Холодное сердце гурна

7. Защитник

Арана и Нейра чуть не сбили меня с ног, едва я переступила порог нашей комнаты, и чуть не задушили в объятьях, наперебой причитая и расспрашивая меня, хорошо ли со мной обращался гурн, в каких условиях я жила, чем питалась, хорошо ли спала. На все их вопросы я отвечала правду, и видела, как вытянулись их лица, когда я рассказала о ранении гурна, и воскликнули в один голос:

— Быть не может!

— Не верю!

Правда, я умолчала о том, что мне пришлось касаться его. Это вызвало бы ненужные вопросы. К тому же, вспоминая свои руки на его бархатной коже, щеки заливались румянцем. И скрыть подобную реакцию было бы сложно, меня бы сразу раскусили, не прилагая особых усилий.

За чашечкой ароматного чая, девушки рассказывали последние события, а я внимательно их слушала, впитывая каждое слово как губка, потому что план побега уже созрел, осталось только удостовериться, что капитан действительно мертв. Последние два дня, как раз и не давали мне покоя, я сомневалась… Может это был и вовсе не капитан, но выяснить я обязательно должна! И шестое чувство меня полностью поддерживало, тянуло за тонкие ниточки, уговаривая вернуться в замок. Потому что, если он жив, то есть надежда, что мы сможем вернуться домой вместе, порталом, не преодолевая опасные леса Ледяных Чертогов.

Девушки быстро переключились на гурри, обсуждая их полушепотом.

— Риель в последнее время лютует, одну за другой избивает девушек, вымещая на них свою злость, — вздохнув, изрекла Нейра, теребя рыжие локоны.

 — Вот, стерва! — возмутилась Арана, громко клацнув фарфоровой чашечкой о блюдце.

— Она их бьет? — переспросила я, ужаснувшись.

— Не то слово! Бедняжки по несколько дней лежат в больничном крыле. Эльза уже устала размалывать сухие травы в порошки для мазей!

— И варить обезболивающие настойки!

Я нахмурилась.

— А ее господин? Почему он позволяет ей устраивать самосуд?

Девушки вскинули брови, переглянулись, и снова на меня посмотрели.

— Эркхард?

И снова они заголосили в унисон. А вот мне стало неприятно, вот только почему? От того, что она его гурри, или от того, что позволяет ей вседозволенность?

— Так он же… Как бы… — девушки смущались, даже покраснели.

— Что? — спросила я настойчиво.

— Он как бы… — мялась Нейра, а Арана тяжко выдохнула, покачав головой.

— Он с тобой только и был, понимаешь? За все это время, что ты была у него, он ни разу не навещал Риель, — призналась подруга, и у меня на душе словно птички запели, и чему это я, собственно говоря, радуюсь?! Мне с трудом удалось сдержать улыбку, потому пришлось опустить глаза в чашку, и поджать губы.

— Да, и к тому же… Он не станет лезть в женские разборки. Не их это дело, выяснять отношения и слушать жалобы. Куда важнее воспитывать молодых отпрысков, закаляя в них истинных воинов. Молодняк еще слабый, и первую охоту не все переживут.

— Первая охота? На зверей?

Мой вопрос вновь удивил девушек.

— Нет, Софи не на зверей. На людей и тварей из других миров.

Если бы я не сидела на стуле, то бы упала прямо на пол.

— На людей?

— А зачем они держат столько пленных?

Жуткая новость холодом лизнула спину, и я почувствовала, как леденеют пальцы.

О, нет!

— Мы тоже были в ужасе, когда впервые узнали об этом. Но это их мир. Их правила, — обреченно вымолвила Нейра, убирая посуду со стола, а я тем временем, спрятала руки под скатертью. Девушки думали, что я так сильно испугалась новости. Так и было, но еще я боялась внезапно проснувшейся магии, которая покрыла кожу тонким слоем инея. Никто не должен знать мой секрет. Никто!

И мне чудом удалось восстановить дыхание, успокоиться, быстро вскочить из-за стола, якобы вспомнив срочное задание от Дианы, и сбежать от подруг, отпуская складки юбки, на которой остались влажные следы от ладоней.

Я вспомнила как Эркхард застегивал на мне браслеты, и как мне пришлось понервничать, чтобы он не заметил моей магии, просочившейся сквозь кожу и не позволившей краям браслетов соединиться, обрастая их тонкой, едва заметной ледяной коркой. Для всех я была безопасна, но на самом деле, они даже не представляли, какая магия скрыта во мне, и что я могу воспользоваться ею в любую минуту.

— Ох, милочка, вот ты где!

Я обернулась на знакомый голос. Из-за поворота на меня неслась Диана, придерживая подолы плотного платья. Лицо суровое, хмурое, меня точно не ждет ничего хорошего.

Но как же я рада была ее видеть!

— Чего улыбаешься? И что с твоими волосами? Замерзла поди вдали от теплого замка? — наставница окинула меня изумленным взглядом, но быстро вернула маску равнодушия.