Хонни

14 глава. Дурной знак

Бочка выдернул клок моих рыжих волос. Болела скула - это уже заехал Егор. Пока бежала, я врезалась в свою классную руководительницу и успела заметить, как ее шокировал мой внешний вид. Все мелочи, только бы Хонни не пострадал. Я летела по ступеням вниз, а сердце бешено колотилось. Мое воображение совсем разыгралось: мне виделся Сунхо, падающий из окна. Как простить себя, если он пострадает?
Я влетела в школьный двор, залитый солнцем, и зажмурилась... Под окнами кабинета физики росли густые кусты шиповника. Я нырнула туда, расцарапывая лицо, в поисках Хонни. Кролика нигде не было видно. Руки задрожали, по щекам потекли слезы.
- Рыжая, не это ищешь? - Склонившись надо мной, стоял старшеклассник из библиотеки, и в руке у него был мой Хонни.

В ее бездонных глазах отражалось небо. Золотистые волосы падали на белоснежный лоб, по щеке стекала капля крови, оставленная ветвью кустарника. Он замер на минуту, словно наткнувшись на невидимую преграду. Встретившись с ней взглядом, выдавил неловкую улыбку, но кажется, она даже не заметила его. Девушка не отрывала взгляд от тряпичного кролика.

Я вцепилась в Хонни, осматривая со всех сторон. Повреждений не видно, кролик не пострадал... Сунхо! Я быстро достала телефон и зашла на страницу summer boys. Ничего.
- Может, поблагодаришь меня? Я поймал твою игрушку, когда она трагически падала из окна. - Старшеклассник не торопился уходить. Его товарищи давно убежали на урок, а он все торчал возле меня. Как же его звали? И что ему от меня надо?
- Эй, рыжая... ты слышишь меня? Кто это тебя так?
- Да, кудрявый, слышу, спасибо тебе. Ты спас... - я запнулась, - мою игрушку.
И возможно жизнь одного айдола, но об этом я не скажу.
- У тебя все в порядке? - Он прищурил глаза, оглядывая меня, - выглядишь не очень.
Я пожала плечами, меня больше волновала судьба Сунхо.
- Возьми на время, рыжая, - парень неожиданно стянул с себя толстовку и протянул мне, оставшись в футболке. - У тебя рубашка порвана.
Его толстовка пахла сигаретами. Сбежавшие дружки этого парня курили под окнами. Не хватало еще получить от учителей за то, что я не делала, но собственная рубашка выглядела ужасно. Я с сожалением рассматривала порванный рукав и болтающийся воротник. Придется выбросить, а ведь ей всего два года. Я натянула толстовку, опустив капюшон как можно ниже, и засунула Хонни в карман-кенгуру. Уговаривая себя немного потерпеть, пошла обратно в школу.
- Меня Мироном зовут. Для друзей Мир, - крикнул парень в спину.

В пустом коридоре что-то прыгнуло мне на грудь.
- Я тебя везде искала, - Мари залила слезами мою обновку, - я хотела заступиться, но не успела.
Я отстранила ее от себя, одновременно подавая из кармана штанов одноразовый платок, в который она сразу высморкалась. Субтильная полупрозрачная фигурка с повисшим растрепанным хвостиком смотрелась не очень грозно.
- Не думаю, что ты сильно помогла бы мне в драке, но спасибо.
Мари то ли всхлипнула, то ли хрюкнула, а я с теплотой подумала, что впервые за школьные годы мне захотелось кому-то искренне улыбнуться.

Дома сразу стянула толстовку. Сквозь запах сигарет почувствовала легкий чужой аромат. Пахло ночным лесом и немного больницей. Вдруг поймала себя на том, что стою в прихожей и нюхаю чужую кофту. Я хорошенько разозлилась и бросила ее в угол. Придется стирать и разыскивать того кудрявого болвана, чтобы вернуть.
- Эхх, Хонни, - я погладила плюшевые уши, - даже не спрашивай! Сумасшедший день. Пойдем на кухню. Где-то там, в глубине морозилки, нас ждет пачка пельменей.
На кухне я посадила Хонни на стол напротив себя. Так недолго и тарелку ему поставить. Вдруг Сунхо никогда не ел перемороженные пельмени с майонезом. У него выпал великолепный шанс попробовать.
Я включила свою любимую песню summer boys о космическом одиночестве и взяла деревянные палочки. В Азии понятие "разделить еду" с кем-то имело большое значение и означало близость. Я хотела стать ближе к Сунхо и разделить с ним свое одиночество. Особенно в этот день, когда все каким-то чудом обошлось. Тогда я еще не знала, что это только начало.

Сунхо доедал в одиночестве ужин, когда в комнату забежал макнэ.
- Гын Хо созвал всех в зале, поторопись! - Выпалили Ким Киен и стянул с его тарелки кимбап. Он, как хомяк, засунул его целиком в рот и широко улыбнулся.
Сунхо неторопливо доел и отправился в зал для репетиций. Сам лидер как всегда опаздывал. Они давно не собирались вместе. Сунхо для себя решил, что это дурной знак.
Он сел на край деревянной сцены, откуда так удобно наблюдать за попытками Киена достать Вониля. Тот никогда не отличался выдержкой, еще чуть-чуть и у макнэ получилось бы разозлить репера, но тут зашел лидер. Гынхо выглядел сумрачнее обычного. Дурной знак номер два.
Гынхо остановился у окна. Участники группы громко зашептались. Сунхо сидел один, и обсудить это было не с кем.
- Вы наверно все уже слышали эти слухи о трудностях у нашей группы. Сингл, что мы выпустили в том месяце, может стать завершающим в нашей карьере, - лидер остался стоять, отвернувшись к окну и заложив руки за спиной, - сегодня я был у продюсера. Вам как рассказать? Все или в смягченном варианте?
Больше всего на свете Сунхо не любил заниматься самообманом. Вся их жизнь и без того, как паутина из нитей, была соткана из тонких ниточек лжи, переплетенных так, что не разорвешь. Сценические образы, характеры, они были как выдуманные персонажи книги.
- Давай как есть, - вздохнул Ли Джинсу, словно прочитав мысли Сунхо.
- Нас преследует длительное затишье. Даже пара месяцев бездействия в этой области приравнивается к завершению карьеры любой мало-мальски известной группы, поэтому наши поклонники поднапряглись. Агентство не могло оставить это без внимания. Я был у продюсера, мы с ним решали проблемы группы и дальнейшее сотрудничество. Дела идут не гладко. Если не выдадим в ближайшее время хиты для нового альбома, наши контракты не продлят осенью. Нам лучше приложить все усилия и написать несколько удачных песен, чтобы повысить продажи. Ну давайте, а, - он обвел участников своей группы каким-то потерянным взглядом, - мы так долго боролись за наш успех…
А вот и дурной знак номер три. Их ждет распад? Все участники группы заметили сокращение количества стаф и фан-базы. Но каждый из них в душе надеялся, что это временное затишье и вот-вот наступят времена получше.
Пятеро участников ныне не совсем популярного бойз бэнда помолчали и разошлись каждый в свою комнату общежития. Когда Сунхо нервничал, то читал или сбрасывал напряжение в спортзале. Но сегодня он устал и душой и телом. Книги не радовали, Сунхо взял одну недочитанную с полки и поставил обратно. В детстве у него не было денег на книги, и он читал в магазинах, стоя у книжных полок с новинкой в руке. Кажется, в японском языке есть специальное слово «татиёми» - явление, означающее людей, пролистывающих книги и журналы, не покупая их. Теперь у него были деньги на целую библиотеку, а читать не хотелось. Сунхо вздохнул. Что это? Перегруз или переоценка ценностей? Стоит ли ему продолжать плыть против течения?
Однажды он выбрал путь, который вдохновлял его, даже с риском провалиться. А теперь ему казалось, что он идет по знакомой дорожке, делая все по привычке. Если в любом деле нет искры, то и успех придет ненадолго. Кажется, он перестал «искрить».
Он взял с полки другую книгу, и неожиданно из нее выпала засушенная ромашка.