Холодный, расчётливый и нелюбимый

Глава 21

Небывалая жара напала на Эволетт; вот уже две недели жители, как и сама природа, изнемогали от палящего зноя. В это самое время я была как никогда востребована и с помощью своей магии спасала поместье и близлежащие леса от пересыхания и пожара. Да, мой супруг, Херр Маршал фон Стейнвегг, полностью освободил меня от антимагических оков. Да и не нужны они были больше ни ему, ни мне. Смысл? Я просто приняла действительность такой, какая она есть. И, если признаться, то полегчало от такого решения нам обоим — Ингвару не нужно было больше пребывать в постоянном напряжении со мной, а я перестала чувствовать себя пленницей. Теперь я была просто женой, матерью и хозяйкой поместья.

Как-то само собой повелось, что сидеть в обновлённой беседке в дружной компании, состоящей из нас с Ингваром, Херр Рафаэлем с Шарлоттой и нашей всеобщей любимицей Фрау Гризель, стало уже традицией. Мы комфортно разместились на мягких подушках и вели непринуждённую беседу, поедая мороженое.

Стефан с Алленом устроили настоящий морской бой в бьющем фонтане. Их громкие возгласы и шумные плескания заставляли нас, молодых матерей, то и дело делать им замечания. А вот отцы спокойно наблюдали за «военными маневрами».

Доев очередную порцию мороженого, я тут же потянулась к следующей, но ведёрко со льдом оказалось пустым. Странно, я точно помнила, что там оставалось ещё одно. Кто же мог меня опередить? Ага, вот и попался, жук! Со всем своим выражением я бросила злобный взгляд на покусившегося на последнюю вкуснятину — герцога Киорлийского. Недолго думая, я буквально вырвала изо рта мужа холодное лакомство.

— Фрау Ингвар фон Стейнвегг, вообще-то это моё, — попытался забрать вафельный рожок супруг, но, коварно сверкнув синими очами, я откусила приличный кусок. — Вам плохо не будет?

— У-у, — вполне удовлетворённо и отрицательно промычала я, расправляясь буквально в два счёта с остатками, по окончании которого выдала: — А больше нет?!

— Кончилось. Моя дорогая, Вы и так больше всех съели — лопнете! — вполне справедливо для него заметил Ингвар.

— Нет, не лопну, — это же надо быть таким меркантильным — отказать супруге в такой мелочи, как лакомство! — Сделайте ещё.

— Хватит.

— Жадина!

— Фрау Ингвар фон Стейнвегг!

— Жмотяра! Запрятали у себя в подполе и по ночам сами поедаете втихаря! — не унималась я и от обвинительных речей в сторону супруга перешла на мольбы: — Ну, Херр Ингвар фон Стейнвегг, ну сделайте мороженку. Что Вам, жалко что ли для своей дражайшей супруги?

Я постаралась сделать максимально милую такую мордашку, но по всей видимости переборщила, так как все присутствующие буквально покатились со смеху. Но это я поняла позже, а пока обиженно на них смотрела, не понимая причины столь бурной реакции. Первым пришёл в себя Херр Рафаэль:

— Поздравляю, Херр Ингвар, кажется, в вашем полку снова прибудет!

— Было бы странно, если бы ваши недельные кувыркания не принесли плоды! — вставила Шарлотта, вытирая слезу.

Все снова дружно захохотали.

— Будете собирать футбольную команду или разбавите мужской коллектив девочкой? — сидящая рядом Фрау Гризель погладила мой плоский животик.

Непередаваемая палитра эмоций вылилась на моём лице, когда наконец-то дошёл смысл их слов. «Ну, Херр Ингвар фон Стейнвегг! Извращуга-осеменитель ко всем кондитерским изделиям!»

Сам виновник моего нынешнего состояния довольно подпёр подбородок ладонью, расплываясь в улыбке, как мартовский кот. И ведь ни капли раскаяния! Но я стойко держала оборону обиженной женщины, и ему таки пришлось пойти на уступки, дабы супруга сменила гнев на милость, и сотворить новую солидную порцию холодного лакомства исключительно для меня.

Так и хотелось всем по-детски показать язык, но я благоразумно сделала это про себя, ничуть не выдав внешне.

***

Довольно таки часто мы всей семьёй куда-нибудь выезжали отдыхать. Я сидела в летнем кафе под большим полосатым зонтиком с сыновьями. Двое моих белобрысых мальчишек цедили через трубочку прохладный молочный коктейль, развалившись на удобных креслах. Братья были похожи между собой как две капли воды с одним лишь различием: старший Стефан — полная копия отца, а младший Эллиот унаследовал синеву моих материнских очей.

Погода стояла замечательная и благоприятствовала хорошему отдыху. Шальной ветерок сорвал с моей головы широкополую шляпку, и Стефан, со свойственной подросткам угловатостью в движениях, подал мне головной убор. Как мило! Я улыбнулась, вновь покрывая длинные волосы, убранные в элегантную причёску. Время от времени я оглядывалась по сторонам в надежде увидеть задерживающегося супруга.

Незаметно как, но во мне родилось необыкновенно щемящее чувство и заставило ещё раз осмотреться. Взор задержался на мужчине, скрывающим свои глаза от яркого солнца за тёмными очками. Он с кем-то беседовал, но я могла с уверенностью поклясться, что его взгляд был направлен исключительно на меня. Вскоре спутник незнакомца ушёл, оставив того в полном одиночестве.

Всего лишь обычное поведение среди отдыхающих, и я вроде бы переключилась на сыновей, однако почему-то всё чаще стала поглядывать на таинственного незнакомца. Мокрые волосы были зачёсаны назад, открывая прямой лоб с тонким шрамом; модная трёхдневная щетина необычайно шла ему. Мой взгляд невольно скользнул ниже по крепкому торсу, виднеющемуся из-под расстёгнутой рубахи. Мужчина явно следил за собой и был в хорошей форме, но не это привлекло моё внимание: на груди отчётливо различалась часть до боли знакомой татуировки, которую имели все мужчины моего Ордена Глендстория, а на шее висела цепочка с подвеской в форме меча.