Холодное сердце пустыни

30. Глава, в которой открытия не заканчиваются

По лагерю каравана Паулю сопровождать Сальвадор довелось не долго. По всей видимости, об их появлении доложили и Мансулу, и караванной страже. Потому что градоначальник оазиса Турфан обнаружился на пути Пауля довольно скоро.

И его разъяренная физиономия обещала Паулю и четвертование, и скормление голодным хорлам, и яму со скорпионам – и прочие виды изощренной казни, на которые только сподобились фантазеры-пустынники.

На Судью оборачивались. И до Пауля далеко не сразу дошло почему – она была без покрывала, со свободной непокрытой головой. Волосы были сплетены в косу, но абсолютно ничем не укрыты от посторонних глаз. По всей видимости, магия Нии-Фэй или чья-то другая выдернула её прямо из постели. А пустынники, повернутые на традициях, смотрели на девушку как на безумную.

– Не вздумай вмешаться, герой, – только завидев своего «хозяина», велела Сальвадор краем рта. Её приказной тон начал конкретно утомлять.

Но девушка не стала дожидаться ответа,  торопливо зашагала к Мансулу, обгоняя Пауля еще на пару шагов, и ничком рухнула на песок.

Даже привыкший всегда ждать удара по воинской привычке Пауль не успел заметить, когда именно взвилась в воздух плеть. Он только услышал свист и увидел, как вздрагивает от первого удара тонкое девичье тело.

Когда плеть вновь взвилась вверх – Пауля и самого качнуло вперед. Так ведь нельзя… Она же… Её нельзя!

– Братец, живой, – таким тоном возопил вынырнувший из уже собравшейся толпы караванщиков Шейл, будто уже похоронил Пауля и даже один раз сходил на его могилку, после чего и вовсе повис у эффинца на плечах, незаметно оттягивая его подальше от Мансула.

– Даже не вздумай лезть туда, – прошипел магик Паулю на ухо, – он её хозяин. Ты еще помнишь об этом?

На поверку Шейл али Аман оказался на диво сильным. По крайней мере, удержать Пауля он смог. 

– Отпусти, – сипло выдохнул Пауль так, чтобы услышал только Шейл, в то время как к горлу подкатывал кровавый ком, – я его просто убью. Ничего больше.

Четвертый удар… Мансул оказался резв на порку…

Девушка у его ног не шевелилась, не издавала ни звука.

– А потом убьют тебя, – тут же откликнулся чародей, продолжая удерживать Пауля, хотя он и кренился вперед с большей силой, – сейчас ты вернул хозяину его имущество. Вмешаешься – и выплывет, что ты неровно дышишь к этой рабыне господина али Кхара. Выплывет побег еще одного его раба. И его повесят на тебя. Её тоже казнят, кстати. Нет, ей, конечно, это не особенно страшно, но ты вообще уверен, что в следующем перерождении она тебя вспомнит? И что ты её найдешь?

Последняя фраза была произнесена даже не шепотом. Это был какой-то негромкий голос, который Пауль услышал не ушами, а разумом. От него мороз шел по коже, даром, что от песков уже начинал подниматься раскаленный жар.

И что это была за фраза!

– Ш-шейл? – Пауль это просипел, потому что начал уже сомневаться, что этот маг – просто маг. После сегодняшней ночи, когда Мун оказалась самой Сальвадор, которая вот так безропотно подставила спину под плеть Мансула, – Пауль сразу начинал представлять самые невообразимые варианты. И кто? Владыка сна и ночи Мафрей? Саллад, Песчаный Ястреб?

– Думаешь ты в верном направлении, братец, – насмешливо хмыкнул все тот же пробирающий до костей голос, – но все мимо.

У Мансула, кажется, устала рука, потому что он попросту швырнул плеть на песок и, склонившись, сгреб лежащую ничком девушку за косу и что-то яростно ей зашипел. А потом – сплюнул, кивнул людям из своей охраны и, отвернувшись, так и не взглянув в сторону Пауля даже один раз, зашагал к своему пестрому шатру.

А Пауль все пытался оторвать взгляд от съежившейся фигурки на песке, тихонько подрагивающей от боли.

Может быть, она и была могущественной Сальвадор…

Но больно ей было сейчас как и любому смертному. Как простой девушке, которая только что перенесла порку.

Она поднялась. Медленно, явно боясь двинуться лишний раз. Чуть пошатнулась, едва не упала на подскочившую к ней Зулейху, тут же набросившую покрывало на длинные волосы. Но все же устояла. И медленно, опираясь на плечи Зулейхи, зашагала в ту же сторону, куда только что ушел Мансул.

– Я его убью, – тихо прошептал Пауль, глядя на болезненную поступь девушки, – я его убью, и напоследок он будет молить её о прощении…

– Не сейчас, – откликнулся Шейл на это все тем же потусторонним тоном, который будто складывал слова прямо в черепушке Пауля, – сейчас сделай пять шагов назад, будь послушным мальчиком. Я отведу глаза твоей смертной братии, и мы сможем уйти. Ты не можешь идти за ней. Сейчас – не можешь.

Караванщики и вправду начали разбредаться – скоро должны были выходить в дальнейший путь.

Оторопь, что на самом деле держала Пауля на месте, то, что он принимал за шок, внезапно отступила. Судя по всему, Аман его попросту парализовал, а для вида вис на плечах, как брат, уже нечаявший возвращения ушедшего за приключениями родственничка.

 – Пять шагов назад, Пауль, – повторил Шейл ровно и разжал руки, будто бы даже слегка отступая, чтобы уступить Паулю путь.

Да кто это вообще такой, что сейчас диктует Паулю, что ему делать? Кто знает о том, что Мун не особенно расстроится собственной смерти и вообще переродится другой жизнью?

Пауль сделал те самые пять шагов назад, а потом резко крутнулся на пятках, ища взглядом Амана.

Нашел.              

Лотос, открывавший Паулю глаза на сокрытую от его глаз истину, не подвел.

Сам Аман казался будто мороком, темным туманным сгустком, только лиловые яркие глаза пылали полным цветом. А за его спиной стоял высокий...

Голые плечи, покрытые кольцами и петлями, кажется, шевелящихся татуировок, сдвинутая на затылок белая маска с длинным клювом и шесть огромных, абсолютно черных крыльев за спиной…

Слишком много опознаваемых примет.

У Пауля подкосились ноги. Ну, точнее они попытались…