Холодное сердце Хальгорда

Глава 2

— Не оставляйте меня здесь, — прошептала, с ужасом наблюдая за происходящим.

Мы пришвартовались ранним утром, но жизнь на берегу уже давно кипела. Огромные, свирепые мужчины, громкими криками спорили у причала. Женщины, высокие, крепкие одни юркими мышками огибали разбушевавшихся мужчин, другие стояли с гордо поднятой головой, одетые в облегающие штаны, в длинную до колен тунику и плащ, который был закреплён фибулой на правом плече — воины.

А ещё рабы, их не с кем не спутать, около десяти, грязные, худые, невысокого роста и все темноволосые… как Хальгорд. Они перетаскивали прибывший товар с драккара на причал и несколько из них почти падали от усталости.

— Тебе здесь будет лучше, я попрошу приглядеть за тобой, — заворчал Бруно, стараясь не смотреть в мою сторону.

— Не уверена, — беззвучно произнесла, продолжая осматриваться.

Дома, что стояли на берегу океана, были большими, построенные из камня, крытые камышом, хотя я могу и ошибаться, из дыры в крыше шёл дым, окон не было. Рядом с каждым зданием построен очаг, на котором был установлен вертел, у ближайшего к нам, сейчас жарился над углями окорок. Запах рыбы, кислой капусты и печёного мяса, от этого смешения, мне с каждой минутой становилось дурно.

— Идём, — громко окликнул Хальгорд, и, не дожидаясь ответа, устремился вглубь селения.

— Не отставай, — добавил Бруно, наверное, единственный с кем я могла поговорить. И за время непродолжительного пути, я осторожно выведала у него, кто я такая.

Узнала немного, на корабль, на котором плыла Эвелин — напали, разграбили, часть команды убили, часть везли на продажу, среди них оказалась и девушка, судя по виду британка. На свою беду, ярл Гест, отплывая от горящего корабля, повстречал Хальгорда — своего заклятого врага, между ними состоялся бой, победа осталась за конунгом.

Всё добро перенесли на драккар Хальгорда, Эвелин тоже, но девушка, схватив сундук, умудрилась спрыгнуть в воду. Её замершую с трудом затащили на драккар и оставили в покои. На протяжении целой недели я, ну то есть Эвелин отказывалась от еды, не разговаривала и улучив удобный момент снова сиганула за борт.

Причины такого поведения Бруно не объяснил, вернее сказал: «Что ещё может сделать такая, как я».

Не знаю, почему, но мне стало обидно за девушку, у той явно была веская причина так поступить, но я об этом никогда уже не узнаю.

О мире, в который я попала, мне тоже немного удалось выяснить, судя по всему, я очутилась в эпохе викингов и на их территории, сейчас мы плывём к конунгу заручится поддержкой, но надежды на это у Хальгорда нет, а земли нужны. Без помощи им не захватить новые территории, а воинов становится с очередным походом всё меньше.

Там, где живут семьи воинов Хальгорда, на земли конунга, каждой зимой все больше наползают ледники, а летом не уходят. Земли скудные, лесов практически нет, выживают только набегами, но и награбленного не хватает. Последняя зима принесла слишком много горя людям Хальгорда.

Прокручивая у себя в голове всё услышанное от Бруно, я лихорадочно размышляла, что могу предложить конунгу, чтобы он оставил меня на своём корабле. Увиденное в «городе» меня пугало.

— Приветствую тебя Сигрит! — рявкнул Хальгорд, заходя в тёмное помещение, следом втолкнули меня, замыкающим шёл Бруно и ещё несколько мужчин, их имена мне так и не довелось узнать.

— Приветствую тебя конунг Хальгорд! — ответила женщина, полноватая, с обрюзгшим лицом с красно-голубой сеточкой вен на щеках, — что привело тебя на земли конунга Грита, что ты ищешь в моём доме?

— Хочу оставить тебе её, наш путь она не выдержит, — произнёс викинг, выставив меня перед собой.

— Не оставляй, — прошептала я, с ужасом, разглядывая, куда меня привёл конунг. По рассказам Бруно, здесь мне будет гораздо лучше, чем на драккаре, но я с каждой секундой сомневалась в этом.

Большое узкое помещение с очагом по центру, на одном из его краёв лежала длинная плоская каменная плита, на которой сейчас пеклись лепёшки и, кажется, тушилось мясо в котле. Пол был устлан камышом судя по виду его недавно заменили на свежий. Недалеко от очага стоял большой стол, с двумя почётными сиденьями, в виде украшенных резьбой кресел-скамьи, каждое из них было достаточно широким, наверное, чтобы на нём могли усесться два человека. Сейчас на нём разместился только лишь один мужчина. Сидел он, навалившись на стол, который был захламлён мелкими объедками.

С нашим появлением мужчина с натугой встал. Его лицо пошло бурыми и фиолетовыми пятнами, рот стал мокрым и съехал в сторону. Он пошарил перед собой и неверной рукой нащупал край стола, в который вцепился, чтобы не упасть.

— Давно? — тихо спросил Бруно у хозяйки дома.

— Пятый день, — так же тихо ответила Сигрид.

— Ярл Льёт, — рыкнул Хальгорд, нахмурив брови.

— Ааа, конунг, что привело тебя в эти, проклятые богами земли.

— Это я скажу конунгу Гриту, сюда лишь привёл свою рабыню, чтобы Сигрид присмотрела за ней, я заплачу.

При слове рабыня я медленно подняла голову и горестно взглянула на Бруно, об этом он мне не рассказал.

— Рабыня, — с усмешкой бросила, опустив глаза, надежда рухнула, я поняла, что Хальгорда не переубедить.

— Рабыня? — повторил следом за мной ярл и шатающейся походкой направился в нашу сторону, остановившись в двух шагах, продолжил, — пусть остаётся, мы присмотрим.

От его масленого взгляда мне стало дурно, а в животе скрутился тугой комок недоброго предчувствия, но я, вскинув голову, прямо взглянула на него.

— Гордая, — ухмыльнулся он, — тем интересней.

— Не оставляй, — прошептала я, вцепившись мёртвой хваткой в Хальгорда, но тот будто не слышал.

— Сигрид, я вернусь позже, принесу плату.

— Иди уже, — пихнул меня в спину Бруно, участливо улыбнувшись.

Через минуту я осталась одна с пьяным ярлом и жуткой женщиной. Топчась на месте, я не знала, куда себя деть, бежать не было смысла, здесь я чужая, здесь я одна.