решили, что нужно ехать. Организация это практикует. Надо, например, чтобы приехали люди, не знающие друг друга в одно место. Приходит кодовое слово в сообщении и у человека в мозгу что-то включается. Главное правильное слово подобрать. И человека, у которого мозг все время чем-то занят, – Дворецкий посмотрел на Арину с малышами, – вот как вариант.

– Ну да, – согласилась Тея, – вроде она первая сказала.

– А остальные себе все придумали, – закончил Дворецкий.

– Так, бабы, успокоились, – дядя Гена повернулся к всхлипывающей Мие, – хватит сопли лить. Ничего с нами не будет. И с ними тоже.

– Вот это ты сейчас зря, – покачал головой Дворецкий, – все видели, что под нами находится.

– Ничего под нами не находится. Земля, – дядя Гена выдохнул, – ну сыграют они сейчас в футбол. Ну да, особенный футбол, немного не по правилам. Но я вот в регби играл пару раз, так там тоже не по правилам. Иногда как вдарят, аж позвоночник в трусы осыпается, – он подмигнул Марку, – а потом видели, что Холода нет? Он сейчас появится и что-нибудь придумает. За наших болейте, и они победят. Только молча болейте, – он посмотрел на автоматчиков Комбата, стоящих на трибуне, – всё хорошо будет. Победят они.

– Ты сам-то в это веришь, дядь Ген? – Алина посмотрела на мужчину, – это уже не игра. Им не дают победить.

– Они все равно победят, – ответил за дядю Гену Марк, – они должны победить, поэтому победят.

– Во! Слушайте! Паники не надо, – дядя Гена поднял вверх указательный палец, – бывало и такое, что вот кажется уже всё, а потом раз и вторая дыхалка появляется, и силы, и… победа! Всё! Сколько раз такое было!

– Где Холод, дядь Ген? – Тея погладила Миру по голове, – почему его нет?

– Ты еще скажи: «Может с ним что-то случилось?» – дядя Гена разозлился, – нет его, потому, что его тут не должно быть. Он в другом месте должен быть. Наверное.

– Вон он, – ответил Марк и кивнул на рубку, – с мужчиной. Это же…

– Кто это, Марк? – Тея посмотрел на Марка.

– Мужчина, – ответил Марк, – показалось просто.

– Правильно, Марк, мужчина, – ответил дядя Гена, – видишь, уже хорошо, что не женщина, – попытался пошутить дядя Гена и посмотрел на Тею.

– Дядь Ген, – Тея прикрыла уши Мире, – ты же ни хера не соображаешь, что здесь происходит? Скажи честно.

– Ну в общих чертах я в курсе их плана, – начал было дядя Гена.

– И какие это черты, Ген? – Тея прикусила губу.

– Общие, – откашлялся Гена.

Тея внимательно посмотрела в сторону комментаторской будки. Она хотела, чтобы Холод повернулся… Хотя бы повернулся. Просто посмотрел на нее. На этот раз она бы не стала задавать никаких вопросов и не стала бы ничего говорить. Ей бы хватило, чтобы говорил он, ведь она устала от его молчания. Неважно, о чем… Она знала, что это он звонил и молчал в трубку. Но в этом молчании тогда было главное – он был жив. Он жив и сейчас. А этот человек рядом с ним… Кто он? Новый враг? Старый друг? И почему Марк, нервно грызший до этого ноготь на мизинце, сейчас так спокоен? Спокоен, когда их друзья играют в футбол, больше напоминающий мясорубку, а отца, который всегда был с ними, на поле нет? Кто этот мужчина? Участник этих событий, зритель или устроитель этого кровавого шоу? И кто тогда в этом шоу Холод? Какая его роль? Почему он смотрит, как калечат его друзей? Почему он не спасает их? В голове Теи крутились сотни мыслей. Они врезались друг в друга и становились все нелепее и бессмысленнее. Она покрутила головой и обхватила руками голову, которая стала похожа на гигантский чайник, который уже выкипел, но продолжал нагреваться все больше и больше. Тея еще раз помотала головой и взяла себя в руки. Искать ответы на эти вопросы сейчас нет смысла, потому что он придет и все расскажет, просто и понятно, как он умеет. А сейчас ей хотелось только одного, чтобы этот кровавый футбол скорее закончился.

Ее вернул в реальность свисток. Противный скрипучий свисток, эхом пролетевший над заброшенным стадионом.