Холодная Шутка

Холодная Шутка

Громадный серо-стальной куб здания института крионики возвышался почти на самой окраине города. В тридцатые годы это было ультрасовременное сооружение с самыми передовыми технологиями тех времен. Более полувека спустя время потрепало комплекс, мировые катаклизмы внесли свою лепту в процессы запустения и обветшания. Но работа не прекращалась никогда за долгие годы функционирования.

"На заре технологических прорывов начала двадцать первого века крионикой занимались, в основном, мелкие частные компании. Не было уверенности, что в обозримом будущем удастся оживить замороженные организмы, не было достаточного финансирования. Необратимость и невозможность – слова, весьма непривлекательные в практичном и прагматичном обществе людей, живших в начале третьего тысячелетия.

Тем не менее, крионика развивалась, росли компании, находились крупные инвесторы.

В тридцатых годах власти взяли молодую и дерзкую науку под свое крыло. Мощные финансовые вливания, приток кадров и открытие правительственных разрешений вдохнули надежду в отрасль и крионика стала популярной.

Неудивительно, что к пятидесятым годам число криозамороженных людей по всему миру исчислялось сотнями тысяч. Спящие в неистовом холоде, в высокотехнологичных капсулах хранилищ, люди дожидались времени, когда их омолодят или вылечат от болезней, побороть которые современная медицина была не в силах.

Во второй половине века было проведено первое успешное размораживание. Человек выжил, был излечен от летального недуга и прожил больше на пять лет, чем если бы не подвергся криозаморозке. Успех подстегнул интерес к отрасли. Научные круги забурлили дискуссиями и в целом это положительно отразилось на отношении к крионике.

Дальнейшие технологические открытия, особенно в биологии, лишь упрочили позиции. Криология перестала быть прикладной наукой и стала преподаваться, как дисциплина, в высших учебных заведениях бионаправлений. И был основан ИСК – институт современной крионики, на базе одной из крупнейших криокорпораций планеты.

Легендарные исторические события второй половины двадцать первого столетия никак не омрачили холодный свет престола морозного царства."

Михаил Викторович отвлекся от текста истории крионики, написанного им только что, и задумчиво провел пальцами сквозь голографический экран. Тот послушно растворился, встретив физическое воздействие и тут же снова возник снова на прежнем месте, сияя изумительного качества изображением. Михаил Викторович активировал имплантат связи и вызвал помощницу.

Лайза появилась менее, чем за минуту и с улыбкой вопросительно наклонила голову. Серебристые кудри качнулись в такт движению.

–Лайзочка, по записям до обеда ничего срочного? – вкрадчиво спросил девушку Михаил Викторович. До того, как взять на работу это милое создание, пришлось уволить пять помощниц, не осиливших понимание, зачем их приставили в штат к самому знаменитому криологу планеты. Последняя даже устроила скандал с доведением до суда, что подпортило нервы всем. Лайза же, не обладая выдающимися знаниями, моментально поняла, что от нее требуется ухаживать за бывшим директором ИСКа. Иногда Михаилу Викторовичу казалось, что Лайза родилась на полтора века позже, настолько она была покладиста и способна заниматься рутинными делами.

–Нет, ничего срочного, Михаил Викторович. А директор Моретто уехал еще позавчера. Если вернется сегодня, я обязательно вам сообщу.

–Что ж. Значит, ничего срочного сегодня. Тогда я бы не отказался от сока.

–Яблочный? – снова взмахнула серебром Лайза.

–Вполне подойдет.

Михаил Викторович потянулся, хрустнув старыми суставами, когда за помощницей закрылась автоматическая дверь. Для своих почти ста лет пожилой заместитель директора ИСКа обладал здоровым организмом. А также был самым старым сотрудником в сфере криологии. Родившись в восьмидесятые годы в коммунистическом СССР, Михаил Викторович пережил перестройку, лихие девяностые, авторитарный режим федерации и все это время получал знания, уже тогда заинтересовавшись крионикой. Позже уехал учиться в Европу и пару лет работал там с известным биологом Томасом Фишером. В сороковых, во время глобального затопления, приобрел имя, репутацию и авторитет, курируя программу по ликвидации последствий в средиземноморье. В год Точечной Войны уже работал в недавно образованном ИСКе, откуда перешел из европейского Криотеха после слияния.

В шестидесятых ему предложили кресло директора ИСКа и, будучи уверенным в своих силах, Михаил Викторович не отказался. Под его чутким руководством криология и стала востребованной, как никогда. Работал он в те годы много и даже несколько раз пересекался с небезызвестным Эндрэем Поланским, глубоко восхищаясь интеллектом легендарного ученого и глубоко сожалея о его моральной беспринципности.

За год до истребления его попросили уйти в отставку вследствие возраста. Аргументы Михаила Викторовича и медицинские заключения о его здоровье роли не сыграли – директор ИСКа был сменен. Саманта Энджес приняла бразды правления и чуть не сгубила весь ИСК. Она была эффективным менеджером, но ни черта не смыслила в криологии. Ледяной королевы не получилось.

Острожный Ларс Моретто первым делом лично явился к Михаилу Викторовичу и прямо попросил его вернуться на пост в качестве заместителя. Новый директор впечатлил старика, и ему хотелось заниматься криологией вновь, поэтому он не отказался. И сейчас, хотя в мире царил сумбур стертых национальных границ и Глобальное Мировое Правительство лишь пробовало силы, ИСК был в надежных руках.