Холопка или Кузнец на счастье

Глава 10

Дети с удовольствием съели блины с малиновым вареньем, которые, как сказала Алёнка, дала нам бабушка Дуня, и нахваливали меня.

После мы определили Зорьку в стадо к деревенскому пастушку Ваньке, который гонял всех коров деревни на пастбище, кормиться травой, а вечером возвращал их. Потому я вчера и не видела эту корову, когда мы загоняли Лежебоку в хлев.

Далее я собрала корзинку с блинами и сметаной и отправила Васю в поле, отнести еду старшим детям, а заодно навестить отца в кузне, накормить и его. Мы же с Алёнкой отправились в соседнюю деревню, через речку, к родителям Степана. За готовыми грибами, которые обещала нам дать бабушка Дуня.

День, как и накануне, выдался теплый и солнечный, и было очень жарко. По дороге я спросила Алёнку, не хочет ли она купаться на реке. Она закивала и обещала после обеда, когда мы управимся с делами, показать мне место, где есть бережок и можно подойти к воде.

— А, это ты, бездельница! — с порога услышала я приветствие свекрови, которая неприязненно окинула меня взглядом. — Полдень уж скоро, а ты только явилась.

Я даже не нашлась, что ответить на эти злые слова. Вообще-то было часов восемь всего, и я пришла сразу же, едва накормила детей. И с коровой ещё этой... почти час я её уговаривала и убеждала, что я её друг.

Пройдя в избу, я оглядела осанистую полную бабку в рубахе и синей поневе, с платком на голове.

— Здравствуйте, Авдотья Егоровна. Мы за грибами к вам.

— Нам тятя велел, бабушка, — подхватила Алёнка.

— Поняла уж, — отмахнулась от меня бабка и пошаркала к печке. — Я ещё вечером всё сготовила, чтоб грибы-то не пропали, — она начала рыться за печкой, гремя чугунками, что-то искала. — И как вы будете без меня-то? Даже в лес некому сходить по грибы-то и ягоды.

— Я, бабушка, умею грибы искать, — ответила девочка.

— Ты-то да. Но одной не дело, Алёна, — заявила строго бабка. — Заблудишься ещё. Со старшим кем ходить надобно.

— Так не с кем, бабушка. Тятя занят, а Егору с Таней тоже недосуг.

— Вот с мамкой и сходила бы, хотя нет, — буркнула свекровь. — Она ж не знает какие грибы съедобные. Тогда чуть вас не отравила поганками, ладно я в гости к вам зашла, увидала.

— Я научусь, и тоже буду в лес ходить за грибами, — зачем-то заявила я.

Очень хотелось показать свекрови, что я не безнадежная и глупая. Хотя я совершенно не разбиралась в этих самых грибах, знала только, как отличить мухомор и опята.

— Этому с детства учатся, бестолковая. А тебя уж и учить не впрок, — проворчала бабка Дуня. — И как тебя Стёпка мой столько лет терпит? Говорила я ему: зачем тебе эта краля барская, так нет — люблю и всё!

Я нахмурилась. Почему я «краля барская»? Оттого, что не умею ничего делать, или отчего? Но, похоже, как я и думала, Степан женился на мне по любви, раз ослушался мать, которой я явно не нравилась.

В этот момент наверху, на печке, кто-то заворочался. Лоскутное одеяло чуть съехало и высунулась седая голова деда.

— Дуняша, кто там? — обратился он к бабке. — Чай Григорий за брусом пришел?

— Нет, дед, — ответила бабка, обращаясь к мужу, — Глашка это с малой пришли за грибами.

— А… эта, дурная, — пробурчал дед, оглядывая меня с ног до головы, а потом остановил взор на девочке. — Ты как, Аленушка, не хвораешь?

— Нет, дедушка, здорова.

— Ну и молодец. Ты это, бабка, разбуди меня, когда щи поспеют.

— Хорошо, милок, разбужу, спи.

Дед опять прикрылся лоскутным одеялом, закашлялся и отвернулся от нас.

— Дед уж вторую неделю хворает, — проворчала бабка, — а вам никому и дела нет. Хоть бы проведать пришли, ироды.

— Бабушка, я могу с Васькой каждый день ходить к вам. Хочешь? — тут же предложила Алёнка.

— Приходи, сладенькая, я завтра тебе плюшек со сметанкой напеку. И брата бери. А то эта, — свекровь зыркнула на меня недобрым взглядом. — Наверняка как обычно вас голодом морит.

Я же стояла как оплёванная. Бабка Дуня говорила обо мне так, словно меня тут не было, и совершенно не стеснялась в выражениях. Я видела, что свекры не переносят меня на дух и считают дурной. Похоже, терпели меня все эти годы оттого, что Степан — мой муж. Я не знала, как вести себя, чтобы еще больше не вызвать негатива, поэтому тихо стояла у лавки, пока свекровь рылась за печкой.

Старушка достала большую миску, закрытую тряпицей, и протянула мне:

— Вот, Глаша, жареха грибная на укропном отваре. Можно и в картошку, или в кашу, или так есть. Только в холодник убери до еды-то, а то скиснет.

— Я поняла, Авдотья Егоровна. Спасибо вам.

Мы распрощались с матерью Степана и вышли с Алёнкой из избы. Правда уже у дверей старуха сунула девочке баранки на веревочке, сказала, чтобы и Ваську угостила. Когда мы вышли во двор, бабка Дуня появилась на крыльце и вдогонку мне прокричала:

— Глашка! Не забудь убрать-то в погреб как я велела! — и уже тише пробубнила себе под нос. — Точно забудет, пока идет. До чего ж непутевая девка!