Холодный огонь. Книга вторая. Истинность

Глава 1. Последний курс

Осень в Академию пришла рано.

Листья старых дубов во внутреннем дворе окрасились золотом и багрянцем, а ветер с гор приносил запах первого снега. Студенты кутались в мантии, спешили на лекции, и их смех эхом разносился под сводами древних каменных коридоров. Для большинства из них это был обычный учебный год. Для Лиары — последний.

Она стояла у окна в башне факультета Воздуха и смотрела, как над полигоном кружат драконы. Молодые, горячие, они отрабатывали боевые манёвры, и их чешуя переливалась на солнце всеми цветами — от изумрудного до угольно-чёрного. Где-то там, среди них, был и её собственный дракон — огромный, голубой, с перламутровым отливом, но сейчас он спал внутри, довольно урча.

— О чём задумалась?

Мира, как всегда, появилась бесшумно. Рыжие волосы торчали во все стороны, веснушки сияли на носу, а в зелёных глазах плясали чёртики. За эти годы она почти не изменилась — разве что стала чуть серьёзнее. Чуть...

— О том, что через год нас здесь не будет, — ответила Лиара, не оборачиваясь.

— Ого, подруга, ты сегодня в философском настроении, — Мира встала рядом и тоже выглянула в окно. — Боишься выпуска?

— Не боюсь. Скорее... не верю. Я так долго этого ждала, а теперь, когда осталось всего ничего, мне странно.

— Странно — это нормально, — Мира пожала плечами. — Все боятся перемен. Даже те, кто притворяется, что нет. Вон, посмотри на Кая. Ходит мрачный, как туча, и говорит, что всё в порядке, а сам места себе не находит.

Лиара невольно улыбнулась. Кай Эмбрис, рыжеволосый огневик, когда-то безнадёжно влюблённый в неё, теперь был одним из её самых близких друзей. Он пережил отказ, переболел и нашёл утешение в учёбе и тренировках. Но в последнее время и правда стал каким-то... потерянным.

— У него кто-то появился, — сказала Лиара. — Он просто не говорит.

— О, я знаю, — Мира заговорщицки понизила голос. — Это Алисия с Водного. Видела их вместе в библиотеке. Делали вид, что читают. Очень неубедительно.

Обе рассмеялись. Смех Лиары — звонкий, искренний — прозвучал в пустом коридоре особенно тепло. Она вдруг поймала себя на мысли, что ей хорошо. Спокойно... Впервые за долгое время — по-настоящему спокойно.

И причина этого покоя ждала её дома.

Вечером Лиара вернулась в особняк.

Тот самый особняк, который когда-то казался ей холодным и чужим, теперь встречал её теплом. Марта, старая экономка, улыбалась, открывая дверь. В камине потрескивал огонь. В библиотеке горели свечи, а на столе, в маленькой хрустальной вазе, стоял букет голубых горных роз — тех самых, что росли у неё дома, в Синих горах.

— Его превосходительство распорядились, — сказала Марта с едва заметной улыбкой. — Сказали, что вы сегодня сдавали сложный экзамен и заслужили.

Лиара коснулась лепестков. Они были свежими, бархатистыми, и пахли точь-в-точь как те, что она собирала в детстве. Сердце сжалось — не от боли, а от странного, щемящего чувства. Неужели это и есть счастье?

— Где он? — спросила она.

— В кабинете. Просил не беспокоить, но для вас...

— Я знаю.

Она поднялась на второй этаж и остановилась у двери кабинета. Той самой, куда ей когда-то было запрещено входить. Теперь она открывала её без стука.

Рейнар сидел за столом, склонившись над бумагами. Свет магической лампы падал на его лицо, выхватывая резкие черты — высокие скулы, твёрдую линию челюсти, серебряные глаза, в которых плясали отблески пламени. Он был всё так же красив — той холодной, суровой красотой, от которой у Лиары когда-то перехватывало дыхание от страха, теперь — от чего-то другого.

— Ты не спишь, — сказала она, входя.

Он поднял голову, и его лицо мгновенно смягчилось. Это было почти незаметно — просто тень улыбки, просто тепло в глазах, — но Лиара уже научилась это видеть.

— Ты тоже, — ответил он. — Как экзамен?

— Сдала. Торвальд сказал, что я — лучшая выпускница за последние двадцать лет.

— Я не сомневался.

Она подошла ближе и села на край его стола — жест, который когда-то показался бы ей немыслимым. Рейнар отложил бумаги и посмотрел на неё.

— Ты устала, — сказал он.

— Немного, но я хотела тебя увидеть.

— Ты меня видела утром.

— Этого мало.

Он усмехнулся — той самой редкой, драгоценной усмешкой, которую она научилась ценить больше любых слов.

— Ты стала слишком требовательной, госпожа Веридан.

— Я учусь у лучших, — парировала она.

Рейнар встал и подошёл к ней. Его рука легла на её плечо — тёплая, тяжёлая, надёжная. Лиара закрыла глаза и прижалась щекой к его ладони.

— Знаешь, о чём я думала сегодня? — спросила она.

— О чём?

— О том дне, когда я сказала тебе, что не приму кольцо. Помнишь?

— Такое трудно забыть.

— Я была права. Ты должен был доказать и ты доказал.

Рейнар опустился перед ней на одно колено — не в переносном смысле, а буквально. Его глаза оказались на одном уровне с её глазами.

— Я всё ещё доказываю, — сказал он. — Каждый день и буду доказывать до конца жизни.

Лиара наклонилась и поцеловала его в лоб нежно и благодарно.

— Я знаю, — прошептала она. — И поэтому... я готова.

— К чему?

— Принять тебя по-настоящему. Не как мужа по договору, а как своего мужчину.

Рейнар замер. В его глазах что-то дрогнуло — та самая трещина во льду, которую она заметила много месяцев назад. Теперь она видела её ясно. За бронёй советника, за маской холодного дракона, за стеной, которую он строил годами, был человек. Израненный, одинокий, но живой и этот человек смотрел на неё так, словно она была солнцем, которого он не видел целую вечность.

— Лиара... — его голос дрогнул.

— Ш-ш-ш, — она прижала палец к его губам. — Не надо слов, ты уже всё сказал. Своими поступками. Своими шагами. Своим ожиданием.

Он поднялся и притянул её к себе. Его объятия были крепкими, но бережными — как всегда. Лиара уткнулась лицом в его плечо и вдохнула знакомый запах: сандал, холод, что-то едва уловимое, что она могла назвать только одним словом — «дом».