Холод. Сага. Часть 26. Гол мертвецу

4 глава - 7

Москва. Каширское шоссе. Старая квартира Холода. Июнь 2018 года.

Холод поднялся на второй этаж и увидел лежащую возле двери его квартиры коробку из-под пиццы. Он поднял ее, открыл и увидел внутри конверт и старую видеокассету.

Холод скрипнул ключом в замке и вошел внутрь. В комнате под слоем пыли стояла старая видеодвойка. Холод воткнул в нее кассету, потряс пультом и, убедившись, что он не работает, запустил ее, нажав пальцем на панель. По запыленному экрану побежали полосы, а потом на нем появилось лицо Графа:

– Во, вроде нормально, – Граф прищурился, – ну, значит здравствуй еще раз, Холод, – если ты смотришь это видео, я уже мертв. Ну, по крайней мере, нам обоим хочется так думать. Я жалею об одном. Что мы не познакомились с тобой раньше. Могли бы друг у друга многому научиться. Хотя, чему нам учиться? Мы и так все университеты прошли. Конверт в коробке видишь? Возьми его.

Холод потянулся к коробке с пиццей, достал конверт и вытащил из него пустой лист бумаги, свернутый пополам.

– Удивлен, что там ничего нет? – Граф на экране сделал большие глаза, – на самом деле этот лист стоит очень дорого. Теперь это твоя жизнь. С чистого листа. Ты же хотел избавиться от прошлого и найти ответы? Теперь ты их нашел и можешь жить, как ты хочешь, не оглядываясь на кого-то. Я не смог избавиться от «Триумвирата», потому, что сам притащил его в свою жизнь. А ты, наверное, смог, если смотришь это. Тебе повезло. Значит и мне повезло. Ведь ты избавил меня от меня самого. И не только меня, а целую кучу людей, – Граф покачал головой, – так что теперь тебя одинаковое количество людей ненавидит и боготворит. Со мной такого не случилось. Я был Граф, великий и ужасный. А ты научись соблюдать это равновесие между ненавистью и любовью толпы. Не делай того, что заставит склониться чашу весов в ту или иную сторону. Просто живи. Если ты захочешь, у тебя получится. Я видел, у тебя есть то, чего никогда не было у меня. И у них есть ты. Я никого не собирался убивать. Я просто хотел знать… Нет, в тебе я был уверен. А твоих друзей я не знал, прости. Иногда друзья сбивают с пути. Тогда цена этой дружбе грош. Иногда любимые тоже толкают в пропасть. Тогда эта любовь ничего не стоит. У тебя всё имеет цену. Даже то, что бесценно. Потому, что ты заплатил за это частью себя. В каждом, кого ты любишь, ты оставил себя. Ты жил ради них, и они будут жить ради тебя, потому, что вы не раз умирали друг за друга. Теперь мир действительно твой, Холод. Но не вот этот огромный бестолковый земной шар, – Граф очертил круг руками, – мир – это твой дом. Знаешь, как говорят? Мир твоему дому. У меня дома не было. А у тебя он есть. Береги этот мир. Береги этот дом. И береги тех, кто в нем находится. Не заставляй их идти за собой и умирать ради тебя. Не умирай ради них. Живите ради друг друга… Как пафосно, – Граф потрогал подбородок, – не был бы циником, пустил бы слезу и обнял бы тебя через экран, но… Я мертв. Ты жив. Доживи эту жизнь за меня. За тех, кто ушел из нее вместо тебя и раньше тебя. А мертвые… Пускай они сами хоронят своих мертвецов. Хватит уже могил. Все равно о них забывают. И на них рано или поздно вырастают живые цветы. Это жизнь, Холод. И, как бы мы их не тянули, мертвым в этой жизни места нет. Оставь их в своей памяти. И этого будет им достаточно. Я видел тебя. Я рад, что с тобой встретился. Знаешь, я не хотел. Отцом я был никаким. Чему может научить человек, который сам не знает, как ему надо жить? Скажешь, я слишком хорошо знал? Нет, – Граф покачал головой, – знал бы – не совершал ошибок и глупостей. Но я не хочу каяться. Я жил, как умел. Это была моя жизнь. Просто посмотри на нее и проживи хотя бы немного получше. Ну… – Граф задумался, – у тебя хорошая жена, сын, семья. Я рад, что возле тебя столько хороших людей. И это значит, что ты все-таки хороший, а я плохой. Так что не хрен сидеть с этим злыднем и слушать его ненужные речи. Возвращайся к хорошим людям… Ведь плохой человек в твоей жизни исчез навсегда. А, да… «Триумвират». «Триумвират» – это не люди. Это наши пороки. Бороться с ними бессмысленно. Их можно просто не замечать. Удачи. Жаль, что не встретимся… Хотя, это не точно. Иди домой, Холод. Скажу в свое оправдание. Все-таки я тоже не очень плохой человек. Я тебе помог избавиться от прошлого. Не надо благодарить, – Граф стал серьезным, а Холод прилип к экрану. Таймер на телевизоре показывал, что эта кассета была записана два часа назад.