Хоритенский треугольник

Глава 19

Лестат Эш решительным шагом прошел в свой кабинет, даже не кивнул секретарю. Последнее время его не просто раздражало всё и все, а бесило, особенно его верный Цербер.

Он раздвинул шторы, распахнул окно, впуская летнюю жару. В самом деле, не раскладывать же летом камин? Выглянул в приемную…

— Меня никто не спрашивал? — бросил Лестат Эш раздраженно.

Ну почему он должен каждый раз сам спрашивать? Почему Цербер никогда не скажет, что им кто-нибудь интересовался. В таком большом университете до ректора никому нет дела. Он никому не нужен… Такое не бывает…

Лестат Эш нервно прошелся по кабинету от окна к двери. Прислушался. Затем, немного успокоившись, снова вернулся к окну, остановился, встав боком за шторой и сложив руки на груди. Немного согрелся и привычно раскинул сканер — в долине ее по-прежнему нет, в этом Лестат нисколько не сомневался. Но какое-то возмущение все же присутствовало, словно эльфийка прошлась по долине из конца в конец и снова исчезла. Лестат Эш не верил в самоубийство Тиамиры Ниэль ни тогда, ни сейчас. Не то что его мягкотелый сынок, пускавший слюни и сопли над мордашкой девчонки. Весь в мамашу. Противно. Та тоже была слабая и сентиментальная, словно и не сильная вампиресса вовсе, а какая-нибудь слабохарактерная эльфийка. Лестату не нравились коренастые гномки, он даже в мыслях никогда женщин других рас с ними, с вампирами, не сравнивал.

В дверь тихонько постучались, даже не постучались, а поскреблись.

— Ну кто там еще? — рявкнул Лестат. Отвлекли в самый неподходящий момент — ему показалось… Он потряс головой — наверное, точно показалось, что Тиамира где-то бродит по университету. Нельзя так много думать про эльфийку.

В чуть приоткрытую дверь просочился Личен, нежить. Он упал на колени, покорно склонил голову.

«Я не ждал, а ты приперся», — Лестат Эш старался не выказывать раздражение особенно с подчиненными.

— Ну и? — спросил он в своей обычной спокойной манере.

— Вот… — Нежить протянул на раскрытой ладони предмет.

Лестат не сразу узнал браслет слежения, который сам настраивал на руке своего сына перед тем, как его отправить в амфитеатр.

— Ваш сын Малис Эш исчез, — проговорил Личен, опустив голову еще ниже. «Виноват, исправлюсь» в его ситуации не прокатывало.

— Как исчез? — ошарашенно проговорил Лестат Эш. Он даже не пытался скрыть своего удивления, раздражения, злости, наконец. — Он не мог исчезнуть… Живым… Где тело? — буквально заорал он.

Весь его красиво выстроенный план рухнул в один миг, полетел в тартарары. Когда Лестат увидел лицо Тиамиры Ниэль на записи в телефоне сына, сразу понял — вот она живая приманка, на которую можно и нужно ловить сбежавшую студентку. Нет, Малис не насиловал девушку — у той светилось такое невероятное наслаждение на лице, что хотелось предложить лимон, и не дольку, а целиком, — в этом Лестат нисколько не сомневался, знал, как выглядит экстаз. Но обвинить-то сына кто ему мешал? А дурачок Малис находился в таком состоянии, что согласился на все и подписал все обвинения против него. Осталось решить только вопрос слежения за ним и эльфийкой, которая просто обязана объявиться, и еще не дать сыну сдохнуть в первом же бою на арене. С последним оказалось сложнее. Но маг он или не маг, в конце концов? В браслет слежения Лестат зарядил часть эманации силы самого Малиса, остальную же часть припрятал в своем кабинете, тоже в качестве приманки. Если кто-нибудь или сам Малис вдруг захочет забрать силу, то обязательно должен заявиться к нему, к Лестату Эшу. Когда же во время боя Малис начинал бы уставать или ослабевать, браслет должен был по капельке возвращать ему силу, а он, Лестат это мог чувствовать и контролировать.

— Но как такое возможно? — проговорил Лестат Эш, взяв себя в руки.

Казармы охранялись преданными вампирами, вынести, вывести живого… Лестат судорожно сглотнул. Разве только сама эльфийка Тиамира Ниэль. Но как? Как она смогла проникнуть в казармы? Предатель среди вампиров., не иначе. Только Тиамира смогла бы сдернуть браслет с руки Малиса… Стоп. Стоп. Стоп. Не смогла бы. Она слаба. Девчонка непременно потеряла бы сознание от вида мучений Малиса, от вида крови, от боли… Не могла эльфтийка так сильно поменяться. Или все же могла?..

Лестат Эш не понимал, что происходит. Он следил за сыном. И его скан не улавливал даже малейшего присутствия эльфийки рядом с ним. Почему?

Ректор забрал браслет у Личена, подкинул на ладони. Тот оказался почти полон — Малис не воспользовался силой в той мере, на которую рассчитывал Лестат Эш. Он щелкнул пальцами — нежить рассыпался в прах. Взяв пылесос, Лестат Эш собственноручно собрал пыль с ковра. Как будет желание и время, он обязательно восстановит Личена — преданный нежить, да к тому же который ничего не помнит после возрождения, в хозяйстве всегда пригодится.

И что ему с этим делать? Лестат Эш растеряно подкинул браслет на руке еще раз, а потом внимательно оглядел его: весь залит кровью, с остатками плоти, с такими ранами однозначно не выживают. Где тогда тело? Ему должны были сообщить о смерти сына. Или не должны? Почему Малис не воспользовался своей собственной эманацией силы?..

Испуганный Цербер без стука ввалился в кабинет ректора.

— По университету разгуливает призрак, — проговорил он дрожащим голосом.

— Какой еще призрак? — разозлился Лестат Эш. — В старом замке много призраков. Который из них позволил себе наглость разгуливать по коридорам среди белого дня?

— Призрак студента Тиамира Ниэля, — стуча зубами, отозвался Цербер.

— Как Тиамира? — опешил Лестат Эш. — Она… он… — Никто не должен знать, что Тиамира девушка, а не юноша. — Умер не в замке… Не имеет права здесь разгуливать. Уз… най… — вдруг начал заикаться и ректор, — ку… да… он идет? И почему ты решил, что это призрак?

— Он, — Цербер повернулся и потыкал пальцем в дверь, — в вашей приемной… Эльф стриженный. Живой эльф не может быть без косы, если только он…

— Что?