Холодное небо

Глава 15. Протокол "Экскалибур"

Новость о похищении семьи академика Семёнова упала на «Объект-4», как нейтронная бомба. Она не разрушила стены, но убила всё живое внутри: надежду, энтузиазм, чувство безопасности. Работа в лабораториях остановилась. Учёные, инженеры, солдаты — все сидели, прикованные к своим терминалам, вглядываясь в фотографии своих семей, сохранённые на рабочих столах, и каждый задавал себе один и тот же вопрос: «Кто следующий?»

Страх был почти осязаем. Он просачивался через гермоворота, полз по системам вентиляции, оседал холодным конденсатом на стенах. Ридли нанёс удар не по бункеру. Он нанёс удар по самой человеческой природе, по связи, которая делала их людьми.

Генерал Воронов собрал экстренный «военный совет» в своём кабинете. Присутствовали только ключевые фигуры: он, Артемьев, Дмитрий, Самус и капитан Орлов как представитель боевых подразделений.

— Он парализовал нас, — глухо сказал Воронов, глядя на экран, где всё ещё висело фото плачущей девочки. — Он нашёл наше самое уязвимое место. Мы не можем продолжать работу, пока наши лучшие специалисты боятся за свои семьи. Проект «Колыбель» на грани срыва.

— Мы должны заплатить выкуп, — сказал Дмитрий. Его голос дрожал от гнева. — Мы должны отдать ему…

— Что? — прервал его Артемьев. — Схемы резонатора? Информацию о Самус? Ты не понимаешь, Дима. Таким, как он, нельзя уступать. Заплатив один раз, мы будем платить вечно. Он получит и технологию, и убьёт заложников. Просто чтобы показать, что может.

— He is right, — подтвердила Самус. Её голос был ровным, но в его механическом тембре слышалась сталь. — Ridley does not negotiate. He dominates. Ридли не ведёт переговоров. Он доминирует. Любая уступка для него — признак слабости. А слабость он презирает и уничтожает.

— Но мы не можем просто сидеть и ждать! — воскликнул капитан Орлов. — Мы должны что-то делать!

— Мы и будем делать, — сказал Воронов, и его взгляд стал жёстким, как никогда. Он смотрел не на них, а куда-то сквозь них, в будущее. — До этого момента мы играли в оборону. Мы реагировали. Пришло время изменить правила игры.

Он встал и подошёл к большой голографической карте мира.

— Он думает, что мы боимся. Он думает, что мы будем прятаться. Он ждёт, что мы совершим ошибку. Так давайте дадим ему то, чего он хочет. Но на наших условиях.

Он повернулся к ним.

— Я объявляю о начале нового протокола. «Протокол «Экскалибур». Его цель — не оборона. А охота. Мы больше не будем ждать, пока они придут к нам. Мы сами начнём на них охотиться.

Все в комнате молчали, пытаясь осознать масштаб его слов.

— Но как? — спросил Артемьев. — У нас нет ни флота, ни…

— У нас есть кое-что получше, — прервал его Воронов. — У нас есть она.

Он посмотрел на Самус.

— До этого дня мы рассматривали вас как наш «щит». Секретное оружие для обороны. Это была ошибка. Вы не щит. Вы — меч. Самый острый меч, который когда-либо был у этой планеты. И пора пустить его в дело.

Он снова повернулся к карте.

— Он хочет информацию? Он её получит. Мы «сольём» ему дезинформацию через подставных агентов. Мы заставим его поверить, что резонатор перевозят в другое, менее защищённое место. Мы создадим приманку.

— И когда он клюнет… — начал понимать Орлов.

— Когда он пошлёт свою лучшую абордажную команду, чтобы захватить эту «приманку», их там будет ждать не горстка учёных. Их там будет ждать она, — Воронов кивнул на Самус. — И ваш отряд, капитан. Но на этот раз вы будете не живым щитом. Вы будете поддержкой. Вы оцепите район и не дадите уйти ни одной твари.

Это был дерзкий, рискованный план. Гамбит. Они собирались выманить хищника из его логова на свою территорию.

— Это решит проблему с одной группой, — заметил Артемьев. — Но не с самим Ридли. И не с его флотом на орбите.

— Это только первый шаг, — ответил Воро-нов. — Пока вы будете готовить эту операцию, я займусь вторым шагом.

Он нажал несколько кнопок на своём терминале.

— Информационная война? Он хочет играть в неё? Хорошо. Мы сыграем. Но мы будем играть по-крупному.

Он связался со своими коллегами в США, Китае и, на этот раз, в Японии.

— Господа, — сказал он по защищённой линии. — Обороны больше недостаточно. Мы переходим в наступление на всех фронтах. Я предлагаю начать совместный, беспрецедентный проект-прикрытие. Мы официально объявим о создании самого дорогого блокбастера в истории человечества. Фильма по мотивам… — он сделал паузу, — …видеоигры «Metroid».

На другом конце провода повисло ошеломлённое молчание.

— Мы привлечём лучших режиссёров, лучших актёров. Мы свяжемся с компанией Nintendo и выкупим у них права на всё, чего бы нам это ни стоило. Мы начнём по всему миру строить «съёмочные площадки», которые на самом деле будут замаскированными военными базами. Мы будем проводить «кастинги» и «учения», которые на самом деле будут набором и тренировкой бойцов для нового, международного анти-инопланетного подразделения. Любая информация о реальных событиях, которую пираты попытаются слить в сеть, будет тонуть в океане официального хайпа вокруг фильма. Мы обратим их оружие против них самих.

Это был гениальный в своём безумии план. Спрятать правду на самом видном месте. Превратить войну в пиар-кампанию.

— И пока мир будет следить за съёмками фильма… — продолжал Воронов, и его глаза холодно блестели, — …мы, втайне, начнём строить свой собственный флот. Мы форсируем все наши секретные космические программы. «Буран-2», «Шэньлун», «X-37B». Мы объединим все наши ресурсы и технологии. Мы построим корабли, способные дать им бой там, наверху.

Он закончил. В его кабинете и в двух других, на разных континентах, висела тишина. Воронов только что объявил о начале новой эры. Эры тотального, глобального сопротивления.

— Это… сработает? — неуверенно спросил Дмитрий.

Самус, которая всё это время молча слушала, подошла к голографической карте. Она посмотрела на изображение Земли, а затем на красные точки пиратских кораблей на орбите.