Холостяк для блондиночки

Глава 18

Ксюша находилась в странном сне, не иначе. Как проснуться? Это ее мечта, ее сновидения, собранные за шесть лет безответной любви. Хочется признаться ему прямо сейчас, страшно до одури. Потом может быть хуже, но все равно боится. Ещё немного получить его тепла. И что греха таить, подленькая мысль проскальзывает - чем сильнее окрепнет их чувство, тем сложнее будет расстаться, ему с ней. И все же главное чувство – страх.

- Ты же меня терпеть не мог, - ухватилась за спасительное воспоминание, чтоб не утонуть прямо сейчас в своих чувствах, перемешанных с его эмоциями. Розу взяла, чтоб занять дрожащие руки.

- Когда такое было? Ты понравилась мне сразу. Просто пытался тебя немного расшевелить, — Кир взял одну ее руку и погладил пальчики, — ты выглядела такой… замороженной, словно снежная королева. Никаких эмоций первую неделю. — Поднес пальчики к губам и подул теплым воздухом, — Пытался тебя отогреть. Может не совсем привычным способом, но мне показалось, что так лучше, ты же кошечка дикая.

- А в казино не взял почему? Мстил?

- Ты меня за кого принимаешь? Я не настолько закомплексован, чтобы мстить женщине за отказ. Малыш, все гораздо банальней, я приревновал.

Что? Оксана Сергеевна чуть челюсть на пол не уронила. Спасло понимание, что их снимают. Приревновал? К кому?

Кир видел ее искреннее недоумение. От этого стало еще более стыдно за то свое поведение. Он потянул ее за руку и пересадил к себе на колени. Спрятал лицо, уткнувшись в ее плечико.

- К Филу. Ты стояла там на площади слишком близко к нему, еще и головку свою прелестную ему на грудь положила. А он обнимал тебя слишком заботливо.

- Одинцов, ты идиот! – поразительно, как нежно может звучать это слово в устах любимой женщины.

- Спасибо, меня уже просветили. Тебе ведь понравилась экскурсия?

Ксюша кивнула и погладила его склоненную голову. А он совсем не такой, каким казался. Вспыльчив, но отходчивый. И совсем не мстительный, как оказалось.

Мужчина поднял к ней лицо, глядя в глаза и пытаясь поймать там хоть каплю взаимности. Любит хоть капельку? Утонул. Сердце бешено заколотилось. Пусть это самообман, но ему вдруг показалось, что там целое море любви. Пусть глупая фантазия. Здесь и сейчас он поверит в нее. Потянулся к ее губам. Ему необходимо почувствовать ее.

- Стоп! Снято! Уезжаем. Нам до города добираться на катере, и хорошо бы еще там заснять. Есть одна идейка.

Он издевается? Режиссер хренов! Видит же, что у них все по-настоящему, все равно взял и обломал. Кирилл поцеловал легонько такие желанные губы. Делать нечего, нужно следовать указаниям, а то с Майлза станется бросить их тут. Но и отказать себе в поцелуе не смог. Застонал, отрываясь и пересаживая девушку на место. Взялся за весла и погреб к берегу.

Возвращались в город на закате, когда солнце уже вот-вот должно было скрыться. Поэтому Майлз торопил всех безбожно. Нужно снять хотя бы один кадр этой красоты.

- Кирилл, Оксана, встаем к штурвалу, и изобразите мне любовь! Цигель цигель!

- И что толку, если ты все равно прервешь в самый важный момент, - тихо пробурчал Кир, Ксюша хихикнула – так по-детски прозвучала его обида. Хотя ей тоже обидно, что их остановили именно в то мгновение.

- Я все слышу! Быстро к штурвалу, и я не тресну вам для скорости.

Одинцов схватил девушку за руку и, легко лавируя на покачивающемся от волн катере довольно приличного размера, направился к открытому штурвалу. Организаторы сняли два таких катера. На одном остались герои дня, Макс и капитан катера, он же спасатель. На втором разместились гримеры, оператор Андрей и собственно режиссёр.

- Ты умеешь водить катер? – на всякий случай поинтересовалась Ксюша, пока они шли по палубе.

- Обижаешь. Я и яхту иногда веду, не замечала? — Нет, не замечала, стало грустно. Опять эти социальные различия. — Не вздыхай, малыш, я тебя научу, потом, на своей яхте, а не на общественной. — Кир поставил ее перед собой, положил руки на штурвал, сверху накрыл своими большими ладонями, наклонился к ушку и добавил шепотом, — во время свадебного путешествия…

Ответить Ксюша ничего не успела, катер завелся и тронулся с места.

- Мотор, начали! – крикнул оператор, у которого, кстати, работала беспроводная гарнитура, по которой он постоянно переговаривался с Майлзом.

- Ради общего дела, - пробормотал Кирилл, прижался щекой к ее волосам и потерся. Она в ответ откинулась слегка назад к теплому упругому телу.

- Чего не сделаешь, ради общего блага.

Увлеченная вождением, Ксюша почти не обратила внимания на окружающую красоту при прощании с Капо Каччо. Только с сожалением окинула взглядом удаляющегося гиганта, который на фоне заката был еще более впечатляющ и таинственен. Здесь осуществилась ее мечта, свершилось чудо. Но почему-то печально. Все так зыбко, так невероятно, что страшно поверить. Когда все идет хорошо, боишься, что оно ненадолго. Вдруг это просто эффект от совместного пребывания в романтическом месте. Средиземноморский флер. Да еще тайны эти ее. Как Кирилл отнесется к тому, что у него есть сын? А к тому, что она держала это в тайне? Поймет ли, что в семнадцать она не видела другого выхода? Вдруг отвернется? Ведь может быть такое? А если не поверит, что ребенок его, начнет разбираться, экспертизы устроит. Тогда она точно в нем разочаруется. А вдруг еще бабушки-дедушки подключатся. Все белье грязное вывернут. Они ведь не простые смертные - сильные мира сего. Заберут Даньку, а ее спишут за ненадобностью.